Лунное чудо
Шрифт:
— Мы могли бы позвонить кому-нибудь другому.
—Хм... может быть, позже. Они все равно примут тебя за сумасшедшего, если ты это сделаешь. Посреди ночи.
—Ты скучаешь по родителям?
Я ненадолго задумалась. Скучала ли я по ним?
— Вообще-то, да, — ответила я. — Ну, если бы я только не была мертва. Они были отличными родителями, я всегда могла положиться на них. Если бы я могла сейчас просто так пойти домой, то все было бы в порядке. Я бы пила с моей мамой кофе или прогуливалась с отцом по парку. Мы часто гуляли по воскресеньям, рано утром, когда еще было темно. Весь город спал, а мы - нет. Но сейчас разразилась бы настоящая драма, если бы я встретилась с ними. На меня
—Чулочек?
– весело повторил он.
— Мое ласкательное имя. Я никак не могла отучить их. Всякий раз, когда они были эмоционально взволнованны, я уменьшалась в их глазах до двухлетки, которая не хотела снимать колготки и убегала. Имя милое, но в какой-то момент уже хочется быть не симпатичным носком, а взрослой. Твои родители тоже так поступали? Они ведут себя так, словно ты только вчера научился ходить?
—Нет, совсем нет. Скорее, наоборот. Они всегда были разочарованы с того самого момента, когда мне не исполнилось и десяти лет.
Они всегда ждали очень многого. Слишком многого.
—Ты не смог оправдать их ожидания?
—Нет.
— И с твоей подружкой та же история? Ты возлагал слишком большие надежды на нее? Как родители - на тебя?
— Она так утверждала.
Мне это не нравилось, но я должна была еще раз напомнить себе: этот чудесный парень пришел на кладбище не из-за меня, а из-за нее. Его закинуло в такое одинокое место, потому что он хотел поговорить с луной о девушке-которая-порвала-с-ним.
— Что она сделала не так? — поинтересовалась я. — Я имею в виду, какие ты нашел в ней недостатки?
— Она все делала правильно. Но она просто была сама собой.
— И?
—Постепенно это стало утомлять. Я влюбился в нее, потому что она была сумасшедшей неряхой, и позже я упрекнул ее в этом. Не очень-то мило, не так ли?
— Точно.
— Она - полная противоположность моих родителей, бабушек и дедушек, теть, брата и сводных брата и сестры, и именно это мне нравилось в ней. Она беспорядочная, непунктуальная, рассеянная, взбалмошная, ленивая, всегда без денег, совершенно нечестолюбивая и вежливая, если у нее было настроение для этого. Она упрямо отказывалась, даже хоть раз, задуматься о том, что она делает. Она никогда не размышляет. Она просто делает то, что придет в голову. Она живет сегодняшним днем. В начале мне это казалось великолепным.
Его небольшой монолог произвел на меня впечатление, потому что в нем было очень много информации. Я могла с легкостью представить семью Матса.
Очевидно, все его родственники были аккуратными, пунктуальными, сконцентрированными, хорошо воспитанными, волевыми, прилежными и далекими от банкротства. Кроме того, они должны были быть ярыми сторонниками честолюбия.
— И однажды ты заметил, что это тебя больше не умиляет?
— Похоже на то.
— Скверно, — посочувствовала я всем сердцем.— Но, если она тебя простит, тебе понадобится время, чтобы овладеть собой, и ты будешь пытаться все наладить. Ты будешь стараться быть терпеливее и уступчивее, но это не будет длиться вечность. Затем ты начнешь снова придираться, скажем, через три или четыре недели, вновь начнутся ссоры, и она тебя снова бросит.
— Проблема не в этом.
— А в чем?
— Неважно, - ответил он. — Твои заботы гораздо тягостнее моих. Мы должны поговорить об этом, а не обо мне.
— Мило с твоей стороны, спасибо. Но я бы лучше узнала, что за проблема с твоей хаотичной подружкой, которая никогда не думает.
