Ловушка для строптивой
Шрифт:
— Я пойду, — говорю, возвращая пустую кружку. — Обед принесу через полчаса.
— Хорошо, — кивает подруга.
Добравшись до таверны, захожу в полутёмное тёплое помещение с запахами выпечки и жареного мяса. Мужчины сидят у окна, максимально отвернувшись друг от друга. Стол пустой, даже заказ не сделали. Один смотрит в окно и барабанит пальцами по столу, другой напротив него уткнулся в небольшую книжечку в чёрном переплёте. Друзья не разлей вода, ага.
— Так, что происходит? — останавливаюсь возле них и вопрошаю, уперев руки в боки.
— Ты о чём? — хмурится
— Вы слишком любезны и милы. Это не к добру. Говорите прямо, что вы задумали?
— Разве помощь жене — это преступление? — выгибает надменно бровь маг.
— Я не ваша жена. Мы это уже определили. И у вас других дел нет? Вы же хотели найти Аврору. Врагов ваших устранить. Занимайтесь спокойно, обо мне не беспокойтесь. Убегать никуда не буду.
— Светлого дня. Готовы сделать заказ? — улыбается местная официантка, масляным взглядом пройдясь по мужчинам. И выводя меня окончательно из себя.
— Нет, Аврору мы совершенно точно не хотим находить, — с тихим рыком отвечает Хантер и отвлекается на подошедшую подавальщицу.
Глава 23
Весь обед я размышляю над словами Хантера. Что значит «совершенно точно не хотим находить»? Ещё вчера Себастьян четко сказал: надо найти. А тут — здрасте, приехали.
Мужья спокойно едят и молчат. Никак не развивают тему. Возможно, не хотят обсуждать столь щепетильный вопрос в людном месте. Всё-таки этот брак — залог мира, если кто-нибудь узнает, что «Царь не настоящий!» — мысленно цитирую голосом боярина из одного культового советского фильма. В данном случае «царь» заменяем на «брак». То вряд ли этот самый мир продержится долго.
Прежде чем покинуть таверну, заказываю еще один горшочек с тушеными овощами и мясом для Лауры. Трактирщик сначала не хочет давать навынос, у них такое не практикуется. Но Себастьян доплачивает пару монет, и вопрос решается.
— Рубрика непрошенных советов, — умничаю напоследок, прижав к груди горшочек, обёрнутый полотенцем. — Если наймете молодых парней посыльными и начнете готовить еду на вынос, получите больше прибыли. Многие продавцы и работники не могут оставить лавку, чтобы прийти и поесть, а мальчишки-посыльные могут доставлять им.
Представляю, как в Валлионе будут носиться подростки с жёлтыми термосумками, и усмехаюсь. А что, прогресс не стоит на месте.
— Я схожу с тобой, — вдруг заявляет Себастьян. Удивленно смотрю на мужчину, бросаю взгляд на Хантера. Оборотень злится, но отступает.
Кивнув, просто иду к торговым рядам. Украдкой наблюдаю за магом. Себастьян очень ярко выделяется на этом рынке. Среди простых людей он кажется чужеродным элементом. Своей статью, силой, которую излучает. Высоко поднятой головой, прямой осанкой и некой надменностью. Казалось бы, Хантер тоже излучает силу и мощь, но как-то гармоничнее ощущается. Возможно, потому, что его поселение не особо отличается от этой деревни.
К слову, при виде мага попадающиеся на пути люди невольно отступают, головы опускают и лишний раз не смотрят, боясь привлечь к себе его внимание.
Интересно, как обычные люди узнают, что перед ними маг или оборотень? Потому что я никак не различаю их. Может, по одежде? Или по мечу, висящему на поясе.
От созерцания мужа отвлекают женский вскрик и возня возле торгового ряда, мимо которого мы проходим. Встрепенувшись, поворачиваю голову и неосознанно прижимаюсь к единственной опоре. Моему как бы мужу. Прямо у лотка Лауры стоят неприятного вида мужчины. Женщина арбалетом целится в одного из них. А эта троица с обнаженными клинками скалится.
Себастьян, быстро оценив ситуацию, задвигает меня за спину. Я и не против спрятаться. Охотно ныряю и комкаю материю его камзола.
— Что здесь происходит, Лаура? — голосом мага можно горы сворачивать, настолько он сейчас властный, холодный и сердитый. Аж в дрожь бросает.
Осторожно подтянувшись на носочках, выглядываю из-за плеча.
— Занимайся своими делами, мужик, — бросает грубо один из троицы, даже не взглянув на нас.
Лёгким движением пальцев Себастьян выпускает тонкий светящийся кнут, который за считаные секунды обезоруживает сразу троих.
Мужчины неприятной наружности в ярости поворачиваются. Их злость и желание убивать так быстро сменяются. Сначала удивлением, а после… страхом, что ли. Они бледнеют, двое на два шага пятятся, оставляя, судя по всему, главаря своего разбираться наедине.
— Мне повторить вопрос? — льдом режет муж.
— Чего встали? — рычит главарь, оглядываясь и создавая в ладони огненный шар. — Бесовы слабаки!
Бандит оказывается тоже магом и швыряет этим фаерболом.
Вскрикнув, прячусь обратно за спину, даже приседаю зачем-то. А вот Себастьян усмехается и легким движением все тех же пальцев одной руки рубит чужеродную магию своим светящимся кнутом.
Схлестнувшись в коротком поединке, два мага устраивают настоящее завораживающее световое шоу. Я откровенно засматриваюсь, как искусно, тонко и играючи отбивает атаки Себастьян. При этом продолжает прятать меня за своей спиной и закрывать белесым барьером ларьки от летящих снарядов оппонента.
Бой завершается довольно быстро. Когда я снова выглядываю из-за плеча мужа, эта троица, уже скованная магией Себастьяна, валяется на земле и корчится от боли.
Мужчина обходит троицу, семеню за ним. Остановившись возле Лауры, кладет стеклянный значок с золотым оттиском круга, в центре которого воткнута то ли игла, то ли стрела.
— Вызови констеблей и скажи, что архонт велел мага заковать в антимагические кандалы и подержать в темнице до его прихода. С его помощниками они сами разберутся, — чеканит мужчина и разворачивается, давая мне возможность отдать еду.
— Что они хотели от тебя? — шепчу, передавая горшочек.
— Денег. Появились здесь около месяца назад и каждую неделю собирали вознаграждение. Этот вот, так называл банальный грабеж. Если продавец не отстегивал, они разносили лавку и уничтожали товар. Я отказалась платить в этот раз.