Лишённые смерти
Шрифт:
Так и он, когда-то владевший огромной силой, лишь теряет её, спускаясь в Бездну бессмертных. И Избранный уже не верил, что этот спуск окончится благополучно для него, он только молился, чтобы в своём падении никого не увлечь за собой.
"Я запутался, я совсем запутался. Я не вижу, что верно, а что нет. Я даже не уверен, знал ли я это когда-либо. А вокруг так темно! И становится лишь темнее..."
– Мне нужна помощь, - прошептал он.
– Мне нужен свет, чтобы видеть ясно. Кто даст мне его?
– повторяя это
Даже сквозь сон, сквозь сон-во-сне он чувствовал, когда поблизости пролетали carere morte. Воронки их пустоты обдавали Избранного холодом при приближении, и он, забывший что такое холод, замерзал. Он провожал одних бессмертных и встречал других равнодушно, успокоено, но через час или два очнулся - быстро, можно сказать, мгновенно. Ему показалось, что кто-то есть рядом и этот кто-то с печалью и тревогой глядит на него. Кто-то знакомый, любимый... Мира?!
Винсент вскочил в поту, с больно колотящимся сердцем. Комната была темна, пуста, улица за окном также, только высоко над куполом Покрова сейчас летела carere morte. Маленькая, изящная... Её пустота была не чёрная, как у других бессмертных, а серая - её наполнял мягкий предрассветный свет.
Одним прыжком он очутился у окна, толкнул тяжёлую примёрзшую створку. Улица куталась в мягкую шаль свежевыпавшего снега, низкие серые тучи рвали края об острые крыши домов. В серо-белой мути carere morte оставалась невидимой. Она быстро удалялась. Винсент узнал эти движения: торопливые, резкие и точные. Она была такой - резкой и быстрой в человеческом обличье, такой же оставалась в зверином. Она не могла бы его услышать, но Винсент крикнул в серо-белую мглу наверху:
– Мира... Мира!
Вампирша пересекла Покров, но он продолжал сопровождать её - мысленно. Ориенс, Центр, Сатур... Прежде Избранный не пробовал прослеживать carere morte так далеко! Но ему удалось довести Миру до самого её убежища. Винсент боялся, что она будет охотиться - он не хотел бы это видеть, но Мира не останавливалась в пути. Она была не голодна и не спокойна. Она словно искала чего-то...
"Она ищет меня, - понял он.
– Она тоже зовёт меня, зовёт и ищет: ежедневно, ежечасно - постоянно!"
До рассвета он уже не спал. Когда солнце несмело коснулось камней города, Винсент отодвинул кровать от стены. Там, под отставшими половицами, в тайнике лежала тетрадь - близнец той, что он швырнул Теренсу. Это были не записи о Даре. Набор разрозненных заметок, вроде дневника. Удивительно, здесь также осталась всего одна неисписанная страница.
"Ибо его история подходит к концу", - Винсент отогнал эту ехидную мысль.
Он долго сидел над последним чистым листом, не зная, как начать. Винсент ещё ни разу не писал ничего о Мире. Удивительно, учитывая, сколь важную роль играла вампирша в спектакле его жизни! Он много раз хотел написать о Мире пару строк и... не мог. Тема их отношений -
Сейчас Винсент споро подцепил на кончик пера каплю чернил. И слова полились ровно, честно, уверенно:
"Я не стану писать об Алане Вако, чьим зеркалом мне суждено было стать для Миры. Нет, нет. Всё это, всё прошлое, вся грязь - здесь не нужны! Меня и Миру связала, не страсть, не жажда нового греха. На самом деле мы словно герои новой сказки. Ищущая чуда и волшебник. Живая душа, пленённая проклятием, и её освободитель - вот, во что мы верим! Оба - и она, и я. Нас связала вера... и общая надежда".
Избранный спрятал тетрадь и задумался.
"Мира. Если б увидеть её! И не взглядом Избранного, взглядом памяти, а глаза в глаза!"
Сейчас Винсенту казалось: встреча с Мирой могла бы помочь ему. Да, да! Он только взглянет на неё - и всё станет ясно. Он сумеет справиться с проклятием. Он всё тогда сумеет! А Мира первой из carere morte достойна исцеления...
– И вот он уже снова думал об исцелении вампиров. Он становился прежним - самоуверенным Избранным, ясным и сильным как само солнце.
Увидеть Миру? Что может быть проще! Он знает, где убежище вампирши. Агнесса передаст ей письмо и в назначенный им самим час Мира будет здесь! Если верить главе, Покров для неё не преграда.
"Серьёзный шаг. Нужно подготовить всё наилучшим образом. И первое - отвлечь отряды охотников...
– он хмурился, прикидывая план действий.
– Может, Ангесса отвлечёт их? Нет, нельзя во всём полагаться на охотницу..."
На рассвете два послания были готовы и разложены в самодельные конверты. Листы для писем Винсент позаимствовал из "Дороги Пилигрима". Агнесса, с которой он встретился в условленном месте, удивлённо прищурившись, читала адрес на первом конверте:
– "От моего окна по прямой линии порядка трёх часов ходьбы пешком на юго-запад, ориентир - Золотой мост Набережной..." Что это? Адрес? Винсент, ты сошёл с ума?
Избранный вздохнул.
– Я проследил за одной вампиршей до её убежища. Посчитай. Это должен быть Сатур, примерно четыре квартала от Набережной. Вероятно, летний дом-особняк, сейчас пустующий... Она ютится там, на чердаке.
– Кто "она"?
– Мира Вако. Неважно! Второе письмо...
– Оно не подписано.
– Это для Низших. Передай кому-либо из осведомителей Ордена.
– Зачем?!
– Иду сдаваться Низшим, - он усмехнулся.
– Серьёзно: здесь я пишу, что готов сотрудничать с их владыкой. Лучше обращение, чем смерть, которую мне готовит Орден...
– Ты же шутишь?
– Шучу, конечно! Я назначил Низшим прийти за мной двадцать первого декабря и предупредил их, что район Родниковой хорошо охраняется Орденом. Они ввяжутся в бой с охотниками, а мы с Мирой тем временем убежим... Как тебе это, Агнесса?