Локаут
Шрифт:
– Ты пыталась сказать ему об этом? – спросила Хлоя.
– Типа того...
Хлоя вздохнула.
– Лисса.
– Знаю. Тебе не обязательно читать мне нотации.
– Очень жаль. В любом случае, я это сделаю. – Она сделала глубокий вдох. – Тебе нужно рассказать Рэнди, как хреново ты от этого себя чувствуешь. Знаю, что тебе нравится быть Маленькой Мисс Снежная Королева, оставаться спокойной и невозмутимой
– Я знаю, знаю. Просто... это тяжело. Я хочу, но постоянно торможу. Я имею в виду, мы ведь снова сошлись лишь пару недель назад.
– Может, вы расстались, потому что ты не была с ним полностью откровенна.
Не по этой причине мы расставались. Но я бы никогда никому не рассказала настоящую причину, даже Хлое.
– Черт возьми, Лисса. Знаешь, ты единственный человек, который может вынудить меня звучать как хренова открытка Холлмарк.13 Просто поговори с ним, ладно?
– Ладно.
– Хорошо. В любом случае он, полагаю, будет более милым с тобой, чем я.
– Мне нравится, когда ты грубая.
– Мяу, – сказала Хлоя. – О, детка.
Я рассмеялась. На самом деле она единственный человек, который может меня разговорить. Если бы кто-то другой так шутил, как она, мне было бы очень некомфортно. Но только не с Хлоей.
– Ненавижу это, Хлоя. Вместо того чтобы быть с Рэнди, в последнее время выходит, будто я с Рэнди и всей командой по соккеру.
– Боу чика, воу-воу. Для меня это звучит как что-то хорошее.
– Господи, Хлоя.
– Извини. Я не смогла сдержаться, – хихикнула она.
– Но ты ведь понимаешь, о чем я, верно? Это...
Чирк.
Я нахмурилась и встала с компьютерного кресла, взяв телефон с собой к окну.
– Лисса, ты там?
– Да. Секундочку, Хлоя.
Я прикрыла трубку рукой и прислонилась к холодному стеклу, вглядываясь в полумрак за окном.
Чирк, чирк!
Мелкий камушек ударил с другой стороны стекла: прямо туда, где я прижалась носом. Я сощурилась, пытаясь разглядеть фигуру, стоящую в кустах на углу моего дома. Оранжевый свет уличного фонаря падал на песочного цвета волосы и синюю футболку. Обе детали нельзя было ни с чем спутать. У Рэнди в комоде был миллион футболок «Пантер Гамильтона». Гордость американского футбола и все такое.
Я снова приложила телефон к уху.
– Хлоя, мне нужно идти. Рэнди на улице. Позвоню тебе завтра.
– Повеселись, – подначила Хлоя. –
– Нет ничего такого, чего бы ты не сделала.
– В этом и суть.
– Спокойной ночи, Хлоя.
Бросив телефон на кровать, я щелкнула щеколдой и открыла окно, осторожно сдвинув в сторону москитную сетку, прежде чем вдохнуть теплый воздух последних августовских дней и склониться в окно.
– Ты творишь такие банальности, – шикнула я Рэнди.
– Ну, банальности срабатывают, разве нет?
– Чего ты хочешь? – спросила я
– Доказать.
– Что доказать?
– В пятницу вечером, – напомнил Рэнди, – ты сказала, чтобы я доказал, что ты значишь для меня больше, чем соперничество. Я здесь, чтобы доказать это.
Он вытащил из-за спины небольшой букет цветов и посмотрел на меня с надеждой, свет от фонарного столба отсвечивал в его карих глазах.
– Извини за сегодня. Я хочу попытаться загладить свою вину. Видишь? – Он слегка помахал букетом, чтобы убедиться, что я его заметила.
Я не могла сдержать смех, глядя на него. Боже, иногда он бывает таким милым. Немного пафосный, но в основном милый. Было так мило наблюдать, как он забирался вверх по водосточной трубе, отчаянно стараясь не раздавить цветы, и неуклюже ввалился в окно моей спальни.
Он криво мне улыбнулся, когда я взяла у него цветы и поставила их в вазу на письменном столе. А когда я вновь на него взглянула, Рэнди уже лежал на моей кровати. Его взгляд был прикован ко мне, а руки сложены под головой, демонстрируя его накаченные бицепсы. Я покраснела и понадеялась, что он не заметил, как я его рассматриваю. Его эго и так достаточно большое.
– Гвоздики, – самодовольно сказал он, приподняв брови и дернув подбородком в их сторону. – Тебе нравятся розовые гвоздики, их я и принес. Довольна?
– Очень, – признала я. – Не думала, что ты запомнил.
– Я помню все, что ты мне говоришь. – Он ткнул пальцем в висок. – Это все здесь.
– Там, должно быть, достаточно места для этого. Я имею в виду, у тебя не может быть много чего в той пещере, которую ты называешь головой.
– Ха, ха, очень смешно. – Он закатил глаза. – Может, я предпочел не учиться именно для того, чтобы у меня осталось побольше места в мозгах для «Фактов о Лиссе». Когда-нибудь задумывалась об этом? Я имею в виду, знать твой любимый цвет и твой счастливый номер для меня гораздо полезней, чем периодическую таблицу или, ну знаешь, основы умножения.
Меня удивило, что он действительно думает, что это бесполезно.
– Вообще-то основы умножения очень важны для повседневной жизни. Они...