Ловец экстрима
Шрифт:
Максим и Миша, побывав на Сторне, приобрели некоторые возможности, которые им очень пригодились. Максим еще до поступления в медицинский институт имел отличные способности к математике и даже подумывал поступать в университет на мехмат, но не сложилось. А здесь, работая в высшем государственном органе, вдруг снова проявились (и значительно усилились) не только его способности в математике, но он сумел стать незаменимым специалистом в планировании и финансовой деятельности. Еще бы! С его-то математическими способностями! Влияние странной планеты Сторн на человеческий организм (прибывшего с Земли) надо изучать и изучать! А Макса я в шутку стал называть «вычислителем» и «директором Госплана»! Так что, Максим нашел себя в новом мире и нисколько не тужил, что перестал работать в медицине. Да и вообще, когда Макс совместно с Наташей впряглись в мой воз, справляться с поначалу непосильной
А Мишка, после стажировки в нескольких столичных медицинских центрах, удивил местную медицинскую общественность своим умением разбираться со сложными клиническими случаями. Сначала, когда он первый раз поставил правильный диагноз при сложнейшей патологии, находясь в массе медицинских сотрудников, это всех удивило, но это списали на случайность и везение новичка. Когда таких случаев стало гораздо больше, его привлекли работать в Королевскую медицинскую академию и в лучшую медицинскую клинику королевства. Так, на всякий случай — вдруг как-то пригодится. Но Михаил и там всех поразил тем, что ни разу не ошибся в сложных клинических случаях ни с постановкой диагнозов, ни с лечением. Вот тогда к нему стали относиться серьезно и предложили стать ведущим специалистом одновременно в реаниматологии, терапии и нефрологии — не только в клинике, но и в королевстве.
Наташа, несмотря на беременность, продолжала активно работать в Высшем Королевском Совете и правительстве. Последние два месяца король Тарг совсем перестал посещать заседания Совета и правительства, говоря мне:
— Вы и без меня прекрасно справляетесь с делами! Раньше, хотя бы мой голос, как председателя Совета, был нужен, а теперь, когда у вас там большинство? Я лучше пойду и потрачу время на что-нибудь более интересное!
— Да, знаю я этот твой интерес: старшая дочь герцога Ротшера! Откуда знаю? Игорь Иванович сообщил. То-то герцог стал мягким, лояльным и добродушным до безобразия!
— Кстати, Алекс, ой прости! Стэн Фарагон! Когда вы с Наташей собираетесь пригласить меня на свадьбу?
Я смутился: да уж, затянул я с этим вопросом, да и дела совсем задавили. Но ответил, подумав:
— Ты прав, тянуть дальше как-то совсем уж… Так что — через 5 дней свадьба! Приходи!
Он разулыбался:
— Ну, наконец- то, а то я уж думал, что ты боишься идти под венец! Надеюсь, ты сделаешь это событие достоянием общественности?
Я с неудовольствием подтверждающе кивнул. Конечно, мы бы с Наташей (я знаю ее мнение) лучше бы поженились как на Земле — только свои! Но здесь я — канцлер и свадьба уже становится важным государственным мероприятием. Ладно, скажу секретарю, чтобы готовил это мероприятие, а Макса попрошу, как личного помощника, проконтролировать и учесть мои пожелания.
А на другой день меня убили…
Дело было так: я ехал навестить Фарагона в его поместье. Это стало уже моей привычкой, а не обязанностью. Поговорить с умным человеком, поделиться с ним планами, своими сомнениями, почувствовать от него моральную поддержку, а иногда и более того, — он мог развернуть мои мысли совсем в другом направлении, в другом ракурсе и сложнейшая, казалось, проблема оказывалась обычной, заурядной, решаемой задачей. Вот и сейчас я ехал, убаюкиваемый мерным ходом бронированного автомобиля, рядом ехали машины сопровождения и охраны, и в окна я не смотрел. Как вдруг машина встала чуть ли не на дыбы, а потом раэдался страшный грохот и через мгновение я куда-то полетел и сознание мое померкло. Сколько мгновений или минут прошло, я не знаю, но я опять стал парить своим сознанием, отделенным от тела, над происходящим. Посмотреть было на что: мой искореженный автомобиль валялся на обочине дороги, из него выползал один из моих бойцов охраны и тащил за собой другого. Вскоре я увидел и свое бессознательное тело, лежащее метрах в десяти от машины. То ли меня уже вытащили из машины, то ли взрывной волной выбросило из нее — я не понял. Прямо посередине дороги зияла огромная воронка от взрыва, две машины сопровождения из четырех тоже лежали на боку, а оставшиеся в строю бойцы личной охраны и агенты из КСО заняли оборону и отстреливались из автоматов от неведомого и невидимого пока противника. Я хотел попытаться вернуться сознанием в свое тело, но меня внезапно что-то вышвырнуло из окружающей обстановки и я оказался в пустоте, где не было ничего: ни света, ни полной темноты, ни людей, ни природы, даже звуков не было. Стало не по себе — такого еще я никогда не испытывал. Я облетел по округе приличное расстояние, но так ничего вокруг себя не обнаружил. Вот тогда
— Что, опять? Опять убили, раз не имею доступа к своему телу? И где я? Я, что, нахожусь в чистилище!?
