Лунные дети
Шрифт:
Декан продолжал разглагольствовать на тему, что нас ждет впереди. Что будущие четыре года – самые важные, ведь мы переходим на новый этап, нас ждут более сложные плетения, больше заклинаний, которые тоже необходимо будет выучить. К тому же поменяется расписание, и будет очень много пар, посвященных выбранному направлению (это же логично, разве нет?), и, конечно, Каллаган не обошел вниманием тему выбора напарника.
– Все, что не относится к целительству, травничеству, изготовлению ядов и более узким специальностям, обладает своей спецификой, – сообщил он очередную прописную истину. – Поэтому те, кто выбирает иные направления, обязаны найти себе напарника в течение трех ближайших недель. Вот здесь, – Декан поднял как будто из ниоткуда возникший лист, – каждый запишет свое имя и имя своей верной пары.
Он замолчал,
В учебниках даже приводилась легенда о появлении этих терминов. Согласно ей, когда-то очень давно жили два мага – братья, младший и старший. Первенца звали Тосейх, младшего, соответственно, Тиомейнте. И вот якобы однажды они отправились на опасное дело: сразиться не с кем-нибудь, а против слуа. В отличие от поднимаемых лунными магами мертвецов, слуа мертвы изначально. Во время войны и когда бушевала Серая Химера, они часто носились по небу и пугали простых людей своими криками. Верное средство не попасться им на глаза – спрятаться под крышей или хотя бы зонтиком. В противном случае, как было написано в древних фолиантах, люди подчинялись их крику и самоубивались любым доступным способом. Именно поэтому во время первой Войны трех государств и при Серой Химере оказалось столько жертв. Хотя Химера и без слуа справлялась с уменьшением населения Четты, Рохстала и Ирры.
А братья решили вдвоем сразиться против этой страшной твари, единой во множестве лиц. Во всех книгах приводится разное количество трупов, которые составляют тело слуа, их число варьируется от десяти до нескольких сотен. Уж лучше с гармом еще одним сразиться, чем с этим чудовищем. Но братьев, похоже, орущие трупы вконец достали, и они потребовали у них спуститься на землю. Слуа спустился, братцы вступили в бой. И вот когда от трупов осталось всего ничего, силы Тосейха и Тиомейнте почти закончились. Старший брат не мог сплести полноценное заклинание, которое бы положило конец чудовищу, убивающему животных и подталкивающему людей к смерти. Он только начал рисовать заклятье (какое именно, ни в одной книге не уточнялось, между прочим), но не сумел закончить, его сил хватило только на половину или чуть больше. Тогда Тиомейнте подхватил сеть брата и закончил ее, таким образом вплетая свои нити. Слуа были побеждены, а братья потом запатентовали, так сказать, парный способ плетения. Такие названия присвоили напарникам не так давно, кстати, когда и пошла тенденция разбивать пары на первого и второго.
Впрочем, нельзя не признать, что напарник может быть полезен – диплом мы делаем вместе, включая практику, так что не придется одной ломать голову над изобретением нового заклятья.
– Ну что, тио, – Алек внезапно высунулся из-под парты (он сидел в начале ряда изначально), и я чуть машинально не пнула его, – пойдем, запишемся?
– Иди к бесу, – огрызнулась я, испытывая непреодолимое желание настучать старосте по обстриженной макушке. Похоже, патлы ему все-таки надоели, и он решил, что пора избавиться от них. Теперь вот, щеголял «ежиком». – Зря подстригся.
– Почему? – Алек скользнул на пустое место рядом со мной и расплылся в улыбке, настойчиво повторил вопрос:
– Записываемся, тио?
– Потому что мозг выдует последний, – объяснила я и пожала плечами. – Запишемся, но тио – это ты. И вообще… лучше наравне, Алек.
– Не выдует, у меня шапка теплая, – возразил он и хитро прищурился. – Мозг весь внизу, знаешь ли. И я привык быть сверху.
Я только закатила глаза.
