Лучшая доля
Шрифт:
Пятый и Четвёртый были с ней рядом, да и остальные бойцы под предводительством Второго должны были подтянуться вместе с подразделением быстрого реагирования «Бета», вот только Фероп намеревался сам лететь на станцию, чтобы забрать оттуда своего любопытного Котёнка.
Маргарита
Всё шло по плану! Абсолютно всё. Вилорг улетел по своим делам, Варот согласился со мной слетать на станцию «Искра» в полицейское отделение, даже прихватил с собой Шиора. Наивные, думали, справятся со мной вдвоём. Я же упаковала в рюкзак аппаратуру, правда, пришлось оставить
Мною двигала обида и странный азарт, стремление поставить Вилорга на место, и я как-то не подумала, что могла оказаться не права. Вот нисколько не было сомнения в вездесущности моего таинственного «Первого». Каково же моё было удивление, когда я, силком затащив Шиора и Варота в машинное отделение, поняла, что командовал захватом вовсе не Вилорг, а его заместитель — Аракл.
Тихо перешёптываясь, мы с моими телохранителями даже до места еще не добрались, как началась перестрелка. Меня, конечно же, опрокинули на пол, и всё, что я слышала, это топот ног, громкие крики, выстрелы. Через решётку в полу видела, как ниже уровнем убегали бандиты, вслед за ними мчались полицейские-земляне, а затем чёрными тенями пронеслись манаукцы, послышались крики боли и через несколько минут всё затихло. Я могла себя только поздравить с очередным провальным репортажем. Не знаю, что успели снять очки, но качество записи явно будет желать лучшего. Но я успокаивала себя тем, что можно взять интервью у полицейских и снять задержанных.
Меня собой прикрывал Варот, он осторожно поднялся, когда перед нами остановились чьи-то ботинки. Я медленно подняла голову, но не успела дойти взглядом до пояса чёрных камуфляжных штанов, как меня довольно нелюбезно подняли за капюшон с пола.
— Котёнок, — прошипел как змея Вилорг. Маска скрывала половину лица, зато глаза подсказали, что он на грани нервного срыва.
— Что? — воинственно сипло спросила, с трудом стоя перед разгневанным манаукцем, который не выпускал капюшон куртки.
— Кто разрешил тебе участвовать в операции?
Я, естественно, призналась, лишь бы перевести с себя гнев Вилорга:
— Начальник полицейского отделения любезно позволил мне, как спецкору, снимать спецоперацию, которую, между прочим, он и возглавлял.
— Как мило, — язвительно заметил Вилорг и закинул меня себе на спину.
— Эй, эй, что за обращение? Я имею все права здесь находиться! Я ничего не нарушала! Поставь меня на пол, у меня голова кружится! Меня тошнит! Ты слышишь меня? Меня сейчас вырвет!
Кричала я всю дорогу, пока ехала на твёрдом плече Вилорга. Он прошёл коридор, поднялся по лестнице, затем вошёл в лифт, а с ним и остальные члены отряда. Я взывала к голосу разума и совести манаукцев, но никто даже не попытался мне помочь, а на ругательства «гады» и «предатели» не отреагировали, лишь подталкивали мою голову вниз, чтобы не смотрела на них. После лифта был ещё один коридор, более оживлённый, но и здесь никто не спешил мне на помощь, потом манаукцы вошли в огромное помещение, в котором эхо улетало так высоко, что растворялось в пространстве. Вилорг поднялся по трапу, прошёлся по узкому
— Я смотрю, ты так ничему и не учишься, — начал свои воспитательные нотации Вилорг низким голосом, в котором сложно узнать его обычный тембр.
— Почему же, я многому научилась. Например, не нарушать правил, всегда быть под охраной и мне вот интересно, что стало с моими телохранителями.
Вилорг усмехнулся, рассматривая меня своими алыми глазами.
— То есть ты хочешь сказать, что твой покровитель знает, где ты и чем занята.
— Ну конкретно где не знает, но для него это и не будет секретом, если спросит у своего лучшего друга, — я намекнула, что пора бы уже перестать играть.
— И он может быть спокоен, что с тобой всё хорошо?
— Да что опять началось! — не выдержала я, встала с кресла, сократила расстояние и толкнула его в грудь. — Шандар занят, и я не стала его тревожить по пустякам. Тебе не кажется, что ты сгущаешь краски?
Вилорг больно ухватил меня за подбородок рукой в перчатке, повернул вбок и злобно зашипел на ухо:
— Сгущаю краски? Я же предупреждал, что может случиться со слабой женщиной на таких станциях, как «Искра».
— Я с телохранителями, — возразила в ответ, не понимая, что это с Вилоргом, неужели он настолько зол, что сошёл с ума.
— И где они, твои телохранители? Я могу разложить тебя здесь, на своём столе, и никто тебя не спасёт.
Я как раз смотрела на этот самый стол, испуганно перебирая в голове варианты ответов. Что он хочет услышать от меня? Сам скрыл об операции, сам стал играть втёмную. Может, проучит меня и успокоится? В дверь точно никто не зайдёт, раз так говорит. Да и вообще я окончательно помешалась на Вилорге, теряла рядом с ним голову и ни о чём, кроме как о сексе, и не думала.
— Если вы это сделаете, то не будете сообщать моему покровителю, где я была? — закрыв глаза, с придыханием спросила.
Страшно было что ударит. Как бы я не верила в манаукский контроль, если бы мы поменялись местами, я бы себя удавила.
— То есть ты готова ради этого отдаться мне?
Я молча протянула руки к его паху, погладила совершенно спокойный член под тканью брюк, немного удивляясь. Зачем завёл подобный разговор, когда сам не собирался ничего делать? Видимо, я ошиблась, и с ума схожу по нему только я. Резко схватилась за ремень и попыталась расстегнуть его. Вилорг, недовольно рыкнув, толкнул меня к столу, на ходу расстёгивая брюки. Я же не стала отставать, приспустила с себя штаны и трусики, в последний момент решительно протянула запакованный презерватив.
— Вилорг, только нежнее, хорошо? — попросила, не глядя на него.
За моей спиной манаукец шумно выдохнул, я расставила удобнее руки и попыталась встать в наиболее соблазнительную позу. Хотя чего тут соблазнительного в голой заднице?
— Ты знала? — ни то спрашивал, ни то утверждал Вилорг, вставая ко мне впритык.
— И давно, — обернувшись, подмигнула. В красных глазах было удивление. И мне понравился эффект, который я произвела, сломав всю игру манаукцу, и он просто растерялся, не зная, что делать дальше. Я не стала его томить и подсказала: — Давай, не выходи из образа, ты злой полицейский, а я преступница. Накажи меня.