Лорд Демон
Шрифт:
Лунносветная нерешительно взглянула на меня.
– У меня есть еще доспех. Он дает такую же защиту, как и купол, хотя и менее удобен для длительного употребления. Я могу сопровождать вас и защищать, если возникнет такая необходимость…
– Благодарю вас, госпожа, но я вынужден отклонить ваше предложение. Если вдруг на меня нападут, я не хочу, чтобы мои враги знали о вашей причастности к этому делу. Лучше мы будем держать это в тайне как можно дольше.
– Но ведь вы же сами сказали, что вы сейчас – всего лишь человек! – запротестовала
– Совершенно верно.
Я повнимательнее присмотрелся к доспеху, лежащему у двери. Он был достаточно свободным – видимо, для того, чтобы при необходимости можно было сменить облик, не снимая доспеха.
– А может кто-либо другой надеть ваш доспех? Лунносветная неохотно кивнула:
– Да, если он не слишком превосходит меня размерами.
– Тогда со мной пойдет Ли Пяо, – решил я. – Он обладает значительными способностями в сфере природной магии, а обитатели моей бутылки знают, что ему дозволено здесь бывать. Таким образом, ему не будет грозить опасность, даже если доспех не сможет защищать его достаточно эффективно. А вы трое можете остаться здесь и пока что обсудить тактические вопросы. Вишень наделена талантом подмечать такие тонкости, которые ускользают от моего внимания.
Девушки посмотрели друг на друга. Несомненно, обе сейчас прикидывали, желают ли они вообще разговаривать друг с другом. Энгус тоже перехватил эти взгляды и от души расхохотался.
– Пусть будет, как ты скажешь, лорд Демон. Я останусь здесь и послушаю, как эти две девицы обсуждают условия поединка.
И Энгус снова рассмеялся. Вишенка вспыхнула от смущения. Определить, смутилась ли Лунносветная, было труднее, поскольку ее лицо, как всегда, осталось темным.
Лунносветная неохотно помогла Ли Пяо облачиться в доспех. И мы выбрались в развалины.
– Лунносветная объяснила мне, – сказал Ли Пяо, – что, если мне потребуется пустить в ход магию, я могу использовать часть силы, которая создает защитное поле доспеха.
– Надеюсь, такой необходимости не возникнет, – отозвался я. – И еще я надеюсь, что за время нашего отсутствия Лунносветная и Вишень друг друга не растерзают.
Ли Пяо рассмеялся.
– Ну, Энгус не позволит им серьезно покалечить друг дружку!
– Боюсь, я никогда не научусь понимать женщин, – вздохнул я, подумав о Висс.
– Насколько я сумел понять за свою долгую жизнь, – заметил Ли Пяо, – вся тайна заключается в том, что никакой тайны тут нет. Женщины отличаются друг от друга ничуть не меньше мужчин. И пытаться их классифицировать, точно все они одинаковы, крайне неразумно.
Я помог старику перебраться через нагромождение мраморных плит, что когда-то были изящной лестницей, а потом – через расщелину, образовавшуюся в том месте, где пролет провалился внутрь. Здесь большинство разрушений было причинено артобстрелом – возможно, устроенным Висс. Но при этом камень здесь сделался до странности рыхлым и крошился под ногами в щебень. Из этого я сделал вывод,
Как ни странно это звучит, но в таком случае продолжающееся разрушение можно было считать добрым знаком.
По мере того как мы пробирались в глубь дворца, признаков внешних повреждений становилось все меньше, но стены наклонились и просели, точно подтаявшее мороженое.
– Если это не остановить, – сказал я, – здесь вскоре не останется ничего, кроме щебня, который потом превратится в песок, а потом не станет даже пыли. Мне вот любопытно…
– Что именно?
– Ваша внучка, Вишень, – настоящий мастер фэн шуй, или она просто занимается дизайном интерьеров в восточном стиле?
– Вы же видели, как она спрятала свой дом, – ответил Ли Пяо. – Она – серьезный мастер. И к тому же еще немного чародейка.
– Конг Ши Дже развивался отчасти при помощи методов, очень похожих на те, что используются в фэн шуй. Пожалуй, мне нужно будет посоветоваться с Вишень.
Когда мы добрались до галереи, оказалось, что она пострадала не менее серьезно, чем внешние части дворца. Темные пятна копоти на стенах и на полу свидетельствовали о том, как яростно служители пытались защитить мое имущество. А опустевшие полки и ниши столь же наглядно свидетельствовали об их поражении.
Когда мы остановились в центре комнаты, на обгорелых остатках того, что когда-то было прекрасным персидским ковром, я почувствовал, что кто-то пытается до меня дозваться.
«Лорд Демон?»
Вопрос коснулся моего сознания легонько, словно теплый ветерок.
– Да?
«Чем мы можем служить тебе?» В этом привычном вопросе звучала радость, ощущение вновь обретенного смысла жизни.
– Вы знаете человека, который стоит рядом со мной?
«Ли Пяо, человек-чародей. Лорд Кай, ты изменился!»
– Пока что забудьте об этом. Довольно того, что вы признали меня и Ли Пяо. Я напоминаю вам мой приказ – не причинять вреда этому человеку.
«Мы помним!» – с легким негодованием отозвался мысленный голос.
– Отлично. А теперь, я отменяю свой приказ, обязывающий вас защищать это место.
«Но, лорд!.. – несмотря на негодование, служитель уступил:
– Как будет угодно великому лорду», – Не беспокойтесь. Я вовсе не собираюсь прекращать борьбу. Я просто не хочу, чтобы вы в ее процессе уничтожили сами себя.
«Лорд, особа, именуемая Висс Злой Язык, была среди тех, кто пришел к нам с войной».
– Да, я уже знаю. И потому следующий мой приказ: вы не должны больше впускать сюда ни ее, ни ее сына, и вообще никого, кроме двух особ, которых я вам покажу, либо тех, кто явится сюда вместе со мной.
Ли Пяо – он, очевидно, следил за ходом разговора, хотя и мог слышать реплики лишь одной стороны, – обернулся ко мне. Его морщинистое лицо выглядело озабоченным.
– Крапивник, вы ничего не путаете? Нас же пятеро, считая вас.