Ловец Чудес
Шрифт:
«Больше всего на свете», – хотел сказать я, но промолчал, вглядываясь в ее серые глаза.
Я понимал: прямо сейчас Дебора Миллз готовится влюбиться в молодого лондонского букиниста Арчи Аддамса. Он достаточно богат, образован, и его единственный минус в том, что его не существует. Этот образ лишь выдумка, он создан мной три года назад, как до этого был создан Кристоф Дюваль, а еще раньше – Отто Рейнхарт. Я покину Англию, и Арчи Аддамс исчезнет, как исчезли его предшественники. На его месте появится какой-нибудь отпрыск итальянской фамилии или кто-то еще, неважно, важно лишь то, что разбивать женские сердца я не люблю.
– Боюсь, что ваши родители… –
– Тогда приезжайте завтра. Давайте встретимся на Хайгейтском кладбище, вечером, когда зажгутся фонари.
– Я не хожу на свидания, – упрямо ответил я.
– Вы несвободны? – девушка прищурилась.
– Если свободен, вы собираетесь исправить это недоразумение?
Черт меня возьми. Ну кто, кто тянул меня за язык? Теперь разговор стал похож на флирт, а я вовсе не собирался продолжать общение с этой юной леди.
– Давайте просто встретимся и проведем вечер в приятной компании друг друга. – Мисс Миллз тряхнула волосами. – Одна встреча ведь ни к чему нас не обяжет?
– Не обяжет, – согласился я.
– Вот и славно. – Мисс Миллз дерзко ухмыльнулась. – До встречи, мистер Аддамс.
Я нашел уборную, плеснул в лицо холодной воды из-под крана и уставился на свое отражение. Хотелось схватить этого негодяя за грудки, встряхнуть, спросить, какого черта он творит. Одно дело – завести отношения, ухаживать за кем-то, чтобы образ Арчи стал достовернее. Совсем другое – общаться с девицей на выданье, которую любящие родители пытаются сбагрить тому, кто больше предложит. А если поползут слухи? Если меня заставят жениться на ней? Жениться никак нельзя, с моей работой брак противопоказан. Дела мои в Англии еще не закончены, так что исчезнуть я тоже не могу. С другой стороны, я слишком драматизирую. Одна встреча, во время которой Дебора Миллз поймет, что ошиблась во мне, – что может быть проще? Достаточно вести себя как Вильям.
Мой друг поджидал меня у лестницы и, когда я спустился, наклонился ко мне и прошипел:
– В следующий раз я возьму с собой Артура: он страшен, как тысяча чертей и точно не уведет у меня невесту.
– Прости, – почти жалобно пробормотал я, – но жениться я все равно не собираюсь.
– Это не имеет значения. Как только ты ушел, девчонка скисла и даже не смотрела в мою сторону. – Вильям вздохнул. – Пойдем отсюда.
– Вот так просто? Не попрощавшись? Это дурной тон.
– Я сказал Миллзам, что меня ждет неотложная операция, – отмахнулся приятель. – Пойдем уже, нужно поймать кеб.
Мне ничего не оставалось, как застегнуть пиджак, извиниться перед дворецким и выйти из дома Миллзов в лондонскую ночь.
Глава 3
Утром следующего дня я спустился в столовую и выглядел, должно быть, настолько плохо, что экономка не смогла сдержать удивленного возгласа. Махнув рукой, я потребовал кофе и тяжело опустился на стул. Голова напоминала колокол, в который беспрестанно кто-то бил. Всему виной чертовка мисс Миллз и мое неуемное желание всем нравиться. Может, этой чертой характера я обязан работе, не знаю, но факт, как говорится, налицо – сегодня я должен явиться
– Который час? – спросил я, залпом выпив половину чашки горячего кофе.
– Скоро полдень, – ответила миссис Стюард.
Я еще и проспал.
– Нужно позвонить виконту Барлоу и предупредить его, что я опоздаю на встречу.
Экономка коротко кивнула и вышла, оставив меня наедине с головной болью и скверными предчувствиями. Грядущая встреча с единственным настоящим другом меня приободрила, но не настолько, чтобы тяжелые мысли совсем отступили. Тост я ел с мрачной решимостью, глядя прямо перед собой и рискуя распугать прислугу одним своим видом.
– Виконт Барлоу просит передать, что будет ждать вас у церкви Святого Якова, – сказала миссис Стюард, прерывая мою тоскливую трапезу.
– Спасибо. Можете быть свободны.
Покидая Лондон, я буду скучать только по Теодору Барлоу. Нас свел случай, а развести не смогли ни обстоятельства, ни моя работа, ни его знатное происхождение. Отец Тео, впрочем, никогда не пытался препятствовать нашему общению – виконт обладает добрым нравом и поистине безграничным терпением.
Стоя перед гардеробом, я вдруг понял, что вчерашний образ мисс Миллз крепко засел в памяти. В шкафу удалось найти и подходящую рубашку, и темные узкие брюки, и простого кроя пиджак к ним. Наряд получился, прямо скажем, неофициальный, но и собирался я не на смотрины к невесте, а на встречу с другом, который радовался каждой моей выходке словно ребенок.
Водитель кеба странно на меня косился, но ничего не сказал. За молчаливое смирение я заплатил ему немного больше, чем он запросил за поездку, пожелал на прощание хорошего дня и только потом выбрался из салона.
Теодор всегда назначал мне встречи в самых неожиданных местах. Иногда казалось, что таким образом он пытается показать мне все самые красивые уголки Лондона, чтобы я влюбился в этот город и не смог его покинуть. Жаль, что это было неизбежно.
Церковь Святого Якова снаружи выглядела скромно: стены из красного кирпича отделаны портлендским камнем, небольшую башню венчает шпиль с часами, которые как раз отбили час дня. Мой друг стоял у ворот, ветер трепал его рыжие волосы, а он будто не замечал этого – смотрел куда-то вверх, в небо, мечтательный и одухотворенный, как всегда. Я сам не заметил, как на лице моем расцвела широкая улыбка.
– Тео! – Я махнул ему рукой, привлекая внимание.
– Арчи! – улыбка озарила и его лицо, сделав еще более юным. – Как же я рад тебя видеть!
Теодор порывисто обнял меня, а я, счастливый дурак, ответил тем же. Спустя мгновение мы, смущенные, отстранились друг от друга.
– Как твоя поездка? – рука Теодора легла на мое плечо.
– Прекрасно, – ответил я. – А как твоя нога? Все еще болит?
– Доктор говорит, что хромота со мной надолго, – беспечно откликнулся он. – Ну, зато это освободит меня от игры в поло.
– Как же ты ненавидишь спорт, если даже несчастный случай кажется тебе благом?
– Очень, очень сильно. – Теодор придирчиво осмотрел меня. – Хорошо выглядишь. Очень смело.
– Не льсти мне, весь образ нагло украден у одной милой мисс, – честно признался я.
– Милой мисс? – Теодор хитро прищурился. – Расскажешь об этом приключении под сводом церкви или предпочтешь прогулку?
– Твоя нога…
– Брось, это всего лишь хромота, не нужно делать из меня инвалида. По лицу вижу, что в церковь идти тебе совсем не хочется, дружище. Я и забыл, что ты ярый атеист.