Лунная девушка
Шрифт:
Я продолжал расспрашивать очевидцев: что с рыжеволосой девушкой, которую везли каннибалы, где она?
— Да, с ними была девушка, и еще пятеро воинов верхом на олтонах, все они поскакали дальше, на восток!
— С ней ничего не случилось во время схватки, она цела?
— Целехонька. Но, похоже, она сумасшедшая — даже ни разу не вскрикнула, когда…
Скрипнув зубами, я бросил олтона в галоп. Они уже рядом, я вот-вот их догоню! Даже если пятеро головорезов Сарго-та имеют «гремящее оружие» и знают, как с ним обращаться,
Я нагнал их, когда они сделали привал.
Ночь, проведенная по ту сторону Серебряной Реки, снабдила меня навыками заправского разведчика: мне удалось вовремя направить своего олтона в сторону, незамеченным нырнуть за деревья и бесшумно спешиться.
Наемники сидели вокруг костра, а чуть поодаль стоял небольшой желтый шатер, при виде которого у меня бешено заколотилось сердце.
Нет, у солдат не было «гремящего оружия», они даже не выставили часового… И дружно вскочили, роняя котелки, когда я внезапно поднялся из травы в пятнадцати шагах от них.
— Стой, бродяга!
Тот, кто это крикнул, наставил мне в грудь самострел.
— Кто ты такой? Что тебе надо?
— Я, паладар Джу-лиан, пришел за своей женой!
Наемникам нелегко было узнать в растерзанном заросшем типе зятя Сарго-та, но все-таки они меня узнали. Может, все обошлось бы без кровопролития, если бы владелец самострела не решил показать свою удаль.
Мой выстрел опередил его выстрел на какую-то долю секунды, и бельт по крутой дуге ушел в розовое небо. Когда арбалетная стрела начала обратный путь к земле, удалец уже лежал в расплывающейся кровавой луже, а остальные головорезы бежали ко мне, размахивая мечами.
Последнему почти удалось меня достать, но я не дал ему шанса повторить выпад.
Подбежав к костру, я пинком выкатил оттуда унита, свалившегося прямо в огонь. В последнее время я научился бестрепетно убивать, но так и не смог привыкнуть к запаху паленой плоти.
Отбросив полог шатра, я с замиранием сердца шагнул внутрь:
— Неела?
Она сидела на разостланных на земле одеялах, сжавшись в комочек, закрыв глаза.
— Неела…
Длинные ресницы медленно поднялись.
— Не бойся, любимая, все хорошо! Я пришел за тобой…
Голубые глаза заглянули мне прямо в душу, я с усилием проглотил застрявший в горле комок.
— Неела…
— Джу-лиан!
Это был не крик, а скорее тихий стон. Принцесса пристала, протянула ко мне руки — и потеряла сознание прежде, чем я успел ее обнять.
— Мне сказали, что ты погиб, Джу-лиан… Что тебя убили ва-гасы по ту сторону Серебряной Реки…
— И ты поверила?
— Да. Поэтому я согласилась поехать к Ор-тису. Мне было все равно, что станется со мной, я хотела одного — отомстить.
— Да что бы ты смогла сделать, глупышка?
— Я бы убила его.
Я с улыбкой покачал головой, вспоминая, сколько невероятных усилий потратил сам, чтобы
Она действительно убила бы Ортиса. Так ли иначе, рано или поздно, но она бы это сделала.
Мы покоились на мягких одеялах, и свет, сочащийся сквозь тонкую желтую ткань, лежал на наших телах золотым покрывалом. Может, сейчас не время было заниматься любовью, но… После всего, что нам обоим пришлось пережить, мы заслужили немножко счастья.
— Неела…
— Что, Джу-лиан?
— Ничего…
Я коснулся губами ее щеки, и она с готовностью повернулась, подалась навстречу, обнимая меня тонкими руками.
— Ты прекраснее всех женщин мира, нонно-вар Наа-ее-лаа!
— А ты знал их всех? — тихо засмеялась она.
— Мне не нужно знать всех, мне достаточно тебя одной…
После этого мы долго молчали, за нас говорили наши тела.
Сколько времени прошло, прежде чем я вспомнил, что по ту сторону полога лежат пять трупов? Что беженцы, запрудившие Старый Торговый Тракт, вот-вот могут подойти к костру и заглянуть в наше непрочное убежище? Что ва-гасы по-прежнему катятся на запад со скоростью бури?
Боюсь, я вспомнил об этом еще очень нескоро.
И Наа-ее-лаа не торопилась покидать уютное местечко между моим боком и стенкой шатра.
— Джу-лиан… — наконец шепнула она.
— Да, любимая?
— Я должна кое-что тебе сказать.
— Я тоже должен сказать тебе кое-что…
Слова Наа-ее-лаа вернули меня к жестокой действительности.
Я должен был рассказать ей о смерти отца. И о том, что «презренный тан-скин» оказался ее родным братом. Боже, до меня только что дошло: ведь Джейми мой шурин!
— Джу-лиан, что-то случилось?
Муштровка Ирч-ди так и не научила меня скрывать свои мысли. Как всегда, у меня все было написано на лице, — и принцесса, приподнявшись на локте, тревожно заглянула мне в глаза.
— Что-то случилось с Ирч-ди? Да? Он грозил, что поднимет гвардию, если меня отдадут Орти-су; отец даже пообещал бросить его в Горхаг… Он не… Скажи, с ним все в порядке, Джу-лиан?!
— С ним все в порядке, — поспешно успокоил я.
— Тогда что…
Я несколько раз облизнул губы и, наконец, обрушил на нее первую из сокрушительных новостей.
Наа-ее-лаа то краснела, то бледнела, слушая про бесславную смерть Сарго-та. Нет, она не любила отца — так же как он ее — но нонновар Лаэте глубоко возмутило то, что Ирч-ди оставил ямада-ра лежать рядом с трупами палачей.
— Как он мог смешать кровь ямадара с кровью подлых карханов!
Я вздохнул. Самая трудная часть рассказа была еще впереди.
— Неела, у него не было времени позаботиться о трупе Сарго-та. Он думал тогда совсем другом. И сейчас совет древних Домов, наверное, уже провозгласил нового ямадара Лаэте…