Лис Удача

Исаев Глеб Егорович

– Ну а коль возьмут меня в спрос, тоже не хорошо. На дыбе, поди, самые упертые криком кричат, ну так и я не из железа, признаюсь. Вот и выходит, одно тебе остается - все сделать, чтобы покой мой сберечь. Ну, не много я тебе за такое знание платить стану?

Тимофей тяжело вздохнул и стер выступившие капли пота: - Не много, батюшка. В самый раз. И службу свою теперь понял. Знать, чему быть, не миновать, - он перекрестился.
– Истинно в Малороссии сказывают: " Панам драться, а чубам холопьим трещать".

Александр глянул

на будущего начальника службы безопасности: - Честно скажу, есть за мной грехи, да кто без того, но на императрицу нашу я вовсе никакого зла не мыслю, а прочее, то, скорее, по другому ведомству. А я, супротив некоторых бояр, дитя невиновное. А вот за службу честную, не в пример другим, плачу честно. Еще одно. В подмогу тебе, сколько нужно людей позволю взять, и самому над ними стоять. Сколь платить, казнить, миловать - в твоей власти будет. Составь только потребный список, да обоснуй. Ну а что до прочего, не бойся. Бумаг тех, считай, нет более. Никому не сыскать.

– Рад бы верить, - Тимофей глянул испытующе, - да жизнь ведь научила. Никому нельзя.

– Никому нельзя, - согласился Лис. И добавил: - Мне - можно, - хмыкнул, подивившись совпадению.
– Это не я сказал, но тоже хитрый.

– Значит, решено, - он вспомнил об исчезновении Андрейки.
– Вот и задание тебе будет. Есть у меня служивый. Сказать холоп не возьмусь. Вольный. За товарища мне даже. Только вот пропал сегодня.

– Тот малец, что возле вашего сиятельства поутру был?
– деловито уточнил сыскной.
– Андрейка?

– Даже так?
– удивился Лис.
– И имя знаешь?

– Служба такая, - слабо шевельнул уголком тонких губ Мохов.
– Много чего на слуху. Исчез сразу, как, простите за слова, ваше сиятельство в канцелярию свезли?

– Ну примерно.

– А не сбег? Деньги, там, вещицы ценные все на месте?

Самое важное, что он мог забрать, на месте, - вынужденно признался Александр и заметил, как взгляд Тимохин скользнул к ящику стола.

– Да, - ответил на немой вопрос князь.
– Подстраховаться я хотел, приказал пареньку завтра, коли все не так пойдет, бумагу ту в одно место снести. Только он, да я о нем знаем. Видно, решил глянуть заранее. Я с ним много чего хлебнул, привязался, проверял его не раз. Честен был.

– Одно дело честным на спросе быть, другое, когда самого на дыбу поведут, - в сомнении произнес Мохов.
– Так мыслю, ежели б Трифонов донос ход получил, его, первое дело, в доводчики кликнули. Мог и того напужаться. А как "это" увидал и вовсе перетрухал. Вот и сбег.

– Да он и грамоту-то едва разумеет, - защитил товарища Александр.
– А ежели бы сбежал, то хоть что-то с собой прихватил. Непохоже.

– Мое дело - каждый шажок отследить, - не стал соглашаться Тимофей.
– Потому как ничего невозможного в сем мире нет.

– Смотри, спрашивай, короче, делай, как знаешь, понадобятся средства, скажи. Денег дам.

Когда новый помощник раскланялся

и ушел, Александр вновь уселся возле камина и задумался. "Верно ли поступил он, доверив тайну этому, по сути, чужому человеку. Да ведь и все свое будущее в его руки отдаю, - сообразил он.
– А ну как тот сейчас в тайную канцелярию со всех ног бежит, с доносом?"

"Не должен, - пришел к выводу Лис, еще раз припомнив все перипетии беседы.
– Письмо опасно для всех. И для самого хранителя и для доносчика. Это аксиома. А Тимоха на дурака никак не похож. Будем считать, вербовка прошла удачно. А человечек интересный, - вновь удивился Александр.
– Ох, и непросто все тогда было, ничуть не просто".

Возвращения Андрейки ожидал почти до самой полуночи. Выходил на высокое крыльцо, пару раз прошелся по двору, внимательно прислушиваясь к ночной тишине.

Увы, раздались пару раз в ночи короткие крики, но вовсе далеко, да и быстро стихли.

"Утро вечера мудренее", - решил новоявленный кавалер ордена и камергер, направляясь в спальную.

Негромкий стук у камина разбудил поздно заснувшего Лиса. Приподнял голову, укоризненно глянув на ставшего причиной раннего пробуждения слугу. Замерший в испуге разжигатель камина, выронивший полено, боялся шевельнуться.

– Продолжай, - не стал грузить прислугу князь. Сам приказал, чтобы всегда горел, так, что он и не виноват. Да и вставать нужно. День впереди длинный. В три движения натянул теплый халат и махнул работнику, предлагая быстрее закончить растопку: - Давай, милок, шевелись, а то померзнем.

Дверь скрипнула, и в спальню заглянул Игнат.
– Ваше сиятельство, вчерашний опять пришел, - сообщил он.

– Пришел и пришел, Тимофей теперь помощником моим будет. Ты не мрачней, твоей вотчины не касается.

– Так он к вам просится, - огорченно отозвался управляющий.
– Чую, не с добром. Уж больно серьезен.

– Вот как? Зови, - не стал оттягивать Лис.

– Простите, Ваше Сиятельство, однако новости важности первостепенной, - с поклоном заговорил Мохов.
– Узнал я все про слугу, только вот, вести недобрые.

– Да не тяни, рассказывай, - уже предчувствуя нечто, опустился князь в кресло.

– Отыскали его, - произнес Тимофей бесстрастно, только вот незадача, побили его вусмерть, одежу сняли, да в канаву бросили.

Александр медленно поднялся из ставшего враз неудобным и жестким кресла.

– Лихие, аль кто другой?
– с намеком уточнил князь жестко.

– Кто поименно, людишки не знают, но, по всему, ухватки разбойные. И по другим признакам так выходит. И еще одно, сказано было, мол, не наши то были. Из Москвы ватага. Они здесь хабар не сдают, боятся, людишки тутошние на них зуб давно точат.

– Найти сумеешь?
– Александр словно наяву увидел простоватое лицо приятеля.
– Найти нужно, - добавил он.
– Денег не жалеть. Отыскать непременно.