Лишённые права
Шрифт:
…странно. Мне казалось, я открыла глаза. Меня окружала абсолютная тьма. Или глаза подводят? Нет, не глаза. Где-то надо мной проступил бледный блик, очертив квадратное отверстие вентиляционной шахты, расположенной на невидимой стене. Я пошевелилась. Спина отозвалась болью там, где в неё вмялись доски, неровно обработанные и чуть сыроватые. О, Хранители, как мне надоело приходить в себя в плену! Наверное, что-то в жизни я делаю не так.
Я стала на ощупь исследовать окружающее пространство. Грубо сбитые из досок нары, скользкие от сырости плиты пола. Такие же стены. Холодно, впрочем, не было. Камера размерами не превышала девяти шагов в длину и семи в ширину. Дверь я тоже нащупала, и она меня совершенно не порадовала.
Я вернулась на нары и прислушалась к ощущениям. Ничего не сломано. Пара ушибов, несколько царапин, одна из которых на лице. Я коснулась пальцами длинного пореза на левой щеке от угла губ до виска. Это когда же меня так угораздило? Точно. Высокий с чёрными усами и чуть надорванной маской. Достал глубоким выпадом, едва не сделав из моей ошибки смертельную. Едва…
Воспоминания нахлынули потоком смешанных картин и вспышек - блеска клинков в свете камина. Отражённые блики иногда попадали в глаза, помогая нападавшим. Сколько же их было? Да и какая разница… что стало с командой, представить не сложно. Те, кто остались в живых, так же, как и я, в плену неизвестно где. Если кто-то остался, если даже Ли… Перед глазами всплыла последняя картина - веду с клинком своей ученицы в спине. Нет, Илис, ты не ошибаешься, когда рисуешь.
Илиса я во время боя вообще не видела. Наверное, ранили одним из первых. Пусть бы только ранили, а не убили. Команду терять оказалось очень больно. Но особенно того, кто незаметно успел стать близким другом.
Мысли невольно переметнулись на Джамита, и сердце снова больно защемило. Оба гайратятнина наверняка бились до последнего. Только у них был шанс вырваться из этой ловушки. Но едва ли они могли уйти и бросить команду, значит, бились… насмерть…
Так, Лиа, думай лучше о том, где оказалась, и что теперь делать.
Внезапно я обнаружила, что окружает меня не могильная тишина, как казалось сначала. Стены, пол и потолок странно, ритмично гудели. Едва слышно, так, что сложно было понять, слышат ли звук уши, или воспринимает тело. Я замерла и стала вслушиваться, пытаясь опознать природу звука. Словно стук сердца… или дыхание… Море! Совсем рядом, за толщей стены море. Значит, я нахожусь в подвале здания, стоящего на самом берегу. На скалистом, обрывистом, поскольку волны не скользят по пляжу, а ударяют в отвесную стену.
Зачем я здесь? Нет, не так. Почему я до сих пор жива? Надеются на информацию. Наверняка уверены, что за нами стоит какая-то сила. Опасаются срыва планов. Теперь, наверное, напрасно опасаются. Но, по крайней мере, я заставлю их бояться.
Мне захотелось зарычать от злости и бессилия. Неужели всё, что мне осталось - это пустой блеф? Хотя, почему пустой? Смотря с кем придётся говорить… Понять бы, у кого я нахожусь. За стеной открытого моря быть не может. Слишком высоки скалы в окрестностях Хорэма. На обрывах стоят только сторожевые башни, и подземелья их никогда не были настолько глубоки. Значит, Корабельный Залив. Я мысленно перебрала известных мне членов Совета Семи. Пятеро, и ни у кого из них нет собственного дома или дворца на побережье залива. Значит, кто-то из двух оставшихся. Что вообще у нас находится на берегах залива? На северной стороне порт, верфи… в бухте Морская Площадь… А вот по южному берегу тянется целая улица роскошных полудворцов, и только к устью сбились в кучу рыбацкие домики и причалы. Я стала перебирать в уме тех жителей улицы с неожиданным названием «Южнобережная», которых я знала, или о которых слышала. Несколько домов принадлежали главам купеческой гильдии. Едва ли кто-то из них стал бы рисковать
«Не унывай, всё будет хорошо», - сказал бы сейчас Илис.