Не скажу, что совсем упал духом, но стало так горько, что я чуть не заплакал:
— И это все? Зачем же я стремился к чему-то, терял тела… А как же без меня там Наташа будет?
Моей духовной сущности коснулось нечто и «некто» «проговорил»:
— Приветствую тебя, незнакомец. Я рад тебе!
Несколько испуганный, но больше оторопевший, я робко спросил:
— Но кто ты?
— Я — такая же, как и ты, духовная сущность без материального тела. Таких сущностей достаточно много. Мы обитаем в любых мирах, в которых захотим. Когда-то, очень давно, у нас были материальные тела и мы были смертны… У нас были и свои планеты, много планет, на которых мы жили и работали… Да, так было, мы были единым народом, цивилизация наша была молодой и бурно развивавшейся. Со временем наши ученые смогли увеличить сроки жизни втрое, потом еще больше. Потом мы научились отделять наше сознание от тел и это резко расширило возможности нашей цивилизации. Поначалу… А потом, незаметно для нас, экспансия нашей цивилизации уменьшилась. Мы уже не стремились искать новые планеты, развивать технику, науку. Да и срок жизни для каждой особи уже не имел значения. Духовная сущность, отделенная от тела, сама по себе бессмертна! К тому же, можно было менять тела когда захочешь и какие захочешь. Но и тела вскоре перестали интересовать наши духовные сущности. Без тела было легче и лучше. И не стало единого народа! Отдельные духовные сущности разбрелись по разным мирам и звездным системам, а тела… Их не стало, совсем… Потом и цивилизации нашей не стало, совсем… Нам все стало как-то безразлично, кроме миросозерцания и познания собственной души. Да и это потом стало неинтересно и безразлично. Просто живем. поскольку не можем умереть…Сколько нас? Не знаю, давно этим не интересовался… Только иногда мы встречаемся, одинокие духовные сущности, одинокие сознания, давным-давно лишенные тел… Но это происходит теперь очень редко и только случайно — мы не жаждем общения, оно не интересует нас, пресыщенных и усталых. В ваших мирах нас называют «духи», «призраки» и так далее…Когда-то даже богами называли. Про Зевса, Посейдона, Артемиду и других знаешь? Да, наши… Славянские боги — тоже. Да и все другие… Иисус Христос? Да, тоже. Правда, там была другая ситуация, другие условия, но это детали, про которые я не буду говорить. Тогда некоторые из нас еще вмешивались в дела смертных, пытались помочь или направить. Потом поняли, что наша помощь идет во вред и прекратили ее. Сейчас в ваших мирах мы почти не появляемся. Да и почти нигде нас нет. Для вас. И для всех. Но тебе я рад. Ты не обычен для нас. Ты — как мы когда-то, и ты все еще многого хочешь. Это так для меня непривычно!
Я молчал, переваривая информацию. Вот это путь цивилизации! Нет слов, буквально… Нет, я не хочу для человеческой цивилизации такого… Вот только сейчас мне абсолютно не до этого.
Я спросил у него:
— Как тебя звать?
— Не помню… — без каких-либо интонаций ответил Он.
— Можно, я буду тебя звать «Ян»?
— Можно… — опять безразлично. А я-то хотел, в ответ на его возможный вопрос:
«А почему Ян?» — рассказать анекдот про «неуловимого Яна». Увы! Облом!
— Какой-то ты очень грустный и невеселый! — сказал я, чтобы попробовать оживить разговор.
— Я уже забыл, что такое веселье и что такое грусть…
— Не проблема, я тебе помогу вспомнить для начала, что такое веселье! Давай, Ян! Полетели со мной!?
— Куда? — опять голос без интонаций.
— Туда, где пока еще живо мое третье тело, где моя любимая женщина, где мои друзья и где мне надо бороться за свою жизнь и жизнь своих родных и близких. Сможешь мне помочь вернуться туда?
— Ты этого так сильно хочешь?
— Не просто хочу, мне — надо!
— Хорошо!
Глава 12
Новый союзник
Ян действительно мне помог. Его возможности превзошли самые смелые мои ожидания. Мы вместе с ним появились на месте покушения в тот самый момент, когда я, видимо, был «приглашен» Яном в его Никуда и Нигде. Я так и не понял его высоконаучных объяснений на тему того места, где мы с ним впервые стали общаться. Да и ладно! Пусть это заинтересует наших ученых, когда им будет возможно это рассказать!
Легко и непринужденно Ян погрузил в гипнотическое состояние и нападавших, и обороняющихся. Стрельба вмиг прекратилась, а Ян (я уже ничему не удивлялся) «поставил» все машины на колеса, да еще и вернул им, помятым, покореженным, разорванным и простреленным прежний вид.