Лишь его

Райли Алекса

— Иди сюда, — говорю я, не оставляя места для неправильного истолкования.

На мгновение мне кажется, что она вернёт мне нахальный ответ. А может даже откажется. Но она смотрит на меня, и я вижу желание в её глазах. Необходимость. Пейдж всегда любила играть в то, что ей не нравится, когда ей говорят, что делать, но когда дело доходит до секса, я всегда выбираю путь, и это сбивает её с толку. Мы оба это знаем.

Мы были вместе так долго, что я знаю каждую мысль, которая проходит через её разум. Близняшки выросли и закончили колледж. Они построили себе хорошую жизнь, и нам не о чем беспокоиться. Ну, много волноваться. Я думаю, что всегда есть немного этого

в глубине души любого родителя. Но мы с Пейдж перестали работать, и посещаем наш остров так часто, как только можем. Большую часть времени мы проводим, путешествуя между ним и домом, чтобы увидеть девочек. Давая Пейдж семью, которую она всегда хотела, давая мне ту, которую я никогда не знал, что хочу до неё. Я не могу придумать лучшего способа прожить свою жизнь, чем быть с Пейдж. Наша жизнь медлительна, и мы смакуем все мелочи, но она любит время от времени добавлять специи, чтобы удержать меня на в тонусе. Я бы солгал, если бы сказал, что мне это не нравится так же сильно, как ей. Она приносит весь смех в эту семью. Сердце всех нас.

Она медленно переплывает, устраивая свое собственное шоу, приманивая меня, и когда она приближается ко мне, она смотрит мне вниз на колени, а затем возвращается к моим глазам.

— Правильно, котёнок. Ты позаботишься об этом. А теперь иди сюда и взбирайся на вершину.

— Может быть, сначала я хочу чего-нибудь другого. — Она облизывает губы, и мой член пульсирует.

Я скриплю зубами, пока она медленно подбирается по ступенькам. Она усердствует в своих движениях и выглядит, как ебучая знойная богиня, пришедшая поприветствовать меня. Я держусь из последних сил, и не знаю, как долго я смогу не протянуть руку и не схватить её.

Она проводит руками вверх по моим ногам и к верхней части моих бедер, когда она раздвигает их, а затем встает на колени в воде передо мной. Она похожа на соблазнительницу, когда солнце освещает её волосы. Она не нарушает зрительного контакта, наклоняясь и открывая рот, лижет мой член от корня до кончика.

— Блядь…! — Я шиплю сквозь стиснутые зубы и протягиваю руку, собирая её волосы в одну руку. — У тебя есть тридцать секунд, прежде чем я подниму тебя и усажу на свой член.

— Тогда у меня есть время, — дразнит она, подмигивая мне, а потом принимает мой член в свой в рот и до задней части горла. Чистое удовольствие от этого проходит сквозь моё тело.

Я стону от ощущения её горячего рта на моем члене, и почти кончаю. Я должен стараться думать обо всём, что я могу, кроме того, что Пейдж стоит на коленях передо мной, сосёт меня и дарит мне удовольствие.

— Двадцать два, двадцать три, двадцать четыре. — Я начинаю считать, потому что не знаю, что ещё делать. Я умираю, когда ловкая жара её языка работает вокруг моего толстого члена. Потом она высасывает жемчужину предсемени, и я умираю.

— Вот так! Время вышло! — Я наполовину кричу, когда поднимаю её с колен и сажаю на свои бёдра. Нужно быть внутри неё. Я хочу войти в её киску, а не в рот.

Я раздвигаю её ноги, и толкаю свой член в её теплый канал ещё до того, как она начинает протестовать. Я держу её шею, когда целую её, дегустируя часть моего предсемени на ней. Её аромат заставляет меня стонать, и я использую свою свободную руку, чтобы схватить ее за бедро.

Я держу её ровно, когда двигаю на себе, заставляя её киску доить мой член.

— Блядь, ты знаешь, как нажимать на мои кнопки, — говорю я, толкаюсь внутрь и наружу.

