Ловец экстрима
Шрифт:
В общем, надо найти какой-то другой подход к программированию перемещения меня на исходное место…Стал заново осматривать «калейдоскоп» и заметил, что значки на дисплеях изменились, стали какими-то другими. В том смысле, что до второго перемещения были одни символы, а сейчас другие! Паника, паника начала накрывать почти с головой, затряслись ручонки, пересохло во рту…
И тут глаза наткнулись на значок треугольника, подсвеченного зеленым, а рядом квадрат, подсвеченный красным. Раньше на обоих дисплеях никаких треугольников и квадратов не было. Может быть, это подсказка? Зеленый цвет — «включено», а красный — «выключено». Как в сотовом телефоне… Нажать? Надо уже решаться. Да и замерзать я начал — холод градусов 18–20,
Короче, нажал я на этот квадрат, подсвеченный красным и…
Очутился в квартире, где собирал мебель. Вот так! Так вот оно счастье, вот оно чудо! А говорят, чудес не бывает! Я ведь мог никогда сюда не вернуться, никогда не увидеть Наташу, да и погибнуть даже мог!
Очень осторожно положил «калейдоскоп» в сумку с инструментами, застегнул ее и вскоре уже бодро и радостно шел из подъезда дома к своей машине. От страха и пережитой паники почти не осталось и следа. Но я подумал, что больше я эту штуку в руки не возьму, пусть хоть все авторы романов — фэнтези меня скопом начнут уговаривать и стыдить за то, что не хочу броситься с головой в приключения! А с другой стороны, еще час назад я и подумать не мог, что то, что пишут в фантастических романах, может быть в реальности… А я уже соприкоснулся с этим. Невероятно! Расскажешь кому — не поверят! А если это не фантастика, то шпионаж, вполне возможно… У спецслужб каких только технических новинок может быть в наличии… И не обязательно наших.
Из машины я позвонил Наташе и вскоре (у нее уже закончились к этому времени занятия) мы с ней сидели в кафе возле института.
— Что-то случилось? — сказала она, — на тебе лица нет!
— Чуть было не случилось… И мы могли никогда больше не увидеться… Давай я все тебе расскажу дома…
Глава 7
Поиски владельца устройства
Я все и в мельчайших подробностях рассказал, описал даже свои ощущения. Наташа сказала:
— Даже не верится, но, учитывая, что это рассказал ты и не ради шутки… Да… Никогда не думала, что такое бывает. Так что ты намерен делать? Я не хочу, чтобы ты снова рисковал собой и брал в руки эту опасную штуку. Мне кажется, что надо забыть о ней, как об интересном, но очень страшном сне… Или ты не согласен? А, может быть, сообщить о ней в полицию?
— Да нет, Наташа, мне кажется, что полиция устройством вряд ли заинтересуется, а вот другие службы… А вдруг Николай — шпион? Тогда им будет интересно, зачем я с ним общался!
— Да ну, какой шпион! Не похож он на шпиона! Разве то, что с тобой произошло там в квартире, может иметь отношение к шпионажу?
— Да кто его знает! Может быть, и нет! Тогда, мне кажется, надо попытаться вернуть это устройство хозяину. Может быть, он и не шпион, а изобретатель…
— Надо ли? И как это сделать?
— Лучше отдать и забыть об этом навсегда! У меня есть приятель в нашей полиции, попробую через него.
— Ну ладно, попробуй, только я тебя очень прошу, не рискуй снова, а то переместишься куда-нибудь…Что я без тебя буду делать?
— Одна только мысль об этом меня больше всего и останавливает! — ответил я.
Мой старый приятель Костя Громов ждал меня в городском отделе полиции, стоя на крыльце. Мы обнялись, похлопали друг друга по плечам, по спинам, а разговор о моем деле начали уже в его кабинете.
— К сожалению, ничем не могу тебя обрадовать, этот твой приятель, Поспелов, Николай Иванович, 29 лет, появился в нашем городе в 2013 году, приехал с Украины, родился и жил в Донецкой области. Так вот, он нигде не обнаружился с момента ухода из больницы. Работал он и в нашем городе, а еще раньше в Москве на строительстве, потом начал заниматься бизнесом — разбогател, наверное.
Помолчав, Костя добавил:
— Да, зря ты, Лешка, не написал тогда заявление, когда…
Я перебил его:
— Это же была конфиденциальная информация! Я просто рассказывал тебе, как другу, что со мной, а точнее, с ним, случилось… К тому же, Николай не стал заявлять о нападении на него этой банды. А мне это надо?…
А сам подумал:
— Так вот, значит, как он с ними расквитался!
Костя осуждающе покачал головой и сказал:
— Леша! Ну почему вы все себя так ведете?
— Кто все? Я — то здесь причем?
— А кто же? И ты причем, и твой Николай очень даже причем… Теперь уже не эти ребята, которые на него напали, являются бандитами, а он — Николай Поспелов! Мститель, твою мать! А я еще, дурак, по твоей просьбе ему помогал! А теперь дело об избиении тех ребят не я буду вести, а наш въедливый капитан Прохоров! А уж он «нароет» чего надо и не надо по этому делу! И про меня, и про тебя, и про друга твоего…
— Да никакой он мне не друг! В том — то и дело!
Я опустил голову, нахмурился, и Костя это заметил.
— Что, еще что-то случилось?
— Слушай, Костя, а по вашим правилам, можно осмотреть его квартиру, может быть это наведет на мысль, что с ним случилось и куда он пропал?
— Не положено по закону. Он никого пока еще не убил, не ограбил и заявления от родственников о его пропаже тоже нет. Нет заявления и от тех, кому он отомстил. Пока. А если он отъехал куда-нибудь по своим делам? Он может появиться в квартире в любой момент. Так что, извини, не могу. Я теперь просто не пойму, на что тебе сдался этот пропавший Николай… Тем более, что он тебе и не друг… Или что-то еще случилось, о чем ты мне пока не рассказывал? Ты мне можешь пояснить сейчас, а не тогда, когда уже будет поздно?
Я покрутил головой, помолчал и, собравшись с мыслями, сказал:
— Два момента есть, которые мне не понравились в общении с ним, с Николаем… Сначала- то, в горячке происшедшего, он мне понравился. А что — нормальный парень! Простой, честный, неглупый, образованный! С ним интересно было разговаривать, я от него не уставал, как от некоторых… Потом — мне не понравилось, как он себя ведет с Наташей и пытается попасть ей на глаза…
— Да ты ревнуешь, друг! — веселым голосом воскликнул Костя, но заметив, что я еще больше нахмурился, стер улыбку с лица и снова стал слушать.