Лучи уходят за горизонт
Шрифт:
– Господи, только не упади, – вдруг сказал отец. – Я пугаюсь, когда она так делает.
Мелисса взобралась на вершину холма и, рисуясь, подняла лошадь на дыбы. Иоанн решил, что отца хватит инфаркт – так он напрягся, стиснув руку сына; но дорога сделала петлю, и Мелисса пропала из виду. Отец успокоился и повернулся к сыну, заводя разговор. Остаток дороги до поместья прошёл незаметно – через много лет Иоанн не сможет вспомнить, о чём они говорили с отцом, но тот момент останется в его памяти навсегда: вот они приближаются на машине к дому, а в это время по широким лугам, спеша опередить их, скачет Мелисса, прижимаясь к гриве своей любимой Грейс.
Удивительно,
После обеда, за которым Иоанн удостоился чести сидеть во главе стола, на самом почётном месте, отец удалился в свой кабинет, Мелисса убежала к своей ненаглядной Грейс, а Иоанн отправился в свою комнату дочитывать «Проклятых королей» Мориса Дрюона. Завтра для него начнётся совсем другая жизнь – постоянным напоминанием тому служили чемоданы в углу комнаты, собранные войском служанок под командой мамы.
Ужин был в восемь вечера. Иоанн покорно сидел за столом, быстро съев свою порцию и ожидая чая. В обычный день он бы уже убежал, но сейчас вся семья была в сборе, и отец рассказывал маме новости об их друзьях из Лондона. Мелисса переписывалась по телефону с приятелем, а Иоанн играл в гляделки с официантом, ждавшим у дверей. Тот улыбался мальчику и, поскольку никто не видел, строил ему забавные рожицы.
Подали чай; ночь опустилась на землю, и сквозь большие окна столовой Иоанн видел, как горят в сумраке фонари в саду. Отец подозвал его к себе, и они первыми вышли из-за стола. Он накинул на сына куртку и вывел на улицу. Они шли по дорожкам сада, ночной воздух был свежим и холодным, высокие деревья шумели от порывов ветра. Их сажали ещё мамины далёкие предки.
У Иоанна были уроки по истории семьи – на этом когда-то особо настоял отец, – и мальчик знал, что вот этот дуб, например, посадил мамин дедушка, вице-адмирал флота Её Величества, друг Джеймса Ф. Сомервилла, Роберт Виллард, пожизненный пэр, барон Фулоу. Несмотря на регалии и славу, в семье к нему относились сдержанно, мама помнила жестокий характер деда, и единственное его изображение – прижизненный портрет – висело в галерее второго этажа, рядом с остальными родственниками. Совсем недавно от Иоанна требовали часами стоять перед этой галереей и выслушивать длинные и нудные рассказы про каждого из этих немых, не всегда приветливых предков. Иоанн мало что помнил из этих лекций, но отец умел добиваться своего, и мальчик усвоил главное. Семейные корни глубоко проросли в душу; он никогда не чувствовал себя беззащитным или одиноким, всегда помнил, какая громада стоит за ним.
К счастью, отец не говорил об истории семьи в этот вечер. Они болтали ни о чём, и, когда вернулись домой, отец пожелал сыну спокойной ночи. Закрыв глаза, Иоанн размышлял о книге Дрюона, о горькой судьбе погубленной Франции, о том, как тяжело будет молодому дофину её восстанавливать после ужасающего правления отца, – и долго не мог заснуть.
13 сентября 2009 года. Аэропорт Хитроу – Тун
На пути в аэропорт мальчик спал; мать и сестра подняли его рано утром, расцеловали и долго прощались. Иоанн забрался с коленями на сиденье и смотрел через заднее окно на удаляющееся поместье. Вскоре дом скрылся
– Просыпайся… – и ещё раз: – Просыпайся, мы приехали. Пойдём.
Отец взял чемодан Иоанна, и они вошли в здание аэропорта Хитроу. Внутри было слишком много людей. Они скапливались перед табло с расписанием рейсов, создавая рядом с собой целые пирамиды из багажа. Отец отстоял вместе с сыном короткую очередь, кинул на движущуюся ленту чемодан, взял для Иоанна посадочный талон, и они направились в зону паспортного контроля.
Перед таможней их встретили: с сотрудником аэропорта, ответственным за отлёт Иоанна, разговаривали высокий полный мужчина и его молодая жена-брюнетка. Их сын, завидев Иоанна, бросился к нему:
– Я разобрался с тем последним заданием, помнишь?
– Да, помню, – ответил Иоанн. Мальчик был сыном папиного коллеги, ровесником Иоанна и его другом; его звали Стивен, и им предстояло вместе учиться ближайшие восемь лет. Иоанну не нравилось, что Стивен порой оказывается умнее его.
– Я тоже решил это задание, – сказал он.
– Правда? Как?
– Просто, – ответил Иоанн. Он не помнил, о каком задании речь.
– Ну как, готов? – бодро спросил у Иоанна папа Стивена.
– Можно я поцелую тебя? – поинтересовалась в ультимативной форме мама Стивена. – Какой хорошенький мальчик!
– Ладно, ребята, у вас вылет через час! Держите хвост пистолетом! Будем вам звонить! – напутствовали их на прощание родители. Иоанн обнял отца, попрощался с родителями Стивена, и мальчики в сопровождении молодого надзирателя направились проходить паспортный контроль.
– Так как ты решил задание? – продолжал допытываться Стивен. Он был полнее, чем Иоанн, и чуть-чуть выше. Они с Иоанном занимались пару лет назад борьбой, и Стивен уверенно шёл впереди. Иоанн не особо переживал по этому поводу – колесо у него получалось лучше и бегал он быстрее, – но Стивен решил сложнейшее последнее задание, и это переходило все границы.
– Я не помню, – сказал Иоанн. – Но помню, что решил. Забыл уже.
– Да? – с недоверием поинтересовался Стивен. – Ты не решил его. Я думал вчера целый день.
– Я вчера катался с сестрой, – ответил Иоанн. – У меня не было времени.
Сотрудник аэропорта проводил мальчиков к выходу на посадку. Ребята часто летали, но всё равно с удовольствием смотрели через застеклённые стены на множество громадных самолётов, взлетающих, снижающихся, двигающихся по лётному полю туда-сюда. Им мешали поручни, сделанные примерно на уровне их глаз какими-то садистами, но, изловчившись, ребята смогли запрыгнуть на них и наслаждаться панорамой без помех.
Надзиратель окликнул их, когда объявили посадку. Он проверил у мальчиков билеты, и те уже вдвоём пошли по «рукаву» в самолёт. В «рукаве» стоял неприятный тёплый запах, и Стивен пожаловался, что, скорее всего, у него случится «аллергический припадок». Доброжелательные бортпроводницы, улыбаясь ребятам, указали их места в первом классе. Стивен шёл впереди и занял место у иллюминатора. Иоанн недовольно сжал губы и сел рядом с ним. Мальчишки пристегнули ремни безопасности и, поскольку в иллюминаторе всё равно ничего интересного не происходило, опробовали по очереди все игры, которые были у них на планшетных компьютерах и телефонах. Стивен выигрывал, раздражение Иоанна нарастало, но тут самолёт решил всё-таки взлететь, и ребят заставили выключить электронные устройства.