Лучшая доля
Шрифт:
— Прости, — голос Лилии слабел, душимый рыданиями. — Прости.
Выдохнув, Понтер обернулся на голос и замер. Среди развороченной мебели, в углу на полу сидела Лилия, поджав колени к груди. В розовом платье, с распущенными волосами, напуганная поведением манаукца. Совесть проснулась в Шандаре, и он устало, с трудом делая шаги, дошёл до неё и опустился на колени.
— Прости, — шепнул тихо ей, боясь прикоснуться.
Что он наделал? В слепой ярости не заметил, что она здесь. Напугал её, и теперь Лилия его возненавидит. Он потерял её доверие. Потерял всё, что было дорого.
— Прости, я не хотела, — робко отозвалась Лилия, поднимая
Эта ласка прорвала плотину её слов. Она решилась признаться ему, она готова была вымаливать прощение до скончания своих дней. Даже если он её сейчас ударит, она должна была рассказать, должна была покаяться.
— Я не хотела, я только подумала, всего один раз. Я не знала, что всё так обернётся, — зачастила Лилия, лихорадочно всматриваясь в Шандара, от чего её глаза бегали, и это насторожило манаукца. Он обхватил её лицо ладонями, нахмурился, пытаясь понять, о чём говорит девушка. Ведь уж кто-кто, но Лилия точно не виновата в смерти сестры.
— Я не хотела, чтобы она умерла. Я не думала, что так выйдет.
— Что ты сделала? — вкрадчиво спросил Шандар, понимая, что девушка в истерике и повторяет одно и то же, никак не решится сказать что-то важное, то, что может изменить его отношение к ней. Неужели он обманулся нежным личиком? Разве так может быть?
Лилия зажмурилась и всхлипнула, крупные капли слёз сорвались с её длинных ресниц.
— Я позавидовала ей тогда, на свадьбе. Хотела оказаться на её месте. Я знала, что нельзя так думать, знала, что это чёрная зависть. Роза достойна такого мужа, как ты, а я… Я не имела права мечтать и уж тем более завидовать.
Шандар слушал её лепет и не понимал. Как зависть могла убить его жену?
— Ты что-то сделала? — тихо уточнил он и с облегчением выдохнул, когда Лилия попыталась замотать головой, испуганно распахнув глаза.
— Нет. Нет. Я бы никогда. Я просто подумала, я не знала, что так всё выйдет.
Шандар понял, что девушка просто винит себя в смерти Розы. Так же, как и он, переложила груз ответственности на свои плечи. Обняв Лилию, погладил по волосам, слушая, как та всхлипывает у него на плече. Бедный ребёнок. Чистый и невинный. Она решила, что убила Розу своей завистью. Какая глупость. Шандар тяжело вздохнул, слова Лилии болью отозвались в груди манаукца. Роза была достойна такого мужа, как Понтер, а он подкачал.
— Прости меня, пожалуйста. Я уеду, как только Маргаритка вернётся.
— Куда уедешь? — испуганно шепнул Шандар, отстраняясь от девушки, цепко держа её за плечи. — Почему?
Видимо всё же напугал он её. И теперь не имел права останавливать, но вопросы сами ссыпались изо рта, хотелось молить не оставлять его.
— Это тяжело, — тихо шепнула Лилия.
Она опустила голову, и по её глазам манаукец не мог прочитать мысли. Его пальцы ослабли, и руки плетями безвольно опустились вниз. Да, она уйдёт, и он не мог её винить. Ни её, ни Маргариту.
Взгляд, полный страдания, пронзил своей глубиной неба, а затем мягкие губы прикоснулись к его. Поцелуй получился неловким, робким, а его след простыл за считанные секунды. Девушка поднялась и хотела сбежать. Она и так позволила себе слишком многое. Но на Шандара вдруг снизошло озарение, он вспомнил всё, о чём они разговаривали с Лилией в тенистом саду, вспомнил каждую
Он схватил девушку за руку, не давая ей и шагу ступить, лбом упёрся ей в живот и, прикрыв глаза, пытался собраться с мыслями. Нужно было что-то сказать, как-то объяснить своё поведение, оправдать свой эгоизм.
— Не уходи, — глухо шепнул он, через силу добавив: — Прошу.
В дверь постучали, но ни Шандар, ни Лилия не сдвинулись с места. Девушка, закрыв глаза, тихо всхлипывая, гладила свободной рукой по волосам любимого мужчину, понимая, что не сможет его бросить, особенно сейчас, а он будет видеть в ней лишь сестру жены, и Лилия не хотела быть заменой Розе. Ситуация была просто ужасна и обострялась она тем, что сердце разрывалось на части.
Дверь приоткрылась, в проёме показалась голова дворецкого. Он оглядел погром, устроенный хозяином, и осуждающе поджал губы. Но маска невозмутимости быстро вернулась на место.
— Прибыла бригада врачей.
Лилия открыла глаза, взглянула на отмершего мужчину, который тяжело поднялся с колен, словно сама планета не желала с ним расставаться, словно на плечах его была непомерная ноша. Девушка не удержалась и робко взяла его за руку, пытаясь своей поддержкой придать ему силы.
Так они и вышли вдвоём в холл, где трое манаукцев в белых костюмах расположились на диванчиках для гостей.
— Ши Маутор? — удивился Шандар, заметив среди них главного врача центрального госпиталя Яшама.
Как только врачи увидели хозяина, то тут же подошли ближе и поприветствовали только Лилию. К Понтеру теперь у всех было другое отношение — никакого уважения, лишь презрение и порицание.
— Наслышан о вашей утрате и обстоятельствах гибели жены. Если бы не был знаком с вами лично и не знал вас с детства, то отказался бы лететь, как и остальные. Многие теперь думают, что вы взяточник, ши Понтер. Но я врач и знаю еще несколько случаев, когда наших детей продавали их матери на опыты.
— Моя сестра не такая! — шагнула вперед Лилия, воинственно напирая на врачей. — Она не продавала моего племянника! Розу украли! И Маргарита это всем докажет!
Тяжёлая ладонь легла на хрупкое плечо Лилии, а затем Шандар и вовсе притянул её к себе, устало заговорив с врачами:
— Ши Маутор, давайте не будем делать поспешных предположений, порочащих имя моей покойной жены. Вы сюда не за этим прибыли, а чтобы спасти моего сына.
Пожилой манаукец окинул придирчивым взглядом холл и развёл руки в стороны.
— Но, как я вижу, ребенка ещё нет. А это значит, что я могу по старой дружбе по-стариковски брюзжать, так как ваши родители явно забыли вас научить, ши Понтер, главному — ответственности за семью! — голос главного врача звенел от злости. Он был раздосадован трагедией, случившейся с сыном его старого друга. Поэтому не мог молчать, его распирало от праведного гнева. — Радеете за Отчизну, горите на работе, а кто о бедной беременной должен думать? Она не бросила вас, ши Понтер, она погибла. Вы отдаёте себе отчёт в том, как к вам будут теперь относиться другие? Думаете, кто-то оценит, что вы стараетесь в ущерб семье решать общие проблемы? Нет! Это говорю вам я, ши Маутор, потерявший всех своих подопечных. А всё почему? Потому что я врач, и моя единственная фаворитка — это работа. Эх, молодёжь, — устало закончил он, поглядывая на парочку, и покачал головой. — Покажите детскую, хоть подготовим её к прилёту хозяина.