Локс-Ли

Горелый Сергей

– Твои бы слова да Око Небесное услышало. Хех... Раздавай арбалеты этим несчастным наемникам. Мой боевой, отдай тоже кому-то. Мне у калитки арбалет не нужен будет. Ямы уже почти готовы. До рассвета гонга три с половиной осталось. Будем спать.

– Пост надо поставить.

– Я сам, где площадка часового у калитки вздремну. Смотреть в темноте нечего, а будет шум, услышу. Сплю я чутко.

Кордо кивнул и пошел к наемникам - шахтерам, которые сидели под на лавке возле котла. Я взял подшлемник и салад и пошел на площадку часового. Высовывать голову из-за частокола теперь опасно. В саладе, получить болт, приятного мало, а без него, смертельно.

Проснулся я от криков чвиков. Еще с закрытыми глазами подумал, что им тут делать, потом вспомнил, что трупы охраны с шахты недалеко валяются. Аля уже показалась на четверть. Одел подшлемник, сверху салад. Чуть покрутил его, чтобы прорези для глаз совпали. Нормально.

Сидит плотно. Теперь можно и посмотреть за частокол, а то вдруг какой-то герой лежит уже шагов за сто и мечтает мою голову пробить с арбалета. Салад спереди трудно пробить. Только в центр если попасть. Чем ближе к краю, тем больше вероятность, что болт даст рикошет. Голову держу между остриями частокола и смотрю. Неудобно, непривычно, но видно. Пока никого нет перед частоколом.

Прошло пол гонга. Наш лагерь уже почти проснулся. Ленса хотела готовить завтрак, но Кордо запретил, объяснив, что нельзя драться с набитым животом. Вот и появились первые вестники с замка. Пока двое, на мохначах. Стали кружить вокруг шахты. Но близко не подъезжали. Шагов триста держали дистанцию. Вот показались еще всадники. Один...два...три... Бездна... Двенадцать и двое уже тут. Всего четырнадцать. Еще и в замке должны кого-то оставить. Не слабый у братьев Баронов отряд. Для таких бедных мест и десять человек в отряде не мало. А тут если со всеми битыми посчитать, двадцать четыре будет. Коротко свистнул, подбежали почти, все. На их взгляды показал пальцами четырнадцать. Противник начал подъезжать ближе и шагов за двести остановился. Теперь было видно, что восемь человек в панцирях и саладах, еще шестеро в кольчугах и простых шлемах. Ясно. Два Барона, шесть латников и шесть арбалетчиков. Стоят кучно, что-то обсуждают. Увиденное рассказывал своим бойцам стоящим рядом. Попросил свой арбалет. Не нужно баловать врагов, а то стоят как на войском смотре. Генс затрещал, крутя ручку взвода. Мой арбалет достался ему. Не рискнул Кордо боевыми арбалетами освобожденных наемников вооружать. Подали арбалет, уже с заряженным болтом. Ветер по колыханию травы вижу. Встречный справа, не сильный. Двести шагов и еще ветер. Бить надо того, кто в кольчуге, с такого расстояния можно и пробить ее. Один как раз удобно стоит, что- то слушает. Встаю, прицел, теперь еще на четыре головы выше и на голову правее, это поправка на ветер. Тун-нн... Долгих две секунды летит болт... Далекий вскрик, донесся окрик команды, и всадники поскакали подальше от шахты.

– Попал?
– спрашивал, похоже, Алекс.

– Да. Только не понял, то ли в руку, то ли в бок.

