Лукас
Шрифт:
— Прости. — Я морщусь. Надо же было такое ляпнуть. — Я плохо соображаю.
— Не переживай. — Он подходит ко мне, хлопает по плечу. — Что будешь делать?
— Ну, очевидно, мне нужно как-то заставить ее признать, что она все это подстроила, и убедить Айви мне поверить. — Я стягиваю с кровати простыни, бросаю все в кучу на полу, хочу избавиться от любых следов присутствия Мейси. — Она швырнула в меня кольцом, Вэн. Как будто сердце мне вырвала.
Он прислоняется к стене возле дверного проема, скрещивает мощные руки на груди. Черные, как смоль, волосы спадают
— Думаю, мудила бывший муж приложил ко всему этому дерьму руку.
Достойная кличка для урода. Усмехнувшись, я киваю в ответ.
— Я тоже так думаю. Этот говнюк меня ненавидит и никак не смирится, что мы с Айви вместе. Думаю, когда он узнал, что мы обручились, ему совсем крышу снесло.
— Хочешь, я с ним побеседую.
— Пока не надо. — Вэндаловы методы ведения бесед меня пугают. — Мне нужно поговорить с Айви и еще раз поговорить с Мейси, когда она успокоится.
— Одно только слово, бро. — Вэндал хрустит костяшками пальцев, — и я его, ублюдка, урою.
— Тебе правда нравится причинять людям боль, да?
Его лицо искривляется в злобной ухмылке.
— Не всем подряд, но, в целом, да. Процесс мне нравится. Люблю причинять боль. В любом доступном виде.
Остается только радоваться, что эти гены мне не достались.
После того, как Вэндал уезжает, я быстро принимаю душ и еду к Айви домой. Еще один удар прямо в сердце поджидает меня на улице, когда я вижу машину Пола, припаркованную на подъездной аллее.
Я в бешенстве колочу в дверь, пока Айви не открывает, заплаканная, с покрасневшим лицом.
— Что ты здесь делаешь? — спрашивает она.
— Какого черта он здесь делает? — отвечаю я вопросом на вопрос.
Пол появляется в дверном проеме за ее спиной.
— Где, черт возьми, моя дочь? — требует он.
Поверить не могу. Что за херня?! Мы с ней помолвлены. Совсем недавно мы занимались сексом на кухонном столе в этом самом доме. А теперь я стою на крыльце у входа, а они загораживают дверь?! Вместе.
— Она уехала от меня больше часа назад. Мой брат дал ей денег на такси.
Пол отталкивает Айви в сторону.
— Ты переспал с моей дочерью, а после отправил ее домой на гребанном такси?
— Можно уже прекратить этот цирк. Я с ней не спал, и ты, твою мать, это прекрасно знаешь, — теряю над собой контроль я. — Какого хрена вообще происходит? Я знаю, что это ты, Пол. Ты сделал что-то с Мейси, как-то заставил ее оболгать меня вот таким вот отвратным образом.
— Лукас! — в шоке подскакивает Айви. — Он бы никогда так не поступил с нашим собственным ребенком! — заявляет она в его защиту. В его защиту. Не в мою.
— Я бы тоже так не поступил! Ты знаешь, как я люблю твоих детей.
Пол опять отталкивает ее, он смотрит прямо мне в лицо.
— Судя по всему, одного из них ты даже слегка чересчур любишь, — усмехается он. — Ты им не отец, а Мейси — красивая девушка. Ты воспользовался ею слабостью, когда она была беззащитна. Радуйся, что я полицию не вызвал, — угрожает он.
— Никто не собирается вызывать полицию! — кричит Айви. — Лукас, пожалуйста, уходи.
Уходи. Она хочет, чтобы я ушел. А он останется здесь.
— Мне нужно с тобой поговорить. Наедине. Пожалуйста, Айви.
Она бросает взгляд на Пола.
— Дай мне минутку, — говорит она ему, а я не понимаю, почему он вообще здесь, почему она не прикажет ему уйти.
Он откровенно смеется надо мной за ее спиной, а затем уходит внутрь, в ее дом. В их дом.
Я пытаюсь обнять ее, но она отстраняется и скрещивает руки на груди.
— Айви, я не понимаю, что все это значит. Я не прикасался к Мейси. Никоим образом, только пытался оттолкнуть ее от себя. Почему ты веришь в эту херню? Что он с тобой сделал? Что это за извращенный ад, и почему мы здесь вообще оказались?
— Мейси ни за что не обманула бы меня насчет такого, Лукас. — Она поднимает на меня красные, опухшие глаза. — Она знает, как сильно я тебя люблю. Думаю, она напилась и, наверное, флиртовала с тобой, а ты, под влиянием момента, не удержался.
Ее слова, как нож прямо в сердце — кажется, оно даже биться перестало.
— Что? Ты думаешь, я такой слабовольный? Айви, на меня женщины постоянно вешаются. Взрослые женщины, а не пьяные подростки, не имеющие понятия о том, что творят. Ты серьезно думаешь, что я стал бы рисковать нашими с тобой отношениями ради быстрого перепихона с пьяной малолеткой, помимо прочего еще и дочерью своей невесты?
— Она была в твоей комнате. — Слезы начинают струиться по ее лицу. — Я видела, как она оттуда выходила.
— Наверное, она пробралась туда, когда я спустился вниз открыть дверь. Она не была в моей комнате ночью, ни одной секунды.
— Ну зачем ей это делать? Она всегда была искренней девочкой, и она не лгунья. Никогда ею не была.
Внутри у меня все обрывается.
— А я? Я, по-твоему, лгун?
Она быстро качает головой и кладет ладонь мне на грудь, там, где сердце.
— Нет. В это я тоже не могу поверить. Если только ты не притворялся все время. Может быть, последние несколько месяцев были притворством.
— Для чего? Зачем мне так заморачиваться?
— Не знаю, — кричит она, всхлипывая. — Я не знаю, чему верить.
Я в отчаянии запускаю руки в волосы, отхожу от нее немного. Как же я хочу, чтобы она позволила мне войти в дом, а этот говнюк свалил на хер.
— Айви, я думаю, Пол ее подговорил. Он пытается задурить тебе голову, хочет нас разлучить. Он точно знал, что сделать, чтобы ты во мне засомневалась. Знает, как сильно ты боишься снова оказаться в подобной ситуации после того, как он с тобой поступил. Он все это подстроил. Я уверен.