Он не очень хотел говорить об этом. Я заметила. Но после короткой, молчаливой консультации с луной он все-таки
— Я думал, что я отличался от членов моей семьи. Я всегда хотел быть другим. Я не хотел принадлежать к клубу успешных, образованных и состоявшихся, которые воротят нос при виде нормального человека. Но я очень быстро отвернул нос от девушки, которой я не так давно искренне и не без энтузиазма объяснялся в вечной любви. Но эта большая любовь слишком быстро куда-то исчезла. Она просто действовала мне на нервы. С этим она ничего не могла поделать. Она действительно милая!
Я была удивлена.
— Я думала, что ты здесь, чтобы при луне поговорить о разбитом сердце? А теперь ты говоришь ...
—Мое сердце не разбито. Оно просто ледяное. Также, как и сердца моих родственником. Об этом я и хотел поразмыслить.
— Ты уверен? — в замешательстве спросила я. Я не могла себе представить, что парень, который до настоящего момента так умилительно обо мне заботился, был бессердечным. — Разве ты не говорил, что это она с тобой порвала, а не наоборот?
— Это так. Но это не значит, что я - хороший. Это, скорее, свидетельствует об отвратительной, тонкой манере, как моя семья решает свои проблемы. Вместо того, чтобы сказать ей, что я ошибся и хотел бы закончить все это, я целенаправленно запугал ее и подтолкнул в руки своего друга. Пока она не изменила мне и не порвала со мной. Теперь она выплачет все глаза и будет чувствовать себя предательницей, в то время как я рад, что все закончилось. Теперь это звучит хладнокровно, но мне только сегодня вечером стало понятно, что я все время надеялся на это. Поэтому я пришел сюда. Так как разочаровался в самом себе.
—... Это подтверждает мои предрассудки.
—Какие же?
— Что нельзя доверять привлекательным парням.
По тому, как отреагировал Матс, я заметила, что для него было совершенно обычно, что его считали незаурядным, хорошо выглядящим парнем. Он не почувствовал себя польщенным, а также, казалось, его особенно не интересовала моя оценка.
— Эта история подорвала мое представление о самом себе, — с сожалением сказал он. — Все же я был другим. Не надменным и элитным всезнайкой, а человеком с настоящими, глубокими чувствами. Но я не рассчитывал, что мои настоящие, глубокие чувства уйдут так скоро.
—Как твоя фамилия?
– спросила я. — Может быть, я уже встречалась с кем-то из твоей элитной семьи?
— Навряд ли.
—Почему это?
— Они живут не здесь. Ты могла увидеть одного из них, но не в реальности.
— Где тогда?
—По телевизору, если только. Мой дедушка - знаменитый пианист, он живет в Лондоне. Ему уже за восемьдесят, но иногда он еще играет. Он родился в Швеции. Затем женился на дочери и наследнице производителя швейцарских часов, на моей бабушке, которая принесла с собой большую часть состояния, поэтому, собственно, никому из нас больше не нужно было зарабатывать деньги. Все равно все считали, что должны в рекордные сроки получить докторскую степень, или в двенадцать лет поступить в музыкальную консерваторию, или, по крайней мере, выиграть Олимпийское золото в соревнованиях по выездке. Когда ты была еще жива, меня здесь не было, я жил в Париже.
— Так значит, ты говоришь по-французски?
— Как же иначе в Париже? — спросил он снисходительно. — Только щелкать селфи на Эйфелевой башне?
Иногда он правда был надменным. Но если ты красив и богат, а кроме того, говоришь по-французски, это, скорее всего, совсем неудивительно.
— Ты умеешь играть на фортепиано?
—Как сказать. Четыре года я посещал занятия по игре на фортепиано и скрипке. Для консерватории я не достаточно хорош, поэтому - нет. Но, чтобы впечатлить неосведомленных девушек, достаточно.