Я отдал арбалет. Бароны отставили мохначей шагов за триста пятьдесят от частокола, и пошли своим отрядом на нас. Идут кучно, но все прикрылись среднего размера щитами. До нас осталось шагов сто. Кричу.
– "Сто шагов. Готовимся". Послышались команды Кордо и треск шестеренок арбалетов. Плохо если все сразу кинутся. Фух... Нет, начали разделяться. По три арбалетчика и одному латнику, но с арбалетом, стали расходится в стороны, от основной группы. Похоже, братья Бароны решили пострелять из арбалета, а не лезть на штурм. Шесть латников прикрываясь щитами, продолжали идти прямо на калитку, держа на весу небольшой бревно-таран с ручками. "Семьдесят шагов".
– Кричу я уже на бегу, скидывая с головы салад. Обежал ямы, добежал до калитки. Смотрю в щель, через которую я ножом засов калитки сдвигал. Видно не всех. Но понятно. Арбалетчики рассредоточились вдоль частокола, стали на колено, прикрылись щитами и готовы стрелять. Ждут, мы начнем высовываться над частоколом, чтобы бить латников с тараном. Ждите... Латники с тараном уже в сорока шагах. В тридцати... Показываю своим то четыре пальца, то три. Что идут шестеро показал тоже. Хлопнув себя по голове и показав пять и один палец. Двадцать... Я сдвигаю засов. Пятнадцать, под топот ног цепляю крючок с веревкой. Отхожу от калитки влево, вдох. Машу рукой. Резко тяну веревку.

Удар калитки о поставленную стопу, не лоб же подставлять. Натягиваю веревку на локоть и не отпускаю. Топот на какое-то мгновение замер. Ну да. Неприятно внезапно увидеть в двадцати пяти шагах перед собой строй арбалетчиков. Почему шахтеры-наемники не стреляют... Только подумал, раздалось не стройное ... Тун-нн... Тун-нн... Тун-нн... "РА-АА" загремел клич почти у калитки. Похоже, воодушевились латники первыми никчемными попаданиями. Теперь мне нужно расслышать команду, "ДАЙ". Это сигнал когда закрывать калитку. Топот рядом. Удар в калитку. Крик Кордо.
– "Ждем". Треск дерева, звук падения чего-то тяжелого. Лязг. Ргань. Крик Кордо - "Бей". Тун-нн... Тун-нн... Звук ударов болтов в сталь. Тун-нн... Крик боли... "РА-АА". Топот. Треск дерева. Тун-нн... Тун-нн... Тун-нн... Кто-то воет. "ДА-АЙ". Казалось я ждал эту команду целый год. Толкаю калитку всем телом. Тун-нн... Но середине пути она обо что-то бьется и останавливается. Раздается вскрик. Справа яма, там латник на коленях встать пытается. Рву калитку на себя. Что же там мешает. Бездна... За ней стоит латник, опирается левой рукой на меч,

правой держится болт, который получил в таз ниже панциря. Плохая рана. Бедренный сустав разбит. Он вытаскивал из себя болт, а я вбил этот болт калиткой обратно ему в тело. Пока латник в шоке от боли, правой рукой хватаю его за нижний край салада. Рывок вниз и в сторону ямы, латник уже в полете. Толкаю калитку. Дын... Бездна, мешает брошенный шит. Хватаю его за край. Безда... Правая рука отлетает в сторону и ее обжигает огнем. Где то в голове мелькает, что подставился под баронский болт. Я уже пяткой ноги цепляю щит за ремень и откидываю. Хлоп. Калитку закрыл. Задвигаю засов. Резкая боль обжигает левое бедро сзади. Нога подкосилась. Начинаю падать. Тут же приседаю на правую ногу и делаю неуклюжий прыжок от калитки. Тун-нн... Уже полете смотрю, кто меня достал. Латник из ямы, ящер гнилой, всадил мне меч в бедро и, похоже, провернул, но уже сползает обратно эта отрыжка Бездны с болтом между лопаток. Безда... Да меня порезали и не слабо.