— Мне нравится, когда ты нажимаешь мои, — стонет она, вдавливая свои твердые соски в мою грудь.

Я отпускаю её шею и двигаю руку между

нами, чтобы погладить её клитор. Я точно знаю, как ей это нравится, и я не играю с тем, чтобы дать ей то, что она хочет. Я уже так близко к краю, что могу взорваться в любую секунду, и она нужна мне со мной.

— Ты здесь купаешься голышом, потому что знаешь, что меня это бесит. Потом ты обрызгиваешь меня и притворяешься, что пытаешься сбежать. — Она издает крик удовольствия, когда я щипаю её клитор. — Ты сосала мой член, когда точно знаешь, что это со мной делает. Ты толкнула меня, котёнок, и теперь ты кончишь на мне. Я хочу, чтобы твоя киска меня выдоила. — Я наклоняюсь вперед и облизываю ей шею, затем сосу нежное место чуть ниже уха. Я хочу оставить на ней след, потому что знаю, что завтра ей понравится.

— Райан. Блядь, вот так.

Её киска сжимается вокруг моего члена, пока оргазм прокатывается сквозь неё. Ее ноги напряжены по обе стороны от меня, и я держу её на месте, когда она пытается бороться с этим. Я не перестаю тереть её клитор, когда она кричит моё имя, и волна удовольствия бьет её сильно и быстро.

Мой член пульсирует внутри неё, и я освобождаюсь, давая ей именно то, что она искала сегодня вечером. Она хотела, чтобы я пометил ее и сделал своей, как бы она ни пыталась это отрицать.

Когда мы оба кончаем и восстанавливаем дыхание, я прижимаю лоб к её и улыбаюсь.

— Думаю, сегодня мы упустили столик на ужин?

Она смотрит на меня и злобно улыбается.

— Думаю, тебе придется дать мне что-нибудь ещё поесть.

Я подбираю её и несу в бассейн, целую её шею и грудь. Она моя сильная, нахальная женщина, но она тает в лужицу расплавленного сахара каждый раз, когда я её держу. Позже, когда мы, наконец, выйдем из бассейна, и я покормлю её, мы займемся медленной, сладкой любовью. Она обещает никогда больше не нырять без меня, но мы оба знаем, что это ложь.

И мы оба не против. 

КОГДА РАЙАН ВСТРЕТИЛ ПЕЙДЖ…

Бонусный материал

Райан

Я провожу руками через мои короткие волосы, захватывая в кулак и немного вытягивая их. Я пытаюсь держать себя под контролем. Я ждал этого момента, как будто вечность. Блядь, может быть, всю мою жизнь. Прошло несколько недель с тех пор, как я впервые увидел её фотографию, несколько недель до того, как я наконец-то смог её выследить. И несколько дней с тех пор, как она поговорила с Майлзом, согласившись взять на себя работу по присмотру за Мэллори.

Я не знаю, должен ли я гордиться собой за то, что придумал план, как она будет прикрывать Мэллори, или злиться. Она будет вдали от от отца, больше не будет прыгать из приюта в приют. Её бы поместили куда-нибудь, где она могла бы безопасно расти, но так далеко от меня. Вне пределов моей досягаемости.

Думая о приютах, я сжимаю челюсть. В первую ночь, когда я наконец нашел её, она вошла в один из них. Толстовка была натянута на голову, скрывая все эти каштановые волосы. Её рюкзак был прижат к ней, держа всё, что у неё было. Она выглядела такой юной, но держалась с силой. Какой-то маленький панк попытался схватить её, и она ударила его прямо в рот. Я улыбнулся этому огоньку. Это было ничто по сравнению с тем, что я сделал с маленьким панком после того, как она исчезла внутри. Можно было с уверенностью сказать, что он больше не будет с ней связываться. Нет, никто бы не стал. Её собирались отправить в безопасное место подальше от грязи Майлза, а я собирался проползти сквозь неё.