Лунная девушка
Шрифт:
— Тогда приведи сюда Наа-ее-лаа! Она одна стоит стоит всех лекарей в этом задрипанном городишке!
Ирч-ди, побагровев, со стуком поставил бокал на стол:
— Да ты в своем уме, блистательный итон? — медленно проговорил он. — Ты хочешь, чтобы Высочайшая из равных пришла в эту дыру, больше того — чтобы она находилась в одной комнате с тан-скином?!
Мы долго смотрели друг другу в глаза.
— Ты мне нравишься, Ирч-ди, — честно сказал я.
Воин побултыхал жидкость в бутыли солидных размеров
— Скажи, как ты стал лавадаром принцессы?
— Я стал им в тот день, когда она родилась. Моя покойная сестра была кормилицей Наа-ее-лаа, — Ирч-ди сделал большой глоток прямо из горлышка и вытер рот тыльной стороной ладони. — Пожалуй, ты мне тоже нравишься, Джу-лиан. Не знаю пришел ли ты и впрямь из-за твердого неба…
— Она тебе рассказала?
— … Но даже одному из небесных богов я не советовал бы пренебрегать принцессой! Я обещал Наа-ее-лаа, что мы скоро вернемся. Нам пора во дворец, собирайся!
— Я никуда не пойду.
Отвернувшись от Ирч-ди, я устало сгорбился и вытер пот со лба: от камина удушливыми волнами плыла жара. В во-наа никто не топит в разгар дня, но Джейми сейчас нуждался в тепле.
Я посмотрел на бледное лицо скина, на черные круги вокруг глаз, на приоткрытые запекшиеся губы — и уткнулся лбом в сжатые кулаки. Такого бессильного бешенства я не чувствовал даже сидя рядом с умирающей Наа-ее-лаа. Тогда у меня был хоть какой-то шанс ей помочь, пустив в ход земные лекарства, а теперь… Что я мог сделать для парня, который совершил невозможное, чтобы меня спасти?!
— Было бы лучше, если бы он сдох, — я вздрогнул, услышав над своей головой гулкий голос Ирч-ди. — Лучше для всех, и для него тоже. По мне, таких тварей милосердней убивать сразу после рождения…
— Отойди от него! — мой сипящий голос не шел ни в какое сравнение с громовым басом лава-дара, но тот вздрогнул и попятился, когда я поднялся между ним и кроватью.
— Высочайшая рассказывала, что ты силен, — Ирч-ди, сощурив глаза, окинул меня быстрым взглядом. — Она говорила, что ты голыми руками убил тор-хо, — неужели это правда?
— Послушай, Ирч-ди. Я не собираюсь мериться с тобой силой. Но Джейми трижды спас мне жизнь, и я не позволю…
— Да за кого ты меня принимаешь, Джу-лиан? Чтобы я пачкал свой меч о какого-то вонючего тан-скина?
Видно, существует предел, за которым невозможно сохранить спокойствие даже тому, кто очень старается быть терпимым. И слова лавадара вышвырнули меня за этот предел.
— Да уж, конечно, вам, чистой крови, не пристало дышать одним воздухом с таким презренным существом, как тан-скин! — с ядовитой издевкой прошипел я. — «Все животные равны, но одни равнее других», — так, кажется, у Оруэлла? А вот тиргон вашего ямадара оказался не столь разборчив!
— Что-что? — Ирч-ди приподнял брови.
—
— Ты и впрямь сумасшедший, — покачал головой Ирч-ди. — Никто, кроме отпрысков Дома ямадара, не может заставить взлететь тиргона Сар-гота…
— Как же, как же! — ядовитый сарказм в моем голосе напомнил мне знакомые интонации Скрэ-ка. — Я сам летел вместе с Джейми на спине рогатой зверюги с трилистником на боку — и убедился, что все различия между низшими и высшими в во-наа не стоят даже…
Я резко оттолкнул Ирч-ди, шагнувшего к кровати. Глупец, кто велел тебе распускать язык? Если за ношение ножа скина могли приговорить к «колеснице богов», то что же ему грозило за посягательство на дракона ямадара? Когда же ты, наконец, поймешь, что здешние правила игры отличаются от земных, и зачастую с этими правилами не поспоришь?!
— Нет, — лавадар шумно перевел дух. — Не беспокойся, я его не трону. Я только хочу на него взглянуть…
— Что-что?!
— Могу даже к нему не прикасаться. Сними с него одеяла и переверни на живот!
В хриплом голосе старого воина было что-то такое, что заставило меня выполнить эту странную просьбу.
Я осторожно перевернул Джейми на живот, и Ирч-ди, нагнувшись над моим плечом, уставился на спину унита.
Вдруг меня заставил обернуться очень странный сдавленный звук.
— В чем дело? Эй, что с тобой? Тебе плохо?
— Н-нет… Н-ничего, — страшная бледность медленно сходила с лица лавадара принцессы. — Давай я помогу тебе его уложить…
— Поможешь мне уложить презренного вонючего тан-скина?
Боюсь, мой сарказм не дошел до Ирч-ди, тот был как будто все еще слегка не в себе. Я сам перевернул Джейми на спину и снова его укрыл. Теперь мальчишка полыхал от жара, ссадины на его груди воспалились и сочились гноем.
— Какого цвета у него глаза? Всего я мог ожидать от Ирч-ди, только не такого вопроса!
— Голубые, как у Наа-ее-лаа…
Лавадару принцессы следовало бы возмутиться сравнением глаз его госпожи с глазами низшего из низших, но Ирч-ди отреагировал совершенно неожиданно. Он шагнул вперед, опустил ладонь на лоб Джейми и вгляделся в его лицо. А ведь еще недавно воин кривился от отвращения, помогая мне мыть тан-скина, и бормотал, что делает это только из уважения к воле Высочайшей!
— В чем дело, Ирч-ди?
Развернувшись, лавадар стремительно пошел к порогу.
— Я приведу сюда Наа-ее-лаа.