Лорд-разбойник

Хайатт Бренда

Люк задумчиво листал газету, и вдруг его внимание привлекло одно объявление. Не веря своим глазам, он дважды его прочел.

— Люк, в чем дело? — спросил Маркус, с беспокойством глядя на друга.

— Нет-нет, ничего. Пожалуй, этот прием в Карлтон-Хаусе действительно подходит для моего первого появления в свете. Съездишь со мной к Уэстону? Мне понадобятся твои советы.

Он отложил газету в сторону, и Маркус так и не узнал, что так ошеломило его друга. Люк прочел объявление о помолвке леди Перл Морстон, дочери герцога Оукшира,

с маркизом Беллоусвортом.

Глава 16

У Перл уже заболели скулы от того, что ей все время приходилось улыбаться. Да, она заставляла себя улыбаться, хотя ей хотелось плакать. Более того, временами ей уже казалось, что она напрасно согласилась на помолвку с лордом Беллоусвортом — он был ужасно скучным собеседником.

— …Поэтому мне пришлось убеждать свою мать в том, что если какая-нибудь бродячая кошка и забрела в дом, то из этого вовсе не следует, что в доме завелись мыши, — рассказывал лорд Беллоусворт. — Видите ли, мать терпеть не может мышей…

— Да-да, конечно… — пробормотала Перл, оглядывая бальный зал. «Может, он все-таки появится?» — спрашивала она себя.

— Поэтому она настаивала, чтобы я остался дома. Я посоветовал вызвать крысолова, чтобы ее успокоить, но она сказала, что крысолов наверняка приведет с собой хорька или терьера, а она ненавидит их даже больше, чем грызунов.

Лорд Беллоусворт, казалось, совершенно не удивился, когда Перл, столько раз ему отказывавшая, вдруг изменила свое решение. Она сказала, что выполняет дочерний долг, и он принял это объяснение, не задавая лишних вопросов, поскольку сам был на редкость послушным сыном. Так что ей не пришлось притворяться, будто она питает к нему нежные чувства. Это приносило ей некоторое облегчение, но все же являлось слабым утешением — ведь впереди ее ждала скучнейшая жизнь…

Тут мимо них прошел слуга с подносом, и Перл взяла с подноса бокал шампанского. Это был уже ее второй бокал за вечер. Она надеялась, что шампанское поможет ей оставаться вежливой с женихом — и со всеми остальными.

— Утром придется приказать служанкам, чтобы прошлись по всем углам — пусть моя мать удостоверится, что никто в доме не прячется, — продолжал бубнить Беллоусворт. — Она такая хрупкая и ранимая, поэтому я всегда стараюсь поддержать ее в таких случаях.

Сделав очередной глоток шампанского, Перл улыбнулась и кивнула:

— Да, это замечательно. Маркиз тоже улыбнулся.

— Ваше умение сострадать… Этой вашей чертой характера я всегда восхищался, леди Перл.

«Так же, как моим богатством?» — хотелось спросить. Но она сдержалась и ограничилась еще одной улыбкой. Шампанское, по-видимому, уже начинало действовать — во всяком случае, ей казалось, что настроение у нее улучшалось.

Однако Перл по-прежнему считала, что совершила ошибку, согласившись на помолвку. Сначала ей следовало поговорить с отцом. Правда, в этом случае ей пришлось бы рассказать отцу о том, как низко она пала — отдалась мужчине,

презирающему ее теперь… Видимо, всему виной ее ужасная гордость. Но эта же гордость поможет ей все пережить.

— Конечно, моя мать с нетерпением ждет, когда вы ее навестите. Но боюсь, придется дождаться, когда она почувствует себя лучше. К сожалению, ее здоровье непредсказуемо, так что было бы хорошо, если бы вы приехали с визитом, как только она почувствует себя с утра хорошо.

— Я постараюсь быть свободной в любой момент. — ответила Перл. Да понимает ли он всю абсурдность своей просьбы? — Постараюсь заранее договариваться о встрече только с теми, кого не обидит мой неожиданный уход. — Перл осушила бокал, а услужливый слуга тут же заменил его на полный.

Маркиз чуть нахмурился — то ли ему не понравился ее ответ, то ли любовь к шампанскому. Но Перл было все равно, шампанское помогало ей сохранить чувство юмора, и вечер уже не казался таким невыносимым. А о вечерах, которые ждали ее в будущем, она старалась не думать.

— Разумеется, я постараюсь заблаговременно известить вас об этом, — сказал маркиз, видимо, уловив нотки сарказма в ее интонациях. — Ах, да вы же просто пошутили, не так ли? Мне следовало раньше об этом догадаться. Что ж, я очень рад, что вы не рассердились…

Перл улыбнулась и, сделав очередной глоток, проговорила:

— Нет-нет, конечно, я на вас не сержусь. — «Только боюсь, что могу пристраститься к спиртному, если выйду за вас замуж», — добавила она мысленно.

К счастью, их беседу прервали знакомые, подошедшие, чтобы поздравить с помолвкой. Это было их первое появление в свете в качестве жениха и невесты, и лишь немногие имели возможность их поздравить. После третьего бокала у Перл немного кружилась голова, но она надеялась, что отвечает так, как положено.

Леди Маунтхит, леди Уиттингтон и леди Вэринз восторженно ахали и засыпали ее советами, а джентльмены отпускали двусмысленные шуточки. Перл кивала и улыбалась, однако ей в эти минуты хотелось оказаться где угодно, но только не рядом с лордом Беллоусвортом. Внезапно кто-то прикоснулся к ее руке, и она, обернувшись, увидела леди Минерву.

— Признаться, новость оказалась довольно неожиданной, — сказала подруга.

Перл поняла, что Минерва хочет поговорить с ней наедине, и, извинившись перед знакомыми, отошла в сторону. Минерва действительно была самым близким ей человеком в Лондоне. Кроме, конечно…

Нет, сейчас лучше об этом не думать.

— Я так удивилась, когда прочла объявление во вчерашней газете, — зашептала Минерва. — Я считала, что ты питаешь нежные чувства к новому лорду Хардвику, а он — к тебе.

Тяжко вздохнув, Перл пробормотала:

— Я тоже так думала какое-то время… Но ты же знаешь, как бывает. — Она небрежно взмахнула рукой.

— Значит, ты действительно так решила, Перл? А его эта новость не расстроила? — Минерва казалась искренне озабоченной.