Лунная девушка
Шрифт:
— Здесь не так высоко. Вылезай ногами вперед, я тебя придержу.
Джейми посмотрел на отверстие, потом — на меня.
— Ну, чего ждешь?! — во мне поднялась волна глухого раздражения. — Помнится, в ринтской тюрьме ты не думал долго, прежде чем смыться!
Унит дернулся так, словно я пнул его по больному колену.
«Прекрати истерику, капитан Райт! Как будто мальчишка виноват в том, что тебе не повезло!»
Несколько секунд мы с тан-скином молча смотрели друг на друга, потом я судорожно выдохнул и схватил его за руку.
— Джейми, ты должен
— Что?! — он резко побелел.
— Это моя единственная надежда! Разыщи принцессу и расскажи ей, во что я влип, она обязательно вытащит меня отсюда…
— Ты спятил!
— Наоборот, ко мне вернулся разум!
Я вдруг понял, что все это время в моем мозгу подспудно билась одна и та же мысль — и вот теперь превратилась в железную уверенность, которая возродила во мне угасшую было надежду. Нет, вовсе не Наа-ее-лаа приказала упрятать меня сюда! Наверняка это дело рук советника Ко-лея! Он видел, как мы прощались на помосте в Ринте, я помню, какое кислое было тогда лицо у сына Ла-гота. И я готов был прозакладывать двигатели «Челленджера» против единственного оставшегося у меня предмета гардероба, что именно советник позаботился, чтобы мы с принцессой никогда уже больше не увиделись…
Джейми перебил мои сумбурные объяснения тонким вскриком:
— Ты не понимаешь! Скинам запрещено показываться в Дворцовом Квартале! Мне не удастся даже пробраться внутрь Внешнего Кольца, а уж попасть во дворец… Это просто немыслимо!
Я откинул голову к стене и закрыл глаза.
— Значит, мне крышка…
— Во Внутреннее Дворцовое Кольцо не проскользнет даже скрэк… Настоящий скрэк…
Я открыл глаза и ухитрился улыбнуться, но придержал колкую остроту.
— Что ж… Может, повезет в следующей жизни… Ладно, тебе пора!
Унит хотел еще что-то сказать, но я подтолкнул его к бойнице.
— Давай, пошевеливайся!
Я держал его за руки, пока он с трудом протискивался в отверстие; наконец мое плечо уперлось в камень:
— Удачи, Джейми. Не поминай лихом!
— Джу-лиан, я попытаюсь…
Я разжал пальцы, не дав ему договорить. Мне не хотелось слышать конец фразы, начало которой снова зажгло слабую искорку надежды в моей душе.
Глава тринадцатая
Гирхата
Надежда — тварь, куда более живучая, чем скрэк: даже когда ты знаешь, что все твои упования основываются на фантоме, ты упорно не желаешь примириться с неизбежным.
Во всяком случае, я не мог.
Верить, что Джейми разыщет Неелу, было еще более глупым, чем рассчитывать на то, что скин хотя бы попытается это сделать. И все-таки слабая надежда согревала меня те недолгие часы, которые я провел в кромешной темноте сырой холодной камеры. Я мог бы остаться в шахте, но не захотел, чтобы меня вытаскивали оттуда, как крысу из норы.
Ярость стражников, обнаруживших исчезновение одного из
У меня мелькнула мысль пустить в ход железный прут и проломить лютующим церберам черепа, но тогда меня наверняка заковали бы в цепи.
Поэтому, сжав зубы, я дал отыграться на себе за побег Джейми, после чего поднялся по каменной винтовой лестнице, молча позволил связать себе руки и так же молча вынес процедуру стрижки в комнате, битком набитой громогласными заключенными.
С волосами, остриженными сзади, но полностью закрывающими лоб, я вместе со всеми вышел на тюремный двор, чтобы напоследок взглянуть на розовое небо. У меня заслезились глаза, такое ослепительное сияние от него исходило.
Перед нами распахнули ворота, и в окружении тройного кольца пеших стражников в сопровождении нескольких верховых мы двинулись по улицам Лаэте.
Заключенные брели, тупо глядя себе под ноги, многие громко бормотали молитвы, но я жадно оглядывался по сторонам, ища малейшую возможность для побега и всеми силами стараясь порвать веревку на руках…
На этот раз улицы Лаэте кишели народом, всадники отжимали унитов к стенам домов, зычно покрикивая:
— Дорогу! Дорогу! Дорогу тем, кто идет на Помост Казней!
Привлеченные криками лаэтяне свешивались из окон, выходили из дверей, выныривали из переулков, скоро за нами следовала уже целая толпа… Которая не шла ни в какое сравнение с той массой народа, что колыхалась вокруг помоста в центре широкой площади.
Я удвоил попытки освободиться и зашарил глазами по сторонам в поисках любой лазейки в беспорядочной мешанине унитов, повозок, пестрых навесов, вьючных ол тонов, деревянных палаток. Приговоренный впереди меня вдруг споткнулся и упал; стражники начали его поднимать, а я сделал попытку проскользнуть сквозь разорвавшийся строй… Но меня мгновенно перехватили и втащили по ступеням просторного, как цирковая арена, помоста, на котором стояло множество непонятных зловещих штук.
Я повернулся спиной к этой дряни, с идиотской надеждой вглядываясь в шумящую внизу толпу.
Глупец! Кого я собирался там увидеть?!
Нет, Неела обязательно бы пришла, — если бы только Скрэк сумел ее разыскать! Но нужно быть глупее проповедников ереси ва-гасов, чтобы ожидать самоотверженных поступков от парня, для которого предательство давным-давно стало второй натурой… Наверное, сейчас мне развяжут руки, и тогда можно будет попробовать прыгнуть с помоста в толпу, а там… Пусть кто-нибудь попробует меня остановить!..
Эти скачущие мысли проносились у меня в голове, пока за моей спиной возносились последние молитвы, а разряженный в алое тип выкрикивал осипшим голосом длинный список приговоров.
Как далекие, так и близкие звуки проносились лишь по краешку моего сознания, все мои мысли и чувства сосредоточились сейчас на ожидании того момента, когда с меня снимут веревку. Остальные приговоренные смирились со своей участью, но я не дам прикончить себя, как овцу на бойне!
Однако никто не спрашивал на то моего дозволения.