«Мы живы, значит, всё уже хорошо. Зачем на «будет» откладывать»?
– с улыбкой возразил бы Джамит.
Великие Хранители, только бы они были живы…
По лицу скользнул сквозняк. Похоже, где-то открыли дверь. Нужно собраться и подумать, как встретить «гостей», а в голове ни одной мысли. Наверное, впервые в жизни я чувствовала себя абсолютно раздавленной.
Шаги в коридоре. Подкованные солдатские сапоги, шаг уверенный, тяжёлый, но не строевой. Наёмники, скорее всего. Человек пять.
Щёлкнул замок, и свет факелов заставил меня зажмуриться на несколько мгновений.
Наёмников действительно было пятеро. Опытные бойцы солидных габаритов. Трое с обнажёнными кинжалами. Верно, мечом в такой клетке не размахнёшься. Руки в грубых кожаных перчатках сжали мои локти и завели их за спину. Через минуту я была связана так, как связала бы пленника сама.
– А говорили, опасная, - фыркнул прокуренный голос, - сопротивляться будет…
– А ты не расслабляйся, - хохотнул второй, - а то раскидает нас и в окно выпрыгнет.
– А вы только связанной бабе и только впятером силу показать можете?
– не удержалась я.
Рефлексы сработали быстрее мысли, и тяжёлый кулак в клёпаной перчатке врезался в грудь стоявшего за моей спиной вояки, едва не зацепив моё ухо. Державший меня боец пошатнулся, словно крепостные ворота под ударом тарана, но устоял. А вот у меня от резкого движения потемнело в глазах и подкосились ноги. Я повисла на верёвках, которые наёмник так и не выпустил.
– Уклоняется она! Я тебе уклонюсь!
– прорычал несдержанный на руки.
– Не тронь. Хозяин сказал не портить, - флегматично произнёс битый. Похоже, характер у него был так же непоколебим, как и положение в пространстве.
Меня рывком поставили на ноги и вывели в коридор. Низкие своды, сложенные из нетёсаного камня, освещённые масляными лампами. Потолка можно было коснуться рукой, и это наводило на мысли, что у подземелья несколько уровней. Моя догадка подтвердилась, когда мы добрались до лестницы. Винтовая, с гулкими металлическими ступенями, она уходила не только вверх, но и вниз. Поднимаясь, мы миновали подземный коридор этажом выше. На первом наземном этаже лестница преобразовалась в каменную, укрытую ковром. В окна бил яркий дневной свет, заставивший болезненно поморщиться. Посмотреть в окно и сориентироваться мне не позволили, завязали глаза. Судя по количеству ступеней, мы поднялись на второй этаж. Свернули в коридор. Под ногами теперь пружинил толстый ковёр, а кожей я ощущала смену света и тени, значит, шли мимо ряда окон. Остановились, раздался стук в дверь, и по лицу повеяло сквозняком. Меня куда-то втолкнули и сняли повязку.
Тяжёлые шторы были задёрнуты, и в великолепном просторном кабинете царил полумрак. В окружении роскошной обстановки, поблескивающей позолотой и полированным дубом, за столом сидел человек, при взгляде на которого мне стало плохо. Генерал Атрес, доверенный миртерской короны, командор и фактический хозяин форта Каол.
– Вижу, вы меня узнали, - серо-стальные глаза прищурились в холодной усмешке.
Генерал откинулся в кресле, демонстрируя статную фигуру и горделивую осанку. Локти поставил на подлокотники, соединив кончики длинных аристократических пальцев. Меня в это время усадили на стул, привязав к спинке и ножкам.