Ловец душ
Шрифт:
— Двадцать секунд, — известил Адгемар.
— Мы не должны полностью уничтожать противника, — добавил Талос, повторяя слова Малкариона, сказанные им на совещании командиров частей. — И мы погибнем, если попытаемся превратить это в честный бой.
— Десять секунд.
— Убить, прорваться наружу. Пусть смертные выкормыши Абаддона льют за него кровь. — Талос не стал скрывать усмешку. — Это не наша работа.
План наземной атаки казался приемлемым, но и риск был очевиден.
У воинов тех отделений легионов-отступников,
Перед лицом Вознесенного и Малкариона Талос потребовал, чтобы Первый Коготь участвовал в атаке.
Как и остальные армейские части, скитарии Механикус, несмотря на всю свою выучку и искусственные имплантаты, становились уязвимыми без командиров. Магистр Войны собирался сыграть на этой потенциальной слабости и бросил элитные подразделения Астартес на разные участки фронта. Каждому отряду дали задание ликвидировать командиров техноадептов.
Десантная капсула Первого Когтя врезалась в поверхность планеты, выбросив вверх фонтан земли. Раздались взрывы, рухнули посадочные пандусы, и Первый Коготь сорвался с противоперегрузочных кресел.
Открыв на бегу огонь из болтеров, они выскочили на равнину — обширное плато у подножия скальной крепости 017–017.
Их капсула приземлилась прямо в центре поля боя, посреди вражеских линий.
Море противников колыхалось в рассеивающейся пылевой завесе. Вдали виднелись огромные фигуры титанов разных боевых модификаций и типов.
Ближайшая из богоподобных машин находилась по меньшей мере в двух тысячах метров. Гигантский взбешенный титан класса «Разбойник» поливал все вокруг огнем. Он был так громаден, что невольно притягивал взгляд.
Как только Астартес высадились и вступили в бой, в их вокс-переговорах прорезались нотки насмешливого отчаяния.
— Попытайтесь не умереть здесь, братья, — проворчал Меркуций. — Мне не улыбается искать еще одно отделение.
Кирион разнес в клочки трех сильно модифицированных техногвардейцев. Болтерные снаряды сдетонировали в их телах, превратив плоть и металл в кровавое месиво.
— На голографических картах все выглядело куда проще!
Навстречу Астартес ринулся здоровенный детина с двумя дополнительными парами механоконечностей. В манипуляторах противник сжимал разношерстную коллекцию шахтерских инструментов, превращенных в оружие. Кирион увернулся от бура толщиной с его ногу и всадил гладиус в распахнутый рот скитария. Клинок вошел в плоть и кость и достиг измененного мозга техноадепта, пронзив его насквозь.
— По основным целям — нулевая видимость, — выкрикнул Кирион, останавливая еще несколько техногвардейцев на расстоянии болтерными очередями.
Его прицел сбился. Сетка прыгала и дрожала. Очень трудно было удержать болтер на линии огня.
Новая рука. Слишком поспешная операция и примитивный протез. Хирургам придется приложить еще немало усилий, прежде чем его
Земля под ногами была предательски неровной, усыпанной телами. Десантная капсула Первого Когтя нанесла ощутимый урон противнику, приземлившись в самом центре вражеского полка. Те, кто очутился по периметру кратера, все еще не могли организовать согласованную оборону.
— Посадку не назовешь точной наукой, да?
Адгемар завершил короткую дуэль со скитарием с гусеницами вместо ног. Он вонзил клинок в глазницу твари и набросился на следующего.
— По основной цели — нулевая видимость.
Внимание Талоса постоянно переключалось на дисплей визора. Он пытался уследить за отрядом, бойцы которого все больше отдалялись друг от друга.
— Ксарл? — позвал он.
Нет ответа. Развернувшись, пророк сделал выпад Аурумом. Удар был неудачным — Талос неправильно рассчитал расстояние, и меч лишь чиркнул по горлу здоровенного техногвардейца, вместо того чтобы начисто снести ему голову.
— Ксарл, отвечай.
Талос пинком отправил скитария с разорванной сонной артерией на землю. Переключая режимы зрения, Астартес пытался вычленить силуэты братьев в окружающей мясорубке.
— Я к северу от тебя, — отозвался Ксарл. — Ближе к передовой. Не вижу целей. Но бой здесь самый жаркий.
— Я слишком далеко для зрительного контакта с целью, — передал Адгемар.
— Как и я, — выругался Талос. — Кирион? Меркуций?
— Я тут… немного занят, — ответил Меркуций.
— Слишком далеко, — выдохнул Кирион. — Не вижу цели. Веду бой.
— Души для Пожирателя Душ! — провыл Узас. — Черепа для Трона Черепов!
— Тебя никто не спрашивал.
Талос мечом и болтером пробивал себе дорогу в море гудящих буров, свистящих клинков, размахивающих кулаков и ослепительного лазерного огня.
Что-то ударило Астартес в боковину шлема. Анафема выпалил в направлении удара, покончив с неприятелем, кем бы он ни был. Аурум крутанулся в руке, отражая выпад двух механоконечностей. Талос впечатал керамитовый ботинок в грудь техногвардейца справа, смяв его доспех и пробив легкие осколками ребер. Аурум снова сверкнул и рухнул вниз по широкой дуге, разрубив еще одного скитария, в то время как ревущий Анафема всадил три снаряда в трех других противников.
Рассеченный надвое техногвардеец попытался ударить Талоса уцелевшей рукой по ногам. Повелитель Ночи наступил на завывающее зубчатое лезвие, раздавив его, а в следующую секунду размозжил и голову солдата.
— Я тут прекрасно провожу время, — раздался задыхающийся и полный сарказма голос Кириона.
— Я тоже не скучаю, — сквозь зубы процедил Талос.
Он потратил полсекунды на то, чтобы взглянуть в сторону чудовищного «Разбойника». Сейчас титан был ближе, но ненамного. Над полем боя завывал рог — вызов или предостережение тем, кто копошился внизу. По сравнению с этой громадиной побежденный «Пес войны» казался карликом.