Ловушка для жены

Уоррен Трейси Энн

Знакомые осуждали Даррага за то, что он, человек знатного происхождения, брал деньги за свои услуги и, по существу, продавал свой талант. Многие аристократы свысока смотрели на него, не разделяя его увлечения архитектурой, которое они называли блажью. Они готовы были скорее потерять свои имения, погрязнув в долгах и безденежье, чем приобрести какую-нибудь выгодную профессию и заняться честным трудом.

Дарраг иначе смотрел на жизнь. Он считал более благородным делом заниматься тяжелой работой, а не вести себя в обществе как презренный нахлебник,

готовый ради денег жениться на богатой невесте. Дарраг не желал себе такой судьбы. Он не признавал браков по расчету. По его мнению, отношения в семье должны были строиться на чувствах любви и взаимного уважения.

Поэтому, вернувшись с континента, где он долго учился, в основном в Италии, Дарраг постарался найти применение полученным знаниям и умениям. За прошедшие восемь лет он приобрел репутацию отличного архитектора, чем по праву гордился. У него больше не было недостатка в деньгах. Беспокойство о бедственном положении его семейства и боязнь потерять родовое имение остались в прошлом.

Прищурившись, Дарраг взглянул на клонившееся к закату солнце. Пора было заканчивать работу. Его бригада и без часов хорошо ориентировалась во времени.

Вскоре на строительной площадке все стихло, рабочие спустились с лесов, упаковали свои инструменты, которыми очень дорожили, и отправились по домам – кто пешком, кто в телеге.

Дарраг немного задержался, чтобы обсудить кое-какие вопросы с бригадиром каменщиков. И тут краем глаза он заметил, как неподалеку мелькнуло голубое пятно. Повернув голову, Дарраг увидел леди Джанет Брентфорд, которая, как всегда, на закате солнце вышла на прогулку.

Но что леди Ароматная Роза делала здесь, у строительной площадки? Она раньше никогда не подходила так близко, избегая встречи с ним и рабочими, словно все они были прокаженными. Джанет была прекрасна и свежа, как рассвет над зарослями цветущего вереска, и решительной походкой направлялась прямо к нему. Ее широкие юбки развевались на ходу.

– Добрый день, леди Джанет, – поздоровался Дарраг, когда она остановилась. – Что привело вас сюда?

– Я пришла, чтобы вернуть вам вот это. – И она сунула сверток в руки Даррагу. – Я не могу принять ваш подарок.

– Но почему? Вам не понравилось это платье?

– Понравилось оно мне или нет, это к делу не относится. Я не могу принять его от вас.

– Мне казалось, что вы будете великолепно выглядеть в розовом. Но если вам не по душе этот цвет...

– Дело не в цвете.

– В таком случае вас не устраивает вышивка? Портной сказал мне, что она выполнена в Дублине для одной леди, которая не смогла... Одним словом, у нее возникли финансовые затруднения, и этот наряд остался в мастерской.

– Так, значит, это платье не из гардероба вашей жены?

– Жены? – удивился Дарраг. – Что за странные мысли пришли вам в голову?

– Таких нарядов обычно нет в доме холостяков.

– Я уже говорил, где именно взял его, – сказал Дарраг и, скрестив руки на груди, усмехнулся. Неужели Джанет его ревновала? Мысль об этом льстила самолюбию

Даррага. – Значит, вы возвращаете мне платье потому, что, по вашему мнению, оно принадлежит моей жене? Вы решили, что я женат?

– А разве это не так?

Дарраг покачал головой:

– Нет, не так.

Черты ее лица смягчились. Джанет была явно рада этому известию.

– В таком случае, может быть, это платье принадлежало вашей любовнице? – спросила она.

Дарраг бросил на нее изумленный взгляд. Он не сразу нашелся что ответить на подобный вопрос.

– Интересно, что могут знать юные леди о таких женщинах? – наконец снова заговорил он.

– Ну, например, то, что мужчины содержат их, – нисколько не смутившись, сказала Джанет. – Так у вас есть любовница?

Дарраг прищурился, обдумывая свой ответ. Джанет не переставала поражать его.

– В настоящее время нет. Хотя, впрочем, нам вряд ли стоит обсуждать эту тему. Она относится к разряду неприличных.

– Как и это платье, – заметила Джанет. – Оно тоже неприличное.

– Это еще почему? По-моему, оно очень элегантное.

– Это открытое вечернее платье. Мужчина не должен делать незамужней девушке таких подарков.

Дарраг нахмурился.

– Я вас не понимаю. На моих глазах были испорчены два ваших наряда. Поэтому я думал, что будет уместно подарить вам один новый взамен тех, которых вы лишились.

– Тем не менее я не могу принять ваш подарок. Только распутная женщина сделала бы это.

Лишь теперь, взглянув на ситуацию с ее точки зрения, Дарраг наконец понял, почему Джанет отказывается от платья. До этого он просто стремился хотя бы частично возместить нанесенный ей ущерб. Возможно, Джанет была права, и ему не следовало делать столь поспешных необдуманных шагов. Хотя намерения его были чисты.

Дарраг вздохнул. Ему оставалось утешаться только мыслью о том, что платье, несмотря ни на что, все же понравилось Джанет.

– Прошу прощения, милая, – промолвил он. – Я не хотел обидеть вас.

Джанет кивнула.

– Ничего, я не обиделась, – примирительным тоном сказала она и взглянула на лежавшие вокруг груды камня, металла и досок, из которых вскоре должны были возвести западное крыло усадебного дома. – Если вы все еще хотите загладить свою вину, то, может быть, выполните одну мою просьбу?

– Какую именно, милая? Я с радостью сделаю все, о чем бы вы меня ни попросили.

Джанет с лукавой улыбкой выразительно посмотрела на строительные материалы.

– Мне кажется, вы прекрасно знаете, чего я хочу.

И Джанет очаровательно улыбнулась своему собеседнику.

О, она была очень хитрой и даже коварной. И если бы проделки Джанет не задевали его интересов, Дарраг по достоинству оценил бы ее изворотливость. Однако сейчас Дарраг был не способен взглянуть на ситуацию со стороны.

– Но вы же знаете, милая, что я не могу пойти вам навстречу, – нахмурившись, возразил Дарраг. – Мы с вами уже говорили на эту тему, и еще тогда я отказался выполнить вашу просьбу.