– Да пожалуйста. Только потом не жалуйся, когда…
Я прикусила язык, не решившись договорить. Нет уж, пусть сначала господин сыщик поговорит с Деканом, а потом при необходимости я скажу все Алеку. Может статься, что ничего рассказывать и не придется, мне сам Декан назначит пару, например. Хотя все-таки
Впрочем, ладно, тратить нервы раньше времени – плохая идея.
Алек явно намеревался уточнить, что я не договорила, но снова подал голос Декан.
– Листок останется здесь, – сообщил он. – У вас есть время до окончания пар. В следующий раз запись начнется через неделю, в понедельник. Последний срок – четвертая пятница этого месяца. Если кто-то не найдет себе напарника к тому времени… – Декан многозначительно замолчал.
Нет, ничего страшного в этом не было, просто в таком случае в напарники ставили либо такого же бедолагу-одиночку, либо кого-то со старших курсов, кто потерял пару по какой-нибудь причине. Второе случалось редко, первое куда чаще, но иногда выходило так, что элементарно не хватало людей. Нечетное число студентов, что поделать. И вот в таком случае невезучему приходилось стиснуть зубы и заниматься не с кем-нибудь, а с преподавателем своего направления. На парах преподаватель в первую очередь показывал все заклинания на бедном студенте, а у таких бедолаг редко что-то получалось с первого раза. Все-таки препод в напарниках – это вам не сокурсник или шестикурсник, с которыми нас объединят.
Ну, лучше Алек, чем ничего. Так что когда Декан покинул кабинет, оставив нас в легком недоумении от своего монолога, мы первыми и записались. Алек все-таки сделал пометку, что именно он тосейха, но пусть пока тешит свое самолюбие и представляет, как будет начинать сеть и подсказывать мне. Перебьется. В конце концов, у меня еще целых четыре месяца впереди, чтобы морально подготовиться к происходящему.
После пар я хотела обговорить с Алеком некоторые детали, но он только махнул мне рукой, сообщил о конце света, который непременно наступит, если сейчас же его не предотвратить, и убежал куда-то на шестой этаж. Пф, очередное свидание. Интересно, а что будет, если какая-нибудь из девушек внезапно забеременеет? Ну мало ли, в этой жизни слишком много всего невероятного происходит, что уже даже перестаешь удивляться, честное слово. Алона, остановившаяся около выхода из Академии, только скривилась.
– Я видела, вы с ним в паре?
– Угу.
Она хмыкнула.
– Не боишься, что он тебя все-таки соблазнит?
– И кто-то выведет домашнего гарма? – фыркнула я, поправляя растянувшийся браслет. Не мешало бы уже освежить сети и вообще переплести его заново на более прочную нить. Все-таки два года таскаю. Интересно, в лавке около Солнечной площади продаются сапфировые бусины?
– Бесов же вывели, – возразила Алона, но судя по тону, она и сама не особо верила в этот аргумент.
– Ты идешь на целителя?
– Не, – Алона поморщилась. – Это слишком скучно. Пойду на предсказания. Руны я себе почти закончила вырезать.
– Из камня? – полюбопытствовала я, открывая дверь.
– Из кости.
– Ого. Из чьей?
Алона задумалась, словно пыталась припомнить, что за зверя разобрали на части.
– Ирбис.
Я присвистнула. Ирбис! Снежный зверь, который никогда не спускался с гор в обоих Альси. Его было очень сложно поймать – белоснежная шкура этого зверя надежно скрывала хищника среди снегов, и даже бледные черные пятна не помогали его заблаговременно обнаружить. Многие охотники, желающие добыть ирбиса, просто не возвращались. Снежные горы – это не лес, где в любой момент можно найти еду, да и выбраться довольно сложно, если заблудился. Так что горе-следопыты или замерзали среди снегов, или сами превращались в добычу для хищников. Кроме ирбисов на альсийской гряде водились и другие опасные звери, которые могли убить человека одним ударом мощной лапы. Поэтому в одиночку отправлялись в горы только самоубийцы.