Лежу на спине. Левой рукой зажимаю рану на бедре. Похоже, все бедро вдоль разрезано. Рана опасная, крови много с ней теряю. Закрыл глаза. Собрать энергию и потянуть к груди. "Не подходить близко...". Отделить пятую часть. Послать к ране. Представлять, что края раны сходятся. Дун... Дун... Зачем в калитку стрелять? ... Держать энергию клубком, не давать ему распадаться. Прогнать по животу. Тун-нн... "Не высовывайся без шлема"... Собрать на груди. Разделить. "Локс. Локс!!". Послать пятую часть к ране. Представляю рану, ее края сходятся. "Тащи его за куртку, тут узко, по другому, никак". Держать клубок. Погнать круг к животу. "Локс открой глаза. Локс не молчи". Разделить. Пятую часть к ране. Представить, как края раны сходятся. "Смотреть, кто шевелится". Держать клубок. Прогнать круг по животу. "На лицо поливай". "Локс ты меня слышишь". Собрать на груди. Разделить. Пополам. Послать один клубок к ране. Представить, как раны сходятся. "На помост его". "Быстрей перевязочный рулончики". "Воды. Воды больше". Собрать энергию на груди. Круг по животу. Послать к ране. Представить, как края раны сходятся. Все. Сил нет. Энергии нет. "Режь штаны на нем".

– Только порежьте ящеры.

– Локс ты очнулся.

– Не трогайте меня, руку только перевяжите. Я вам еще вспомню и воду и пинки.

– Локс...

Глава 7.

Да когда же эти чвики заглохнут. Чуть приоткрыл глаза. Светло. Аля уже встала. Поводил глазами. Я под навесом, возле шахты. Хм. Лежу на чем-то мягком. Левой рукой нащупал мех под собой. Ясно. На шкурах лежу. Правой рукой даже пальцами шевелить больно. Потом ей займусь. Нога. Левая нога онемела. Не чувствую ее пока. Надо шевелить пальцами, разгонять кровь. Бездна... Больно. Дышать тяжело, душит меня что-то. Ага. Плащами я накрыт, три или четыре на меня сверху накидали. Надо скинуть, а то дышать тяжело. "Локс зашевелился". Не, ну чего орать. Приподымаюсь чуть на локтях. Кордо и Вален у котла. Виктор спускается с помоста для часового. Больше никого не вижу.

– Ну и силен ты спать. Целый день и ночь провалялся.
– С довольной рожей еще на ходу начал говорить Кордо.

– А где все? Где народ?
– Как-то беспокойно стало мне. Тренируешь их, одеваешь, вооружаешь, а они исчезают куда-то.

– Да все нормально Локс. Ты один у нас кровь пустил. На остальных ни царапинки.

– Бой как закончился?

– Да просто. Ты калитку захлопнул, и бой считай закончился. Кто до этого с болтами в яму свалился. Один выскочить пытался, так не поверишь, Генс его прямо в глаз, даже салад целый остался. Троих латников прямо в ямах прибили. Хех... - Хохотнул Кордо. Виктор и Вален тоже заулыбались.
– Барончики со своими арбалетчиками покричали нам слов не хороших. В калитку болты попускали и бегом к мохначам своим, сразу в галоп их погнали. Так драпали, что четверых мохначей забыли. Генс сейчас у шахты с ними, пусть хоть травы пожуют.

– Ясно. А остальные.
– Спросил я и попробовал сесть. Но не получилось на правую руку опереться. Только стон вырвался.

– Ээ-ээ. Ты лежи Локс. Тебе бедро от самого зада, почти до колена насквозь проткнули и распороли. Крови там, у калитки, что мохнача резали. Вот... Остальные. Алекс и Кален еще затемно к баронскому замку ушли. Нужно посмотреть, что там делается. Ленса всю ночь возле тебя сидела, кинжал в кружку обмокала и капельками тебе воду на губы капала. Гонг назад только уснула.

– А шахтеры где?

– Шахтеры?... Хм... Тут такое дело Локс. Когда тебя посмотрели, поняли, что тебе долго еще тут валятся, чтобы ты хотя бы на мохначе мог ехать. Вот шахтеры сами в шахту попросились. Хех... Они, считай, три месяца монет не имеют. Почти у всех семьи. В общем, они руду долбят. Хотят ее переплавить. Угля тут, на плавки, на три - четыре хватит. Потом олово в городе продать и монет получить, нам с этого, треть отдадут. Можно сразу оловом взять. Ты уж извини. Без тебя им добро дал.