Лисьими тропами

Ви Мари

— … как я… — кицунэ это задело.

— … кто-то все же разрушил твой храм, — строго напомнила я. Кицунэ не возражал. Кицунэ улыбнулся. Я набралась смелости и продолжала: — Он бы подготовился. Он бы не стал разрушать его изначально. Но ты сумел похитить его меч. Значит…

— … значит, ты делаешь слишком поверхностные выводы, — перебил меня кицунэ. — Но… (он медленно улыбнулся) ты так его защищаешь. Не хочешь убивать даже после того, как узнала, что ты для него была лишь необходимым условием, чтобы добраться

до меня.

— И… разве же это тоже не странно? — Постаралась затолкать куда подальше свою обиду. — Если он пришел к твоему храму и уничтожил его, зачем ему так напрягаться, чтобы найти тебя здесь?

— К чему ты ведешь, глупышка? К тому, что он не заслуживает смерти? Потому что в твоем сердечке (он коснулся будто бы именно сердца, и я встрепенулась) поселилось кое-что другое, нежели страх перед шинигами?

Разволновавшись, я нервно сглотнула.

— Тебе ведь нужен результат, — голова кружилась, я дрожала. Я была полностью во власти кицунэ, и он мог сделать со мной всё, что угодно. — Но, если ты убьешь не того шинигами, подумай, что может сделать с тобой тот, кто действительно разрушил твой храм.

Я услышала улыбку. Хищную, властную, уверенную. Кицунэ взглянул на Шина и какое-то время молчал. Я не знала, выиграла ли я хоть немного времени, изменила ли хоть что-нибудь. Пожалуйста…

— Какое интересное предложение, — наконец заключил кицунэ. — Но хочу ли я его принимать?

— Вопрос в другом: хочешь ли ты убить нас здесь сейчас и разбираться с новым врагом? — Осмелела по какой-то даже для себя неизвестной причине. — Или же ты доверишь эту работу мне и шинигами, взамен же мы разберемся с проблемой.

— А причем здесь шинигами? — Как будто бы потешался кицунэ.

— Он… пощадит тебя, — смешок от кицунэ. — Не недооценивай его. Он сильнее, чем кажется.

Пальцы кицунэ сомкнулись на моей шее, я почувствовала, как он сжал их, скорее неприятно, чем больно, но я поморщилась, а Шин… дернулся ко мне, будто… будто хотел мне помочь.

— Не сомневаюсь, — то ли действительно произнес кицунэ, то ли мне показалось.

Шин попытался ползти, но пока ему плохо удавалось движение. Однако же он все еще не сдавался. По какой-то причине. Почему, Шин, почему ты мне лгал? И что ты делаешь сейчас?

— А ты умеешь подбирать ключики к моей душе, маленькая глупышка, — хмыкнул кицунэ.

— Так ты согласен?

— Я еще не решил, — его пальцы скользнули к моему плечу, и я наконец-то смогла выдохнуть. — Как я могу быть уверен, что ты и шинигами не предадите меня?

Так и хотелось сказать ему «судишь по себе?», но я сдержалась.

— На мне твоя метка. Если я предам тебя… могу ли я предать тебя вообще при таком раскладе?

— Конечно, можешь, — ухмыльнулся кицунэ.

— Но моя душа будет принадлежать тебе.

— Если ты

придешь ко мне убить меня, как я смогу забрать у тебя что-то?

— Но… это же сделка, так ведь? — Его улыбка стала шире. Кицунэ знал точно, к чему меня подвести. — Мы ее заключим.

— Лиса, не надо, — попросил Шин, все еще пытаясь ползти к нам.

Но его держала неведомая сила, я это теперь поняла.

— Что ты отдашь мне, если обманешь? — Спросил кицунэ.

— Что ты хочешь?

— Твою жизнь.

— Нет! — Шин будто споткнулся, его глаза смотрели на меня, он покачал головой, призывая к благоразумию.

— Но есть два условия, — нервно сглотнула я.

— Смотрите-ка, кто тут быстро учится, — рассмеялся кицунэ.

— Взамен ты тоже принесешь клятву. Что не тронешь ни меня, ни шинигами. И поклянешься этим местом.

— Моим… домом? — Впервые кицунэ стал почти серьезным, а я вдруг поняла, что та история про хромого старика была не просто легендой.

— Именно. Это будет равносильно. Жизнь за жизнь.

Кицунэ раздумывал, Шин все еще был лишен сил и смотрел на меня.

— А второе? — Заинтересованно спросил он.

— Ты вернешь Шину меч.

— Исключено.

— Как тогда ему искать преступника в таком состоянии?

Кицунэ почему-то улыбнулся.

— Так вот какой твой план, — заметил кицунэ. — А ты уверена, что он дорожит твоей жизнью настолько сильно, чтобы не убить меня в тот же миг, когда его оружие вернется к нему?

— Я говорила не об этом, — поправила. — Я говорила о его обещании.

— Ах, давайте все давать друг другу обещания! — Рассмеялся кицунэ.

— Он не тронет тебя на время, пока мы будем искать виновника, — пообещала я.

Шин молчал.

— Только на это время?

— Ты же понимаешь, почему, — настаивала я. — Условия вполне подходящие. И это больше, чем его смерть от моей руки.

— Хм… — снова задумчиво протянул кицунэ.

И замолчал. Он молчал так долго, что у меня разболелась голова. Все это время я продолжала смотреть на Шина, а он — на меня.

— Пожалуйста… — не сдержалась, умоляя.

Кицунэ приблизился к моему уху и тихо-тихо шепнул, чтобы услышала его только я:

— Еще никогда не видел, чтобы кто-то так заботился о шинигами.

Мурашки побежали по коже от смущения. Но кицунэ был прав. И мне было уже все равно. Устала. Не потому, что истощилась, наоборот. От переизбытка впечатлений, новых сил, столкновений. Другой мир. Такой яркий и непостижимый. Когда бы еще я открыла его для себя? Если бы не метка… если бы не…

— Хорошо, — заключил кицунэ, сверкнул то ли огонь, то ли молния, рядом с Шином что-то упало, закопавшись в траву. — Идет.

— Нет! — Рыкнул почему-то Шин, но все еще был обессилен, чтобы сражаться.