Локи Лаки

Strega

Сладко потянувшись, отправилась под тент разводить костер и ставить песок для кофе.

Поскольку мы вели 'оседлый' образ жизни, а не перемещались с места на место как многие, например байдарочники, то могли позволить себе некоторые излишества: надувные матрасы, большой запас провизии, и многие другие прибамбасы. Также, мы возили с собой несколько металлических молочников, которые использовали в качестве турок. Кофе в нашей компании любили все, и не растворимую пакость, а хороший - вареный. Для этого, из жестянки складывалась небольшая коробочка, которая засыпалась

песком. Тот, кто первый вставал и разводил огонь, ставил коробок на костер, а когда песок достаточно прогревался - готовил всеми любимый напиток. Получался такой вот своеобразный кофе по-турецки, очень вкусный и ароматный. Обычно, почувствовав запах, просыпался весь лагерь.

Только я успела наломать заготовленных вчера веток, услышала, как вжикнула молния, открывая палатку, из которой явился миру заспанный Локи.

– С добрым утром, Валерия!

– И тебя туда же, Алексей!
– я отвернулась, не желая искушать себя видом парня в одних шортах, да еще и сползших на бедра.
– Ты чего так рано?

– Выспался. Давай с костром помогу, а то я тебя знаю, полчаса колупаться будешь.

– А я никуда не тороплюсь, - ну да, не дано мне, как некоторым, костер с одной спички зажигать.
– Лучше воды принеси. Вчера кто-то ведра не закрыл - в них мусор налетел.

Вылив уже непригодную для употребления жидкость в ближайшие заросли малины, Лешка, взяв тару, направился к ручью.

Вообще-то, недалеко от стоянки протекают два ручья. Первый - это тот, на который парни ходили рушить плотину, он вытекает из нашего озера и впадает в другое, нижнее. Второй, находится буквально в пятнадцати метрах от лагеря. Он, наоборот, впадает в наше озеро, вытекая из того, что расположено чуть выше. Ручей очень холодный и чистый из-за множества родников, именно туда направился Лешка, чтобы наполнить ведра. Если честно, я очень не люблю кипяченую воду и, тайком от Маришки, часто пью прямо из ручья, проблем с желудком еще ни разу не было.

Если не ошибаюсь, на острове расположено двенадцать внутренних озер. У двух самых крупных и самых популярных среди туристов очень 'оригинальные' названия - Белое озеро. Чтобы хоть как-то их различать их обычно называют Белое северное и Белое южное. Южное, по сути - залив Селигера, с которым соединено широкой протокой, из-за которой по озеру часто гоняют на моторках. Мне там совсем не понравилось - стоянки расположены буквально одна на другой, сложно найти место, от которого не было бы видно хотя бы одной палатки, и, из-за большого количества людей, берега сильно замусорены.

Другое дело - Белое северное. Во-первых, оно расположено в удаленной от города части острова. Во-вторых, поскольку оно находится на пути между двумя деревнями, местные жители убирают мусор, оставленный несознательными туристами. А самое главное - оно намного чище и красивей. Да и название у него вполне оправдано. Это озеро разделено узкой перемычкой - буквально несколько метров - с другим - Черным. И вода в них, действительно, разного цвета. Прозрачная, отливающая серебром - в Белом и чернильная, очень темная - в Черном.

Я задумалась над тем, что надо бы пойти куда-нибудь погулять, далеко одна не пойду, а вот на то озеро, которое расположено чуть выше нашего, идти буквально три минуты, да и карасиков подавить можно. Рыбалка - это мое тайное увлечение, о котором известно не многим моим знакомым, но меня преследует злой рок. Я за день могу наловить суммарно больше, чем все остальные рыбаки вместе взятые, вот только еще ни разу в жизни не поймала рыбы, которая была бы длинней моей ладони. Смешно сказать, но даже на спиннинг мне ловятся одни карандаши - щучки, по десять - двенадцать сантиметров в длину.

От размышлений меня отвлек Локи, появившийся из-за кустов. Парень шел очень осторожно, боясь расплескать полные ведра, и морщился, когда ветки разросшейся малины царапали обнаженный торс. Надо сказать, что я им немного завидовала.

– Надо тропинку почистить, - Лешка поставил воду на лавочку и, взяв черпак, отлил немного в котелок, чтобы вскипятить.
– Ты справилась?

Вопрос был риторическим, потому как погасшие спички уже образовали приличную горку, а в кострище не то, что огня, но даже дымка не наблюдалось.

– Дай сюда, хватит переводить ценный продукт, - отняв у меня коробок, Алексей склонился над кучкой веток и через пару минут по ним заплясали язычки пламени.

Повинуясь порыву, тем более, пока никто не видит, я показала язык Лешкиной спине, очень красивой, надо сказать. Наблюдать за парнем, возящимся с костром и устанавливающим решетку, было одно удовольствие. Золотистая от загара кожа, под которой перекатывались упругие мышцы. Не перекаченные, но рельефные плечи и руки. М-м-м, по таким очень приятно провести ладонью, чувствуя под ней тепло и силу мужчины.

'Хватит! В слюнях захлебнешься!'

– Ну, если ты такой самостоятельный, то занимайся кофе сам, а я пойду, поплаваю.

'Охолонуть мне явно не помешает'.

– Иди, я, как закончу, к тебе присоединюсь.

'А вот этого не надо!'

– Как хочешь, - я пожала плечами, несмотря на то, что он не мог меня видеть, и поднялась за купальником и полотенцем, висевшими на веревке, натянутой между соснами. Потрогала влажную ткань и сморщилась. То ли они не успели высохнуть со вчерашнего вечера, то ли намокли от росы. В палатке все продолжала дрыхнуть Алиса, поэтому, придется натягивать то, что есть.

Ручей, впадая в озеро, намывал песок, поэтому в его устье у нас был пляж, с постепенным спуском в воду. Придя на место, оглянулась по сторонам, конечно, маловероятно, что кто-нибудь пойдет гулять по округе в такую рань, но осторожность не помешает. Обернувшись на всякий случай полотенцем, я скинула одежду и натянула холодный, влажный купальник. Солнце еще не успело до конца прогреть воздух, и я быстро замерзла. Покосилась на прохладную воду, уже будучи не очень уверенна в том, что хочу залезть туда, но, отбросив малодушную мыслишку - просто умыться и вернуться обратно, с разбегу плюхнулась в озеро.