Лойс
Шрифт:
Миссис Грант наигранно всплакнула, чем очень растрогала миссис Харди и вызвала омерзение у мужа.
– Ну, не надо так убиваться, – сказала миссис Харди. – Тем более, что сейчас нужны не слезы, а суровые меры. Я не ставлю вопрос об исключении только потому, что Лойс очень умная девочка и прекрасно учится. Если бы не этот факт, то я бы уже выложила вам документы и лично проводила бы вас за порог нашего учебного заведения.
– Хм, – еле слышно произнес мистер Грант, и взгляд миссис Харди плавно перекочевал на него.
– Вы
– Я? Да это какой-то…
К огромной радости миссис Грант дверь в кабинет отворилась и в кабинет вошла мадам Дудиа. Элегантно поправив очки, она подошла к столу и в свойственной ей манере обратилась к миссис Харди:
– Сразу извинюсь за вторжение, но праздник уже начался, а в зале больше говорят не о веселье и долгожданных каникулах, а о том, как Лойс избила троих человек. Это правда?
– Да, мадам Дудиа, – сдержанно ответила заместитель директора. – Именно поэтому я пригласила родителей Лойс, чтобы обсудить с ними это происшествие.
– А что тут обсуждать? – удивленно спросила мадам Дудиа. – Это должно было когда-нибудь случиться, ведь они ей прохода не давали. Эти девчонки все время оскорбляли ее, цеплялись, а вот теперь лишний раз подумают прежде чем лезть. Умница, Лойс!
– Что вы говорите, мадам Дудиа?! – воскликнула миссис Харди. – Зачем вы поощряете столь отвратительное поведение? Вам, как учителю в принципе не следует произносить подобные речи.
Никогда в жизни Лойс бы не подумала, что мадам Дудиа когда-либо встанет на ее сторону, да к тому же будет ее защищать.
– Прекратите меня воспитывать, – огрызнулась мадам Дудиа. – Девочке надо дать медаль за терпение. Я вообще удивлена, как она раньше не поставила этих полоумных на место.
– Мадам Дудиа! – возмущенно произнесла миссис Харди. – Как можно?
– Бросьте! – отрезала мадам Дудиа. – Отпустите семью с наилучшими пожеланиями и идемте на праздник, а то эта молодежь Бог знает, что натворит без присмотра.
– Но, я еще не закончила! – разводя руками, возмутилась миссис Харди.
– Так заканчивайте! – сказала мадам Дудиа. – Поверьте мне, за каникулы все забудется и не будет никаких жалоб.
В кабинете повисла тишина, как будто все ждали команды мадам Дудиа. Супруги Грант переглянулись, как бы спрашивая друг друга, что им делать, но не найдя ответа, перевели взгляд на миссис Харди. Та сконфуженно оглядела всех присутствующих и как-то неуверенно сказала:
– Ну, раз так… То, думаю, вы можете идти. Возможно, нам еще нужно будет встретиться…
– О, Господи! – взмолилась мадам Дудиа. – До свидания мистер и миссис Грант. Желаем вам хороших праздников и благодарим за такую умную дочь, которая всегда побеждает на всех конкурсах от имени нашей школы.
Мадам Дудиа сделала характерный жест, который говорил о том, что все могут быть свободны и супруги Грант встали
– Спасибо и всего доброго, – выдавил из себя мистер Грант. – Пошли, Лойс.
– До свидания, – тихо сказала Лойс и с благодарностью посмотрела на мадам Дудиа.
После того, как дверь за семейством Грант закрылась, мадам Дудиа задумчиво произнесла:
– Интересная семья.
– В каком смысле? – спросила миссис Харди.
– В самом обыкновенном, – коротко ответила мадам Дудиа. – Но, я поразмышляю об этом чуть позже. Давайте мы все-таки пойдем праздновать еще один наступающий новый год. У вас уже есть желание, которое крикните под бой курантов?
– О, да! – загадочно ответила миссис Харди. – Хочу избавиться от этой работы.
– Мое желание звучит точно так же, – сказала мадам Дудиа. – Посмотрим, у кого сбудется.
Женщины вышли из кабинета и направились в зал, где уже давно гремела музыка и отплясывала веселая и довольная молодежь.
В это время Лойс забилась на заднее сиденье машины, и украдкой поглядывая на отца, пыталась угадать, что с ней будет. У нее в глазах еще стояли бегающие по школе счастливые одноклассники, которым именно сейчас она безумно завидовала.
«Боже, помоги мне. Дай мне сил справиться с тем, что меня ожидает. Если мне удастся пережить это, то клянусь, что при любом удобном случае я сбегу из этого дома, – думала Лойс изо всех сил пытаясь сохранять, хотя бы видимость спокойствия».
– Сегодня на ужин свиные отбивные, – попыталась разрядить обстановку миссис Грант.
«У кого-то может быть», – подумала Лойс.
– У кого-то может быть, – ответил мистер Грант с такой злобой, которая ошеломила даже его супругу.
Зори уже выучила характер мужа вдоль и поперек, поэтому после такого ответа больше не решалась заговорить.
Кошмар для Лойс начался прямо с порога. Сначала отец с силой втолкнул ее в коридор, да так, что она упала навзничь. Шапка слетела, рюкзак вырвался из трясущейся руки и отлетел в сторону метра на два. Лойс, со своим многолетним опытом, сразу сгруппировалась, как ребенок в утробе матери, чтобы избежать сильных повреждений.
– Вот, посмотри! Хоть какой-то урок пошел впрок! – заорал Эрик, глядя на свернутое тело дочери. – Видно, пришло время припадать тебе еще несколько уроков.
Он схватил Лойс за волосы и потащил в подвал. Она не кричала, ни плакала и даже не пыталась отбиваться, что еще больше злило его. Возможно, она бы делала все это, если бы на месте Эрика Гранта был кто-то другой, но вступить в настоящий бой с родным отцом было для Лойс чем-то немыслимым.
Оказавшись в подвале, мистер Грант первым делом сильно ударил Лойс по лицу, а потом поволок ее в ванну, которая всегда была наполнена до краев. Недолго думая, он запихал туда дочь прямо в одежде и стал удерживать ее под водой, громко браня ее всеми отвратительными словами, которые только знал.