Лорд и своевольная модистка
Шрифт:
При виде его окровавленного торса леди Нарборо тихо ахнула, но кивнула, взяла Онорию за руку и улыбнулась сыну:
— Конечно. Раз доктор Роулендс уже едет, можно не волноваться. Пойдем, Онория. Мисс Латам, мы очень благодарны вам за помощь.
Он заметил, что мисс Латам покраснела. Да и как может быть иначе — ведь ранила-то его она.
— Леди Нарборо, я постаралась помочь, чем могла. Прошу меня извинить, но мне пора домой.
— Но мисс Латам, вы забыли наш уговор? — Маркус подошел к ней и улыбнулся. Она посмотрела на него с таким видом, словно он не улыбнулся, а зарычал на
— Безопаснее? — Глаза ее засверкали, подбородок взметнулся вверх, и Маркус невольно восхитился ею. — Значит, вы не шутили, когда угрожали мне! — Оглянувшись, она понизила голос.
— Что вы, мисс Латам. Я никогда не угрожаю понапрасну.
— Вы обещали, что не сделаете мне ничего плохого, — возразила она.
— Совершенно верно… если вы останетесь здесь. По крайней мере, в их доме ей нечего опасаться угрозы извне. Но если она в самом ближайшем будущем не объяснит ему, что происходит, он ее придушит!
— Марк, ты сказал «угрожать»? — оживилась Онория, обладавшая не только зоркими глазами, но и острым слухом.
— Меня ранили на улице, недалеко от дома мисс Латам. Мне кажется, что сейчас ей опасно возвращаться туда, — ответил Маркус, тесня трех женщин к салону.
— Лорд Нарборо звонит.
Все повернулись к лестнице и увидели мисс Прайс.
— Я услышала звонок и решила вам сказать. Если на его зов никто не придет, боюсь, он сам спустится вниз.
— Совершенно верно, — подтвердил лорд Нарборо, появляясь на верхней площадке в зеленом шелковом халате с тростью в руке. — Я звоню уже пять минут! Что у нас такое происходит? — Он увидел окровавленного сына и схватился за перила. — Господи, Маркус! Что с тобой?
— Легкая рана — можно сказать, царапина. Выглядит хуже, чем есть на самом деле. — Маркус взбежал наверх, видя, что у отца подгибаются колени. — Отец, прошу вас, возвращайтесь в постель. Доктора я уже вызвал. — Посмотрев на бледное лицо отца, Маркус взял его за руку и осторожно повел в спальню. За спиной зашуршали мамины юбки. — Сейчас я вам все расскажу.
Нелл сидела на стуле с высокой спинкой, выпрямившись — как будто такая осанка могла защитить ее от враждебности. Хорошо бы никто из них ее не узнал, не понял, что именно она принесла злополучный пакет! О том, что совсем недавно произошло в карете, она предпочитала вовсе не думать. Все слишком ужасно, слишком сложно для того, чтобы размышлять сейчас, несмотря на то что ее била предательская дрожь.
Леди Онория села напротив гостьи, ее глаза лучились любопытством. Нелл заметила, что сестра Маркуса очень хорошенькая, нарядная и энергичная, Да, за такой сестричкой глаз да глаз! Рядом с Онорией стояла еще одна молодая женщина, чуть постарше, одетая просто, но со вкусом. Нелл заметила, что ее темно-серое шелковое платье явно самодельное. Наверное, платная компаньонка…
Компаньонка вызвала прислугу и села рядом с леди Онорией.
— Я Диана Прайс, компаньонка леди Онории и леди Верити. Сейчас нам принесут чай. Вы сами не пострадали, мисс Латам?
— Нет… к счастью. Однако поволноваться пришлось.
— На вас напали разбойники? — оживилась леди Онория.
— С
— Я стояла на крыльце своего дома и искала в сумке ключ от двери, — осторожно заговорила Нелл. — Лорд Стейнгейт проходил мимо. И вдруг на него напали… В схватке пистолет выстрелил, и его ранило в плечо. К счастью, кучеру удалось усадить его в карету.
— Поразительно!
Нелл тяжело вздохнула. Леди Онория явно не заметила многих недоговоренностей и пробелов. Зато мисс Прайс, напротив, мерила Нелл холодным, умным взглядом и о чем-то размышляла.
Нелл очень обрадовалась передышке в лице дворецкого, который принес чай. Ритуал разливания чая и передачи друг другу чашек свел разговор к обычной светской беседе. Нелл с аппетитом съела миндальное печенье, и немного расслабилась — как выяснилось, напрасно.
— А я ведь уже видела вас, мисс Латам, — сказала леди Онория, сосредоточенно сдвинув брови. — Верно, видела! Только вот где?
— Я хорошо себя чувствую, не беспокойся, милая. — Граф с трудом улыбнулся жене, когда Маркус помог ему усесться в мягкое кресло с подголовником. — Ты позволишь нам поговорить?
Маркус обернулся, переглянулся с матерью и кивнул ей в знак того, что все будет хорошо.
— Не утомляй его, — только и сказала леди Нарборо и, шурша шлейфом платья, вышла.
— Кто в тебя стрелял? — осведомился отец.
— Мисс Латам, та самая молодая особа, что позавчера принесла вам пакет. — Маркус старался говорить отрывисто и сухо. Он знал, что отца ничто так не огорчило бы, как полуправда и недомолвки. — Я выяснил, где она работает, где живет… и подкараулил ее у дома. Видимо, она испугалась, когда я неожиданно вышел из тумана. Оказывается, она носит с собой в сумочке пистолет.
Как будто воспоминания затронули какой-то нерв, он снова почувствовал острую боль в ране. Маркус стиснул зубы, с тоской посмотрел на графин с бренди. Он потерял много крови, и пить сейчас опасно. Ему нужна ясная голова.
— Она хотела тебя убить? — Маркус заметил, как побелели костяшки отцовских пальцев, сжимавших набалдашник трости.
— Не знаю. — Маркус сам себе удивлялся. Почему он сомневается? Нелл отлично видела, кто он, и тем не менее целилась ему прямо в грудь. И почему она утверждала, что пистолет не заряжен, хотя и не отрицала, что он принадлежит ей? — Она что-то скрывает. Я намерен задержать ее у нас на день-два. Попробую узнать правду. Похоже, она знает о веревке больше, чем говорит!
Он невольно вспомнил ее пистолет — дорогой дамский пистолет с рукояткой из слоновой кости. Такой не купишь случайно, за гроши. Откуда он у нее, если не от сообщника?
— Кто помнит ту старую историю? — нахмурился лорд Нарборо. — Я хочу сказать — сейчас. В девяносто четвертом мишенью мог стать любой из нас; после гибели Хебдена и Уордейла я остался один… — Граф глубоко вздохнул. — Тогда кипели страсти…
Маркус подумал, что отец явно преуменьшает. Тогда разразился громкий скандал, который не утихал еще долго. А отца до сих пор терзают угрызения совести…