Локи Лаки
Шрифт:
– Эй, молодежь! Свои брачные игрища продолжите на суше, а то вы мне таким макаром катер перевернете!
Оказалось, что дядя Паша, заглушив мотор, обернулся и смотрел на нас с Русом в упор. Очень недобро так смотрел, причем, не он один. Выбравшись из-под парня и оправив задравшуюся по самое 'не балуйся' футболку, я заметила еще один испепеляющий взгляд. Лехин взгляд, причем, направленный скорее не на меня, а на Руслана.
– Прости дядь Паш, мы больше не будим, - пробасил Русик, состроив умильную рожицу.
–
Я отвернулась назад, не в силах сдержать довольную улыбку.
Остаток пути прошел без происшествий: вещи перетягали с катера в прицеп видавшего виды запорожца, мы легкими бабочками спорхнули на берег, опираясь на надежные руки наших мужчин. Дядя Паша вздохнул с облегчением.
Отправив Руслана, Влада и Патрикевну на машине, все оставшиеся решили добраться до стоянки пешком.
Я очень люблю этот момент - первые минуты на острове. Воздух здесь совсем другой, нежели на большой земле, звеняще - чистый, пахнущий сосной, травами и можжевельником, и кажется, что его можно есть ложкой.
– О чем задумалась, краса-Валерия?
– меня догнала счастливая Маришка.
Я только мотнула головой, но меня поняли.
Мы, сняв обувь, топали по грунтовой дороге, загребая босыми ступнями теплый, мелкий, почти белый песок. Это тоже стало традицией - пройти первый отрезок пути, до поворота в лес, босиком.
До стоянки я шла молча, даже не прислушиваясь к веселой болтовне компашки. Внутри как будто лопались маленькие пузырьки радости от одного осознания, что я здесь. Хотелось прыгать и смеяться просто так, без причины.
Однако, придя на любимое место отдыха, мы были весьма озадачены: вода в озере сильно поднялась, полностью затопив мостки и подобравшись к столбам, на которых держится навес.
Мы созерцали открывшуюся картину, парни озадаченно чесали затылки.
– Бобры, - первым догадался Ромка.
– Теперь плотину внизу на ручье поставили. Надо рушить.
– Сейчас пойдем?
– я не разобрала, кто из парней это сказал.
– Нет. Первым делом - поставить палатки и накинуть тент, а уж потом, если еще не стемнеет, пойдем, посмотрим ручей.
Я вздохнула и побрела к месту, где всегда стояла моя палатка. Несмотря на то, что рассчитана она на двоих, раньше я всегда спала одна, теперь же мне предстояло делить свое личное пространство с Патрикевной. Чтобы сэкономить место и тащить меньше груза, мы все спальные места разделили по двое: Влад с Русом, Лешка с Ромкой, я с Элис, ну, и супружеская пара, естественно.
– Алиса!
– позвала я, ища свою палатку среди других.
– Пошли место готовить.
– А что нужно делать?
– когда я пригляделась к девушке, мне, честно говоря, стало ее немного жалко.
– Вот здесь, - я указала на отведенный нам уголок, - нужно собрать все ветки и шишки, а потом выровнять все и окопать, но об этом попросим кого-нибудь из парней.
Алиса, не говоря ни слова, принялась за работу. Лениво, но, тем не менее, безропотно, что не могло не радовать.
С площадкой и установкой палатки мы справились довольно быстро, чему поспособствовал вовремя подвернувшийся под руку Руслан. Оставив Элис надувать матрас, я отправилась помогать Маришке, которая уже вовсю надраивала стол и лавки. Рус присоединился к Владу и Стасу, которые тянули тент. Лешка и Роман куда-то пропали из поля зрения.
Когда парни уже справились со своей работой, а мы, наведя относительную чистоту, накрывали на стол - есть все хотели просто жутко - послышался странный шум, сначала тихий, но потом все громче и громче, как будто на озере внезапно появился большой водопад, а через несколько минут из кустов появились наши пропавшие.
Радость от того, что я увидела Локи, сменилась тревогой - он шел, опираясь на Ромку и сильно прихрамывая на одну ногу. Марина, бросив на стол пакет с едой, подбежала к пострадавшему.
– И где ж ты так умудрился ногу разодрать?
– Да мы плотину спускали, его бревном зацепило, - ответил Ромка.
Леха мужественно терпел.
– Садись, - Маришка кивнула на лавочку.
– Сейчас промоем - посмотрим, что там.
– Может ему водки налить?
– подал голос Стас.
– Зачем?
– рыжеватая бровь девушки взметнулась вверх.
– В качестве анестезии.
– У нас парней много - удержите, - пожала она пухлыми плечиками.
– И запомни, дорогой, одну простую медицинскую истину: хорошо обездвиженный пациент в анестезии не нуждается!
– Страшная женщина!
– Ромка проводил супругу друга, которая направилась за своей сумкой, испуганным взглядом.
После того, как боевое ранение было промыто и соответствующим образом обработано, Маришка вынесла свой диагноз: жить будет. Главное, чтобы опять грязь на царапину не попала.
Остаток дня пролетел незаметно в обычной, для самого начала отпуска, суете и хозяйственных заботах. С наступлением сумерек, я отползла в свою палатку и уснула, едва успев переодеться и забраться в спальник.
Я сама не знаю почему, но на Селигере я всегда встаю очень рано, в пять - шесть часов. И первое утро не стало исключением. Стараясь не потревожить тихо сопящую Алису, я кое-как выпуталась из спальника и вывалилась из палатки. Воздух вокруг был синеватым и необычно прозрачным. Прохладный ветер с озера заставил поежиться, но в палатку за ветровкой лезть не хотелось.