Лорд-Дракон
Шрифт:
Вообще-то, я не был склонен беспокоиться о сосредоточии великой Тайны: уверен, если бы книгу открыл кто-нибудь другой, он действительно обнаружил бы в ней описание карточных фокусов – эта штука имела фантастические способности к маскировке. Я решил поместить ее в отцовскую библиотеку, в шкаф со ста сорока шестью томами истории благородных Домов Сантарры. Одним больше, одним меньше – кто заметит? На моей памяти отец ни разу не заглядывал туда. Я критически осмотрел полку – книга мгновенно слилась с окружением.
Следовало быстрее заканчивать дела и отправляться в путь – каждая минута промедления могла стоить кому-то жизни. Я нашел отца в маленькой комнате с окнами на южные холмы. Графские гвардейцы хмуро поглядывали на прогуливающихся невдалеке Стражей, но меня пропустили охотно и без вопросов. Отец уютно устроился в глубоком старом кресле, помешивая серебряной ложечкой в чашке из прозрачного шаренского фарфора. Я всегда знал, что по утрам он предпочитал вину бодрящий отвар из листьев авилуны. Фернадос расхаживал по комнате, пересказывая вкратце мои приключения, и выходило у него лучше, чем у меня.
Отец улыбнулся и сделал приглашающий жест, я уселся рядом и налил себе чая – на подносе стояло три чашки, меня явно ждали. Маг как раз перевалил через мои похождения в Ункерте и я невольно заслушался: со стороны это звучало, как сказание о святом Шарле – магия, мечи, демоны. Фернадос заливался соловьем, а я потихоньку рассматривал отца: граф был снова побрит и подтянут, но у меня болезненно сжалось сердце – он сильно сдал, старые морщины углубились, и появилось много новых, волосы густо посеребрила седина. Неожиданно установилась тишина – маг кончил рассказ.
– Гм, – отец поставил чашку на стол и чему-то улыбнулся, – Я рад, что Станислав жив. Говоришь, у него дочка? И хорошенькая?
Я важно кивнул и почувствовал, что краснею. Глаза графа насмешливо сощурились.
– Если она хоть в половину так хороша, как ее мать, юноши благородных сантаррских Домов без колебаний рухнут к ее ногам, а о низком происхождении никто даже не вспомнит.
Во мне шевельнулась иррациональная ревность – в конце концов, Изабель мне ничего не обещала. Я поспешил сменить тему:
– Ну, обо мне ты уже слышал, а чем вы занимались эти полгода?
Объяснять снова взялся маг, рассказ звучал более сдержанно, но я подумал, что одно другого стоит, и повеселел.
– И куда ты теперь? – отец поставил не стол пустую чашку и откинулся в кресле.
Я вздохнул – мне никогда не удавалось запудрить ему мозги.
– Прежде всего – в Ункерт. Нужно преподать тварям урок, чтоб на всю жизнь запомнили, – Боже, я ли это говорю? – Когда силы Гильдии не будут связаны врагом, можно будет вздохнуть свободнее.
– А потом? – Фернадос сверлил меня взглядом. – У тебя наверняка есть какие-то планы. Может, поделишься?
Я тяжело вздохнул.
– Ничего конкретного, но, конечно же, придется
Маг подозрительно сощурился, но мне на помощь пришел отец.
– Тебе что-нибудь надо в дорогу?
Я облегченно перевел дыхание.
– Нет, и я предпочел бы поторопиться.
Граф кивнул.
– Удачи тебе, сынок! Я не знаю правила тех игр, в которые ты теперь играешь, но одно скажу: не вздумай недооценивать своих врагов. Мир сильно изменился, а ведь даже Герхарду не удалось сделать победу над Силами Тьмы окончательной. Будь осторожен!
Я искренне кивнул и быстро откланялся, не дожидаясь возражений от мага.
Фернадос задумчиво смотрел вслед ушедшему юноше и скептически хмыкнул.
– Я рад, Джеймс, что ты так в него веришь.
Граф покачал головой.
– Он врет, – маг заломил бровь, – Он совершенно точно знает, что будет делать после Ункерта, но не желает даже намекнуть об этом.
– И у тебя есть соображения на этот счет?
– Несомненно, – взгляд Икторна потемнел. – Родерик, Фернадос! Не надо обладать большим умом, чтобы понять – наш король по уши завяз в этом деле.
– Да уж! Сначала я предполагал, что Мирандос подчинил себе короля, а теперь прихожу к выводу, что все было как раз наоборот – маг не устоял перед искушениями монарха. Дэвид упомянул, что сражался с ним во сне. Это очень сложное заклинание, требующее недюжинных способностей и немалой мощи. – Фернадос зажал в кулаке кончик бороды. – Я весьма обеспокоен.
– Дэвид попробует разобраться с Родериком по своему, – подвел черту граф, – Поэтому мы тоже отправляемся в путь, сегодня же.
Маг с интересом поглядел на друга.
– И куда мы, по-твоему, должны ехать?
Граф глубоко вздохнул.
– Судьбы мира решаются не только в магических поединках – битва идет и в умах людей. Пока мой сын сражается с Силами Тьмы, нам следует позаботиться, чтобы ему было куда вернуться. Эта страна немало вынесла за свою историю, и я не хочу, чтобы она снова стала полем боя.
Маг сокрушенно покачал головой.
– Хорошее начинание. Не думай – я не возражаю! Просто я пытаюсь сообразить, как мне заставить эту компанию пошевеливаться.
Граф сразу повеселел.
– Думаешь, они решаться покинуть замок?
– Им придется, – глаза мага гневно сверкнули, – Раз уж ты решил положить голову на плаху, я не отпущу тебя без конвоя.
Я летел на юг, сообразуясь скорее с указаниями Крабата, чем с изображением на карте. Сам призрак указал бы путь гораздо точнее, но я не хотел ждать ночи.
Слишком много времени потеряно! Подо мной мелькали разоренные земли Ункерта, села и города лежали в руинах, дороги были пусты, на полях гнили туши оставленного на произвол судьбы скота и трупы людей. Слишком много трупов.