Лимонные Сады
Шрифт:
– Что успела нарисовать? – он было заглянул к ней в альбом, но девочка, резко захлопнув страницы, отложила рисунки в сторону.
– Мы уезжаем… Скоро я увижу папа…
Она дотронулась до его руки. Казалось, Симон не мог до конца осознать всю серьёзность её слов. Заметив тревогу в глазах Аннет, он спросил:
– Но вы же все скоро вернетесь? Вместе с дядей Раулем?
Аннет остановила взгляд на соседнем дереве, еле слышно закончив свои догадки:
– Я думаю, мы уезжаем навсегда.
– Но как же
Идущий по аллее в их сторону садовник-монах, заметив детей, воркующих в тени, поднял грабли вверх и погрозил в их сторону. На своем веку он нехотя стал свидетелем романтических мгновений, происходящих в тени деревьев лимонных садов.
Дети мгновенно поднялись и побежали в сторону дома Аннет.
– Ой, мой альбом, я его забыла! – спохватилась Аннет.
– Нет, нет… он у меня, – успокоил её Симон.
Добежав до каменной ограды поместья, они наконец-то обнялись. В последнее время нежные чувства Симона переросли в физическое влечение, которое с каждым днём выходило за пределы мечтаний в его всё ещё детских фантазиях.
Присев на камни, они наблюдали, как сундуки и мешки закладывались в повозку.
– Значит, это правда. Вы уезжаете, – Симон спрятал под себя альбом, надеясь, что Аннет позабудет о рисунках.
– Сегодня ночью, – прошептала она. – Маман сказала, что это секрет, но я не удержалась. Пора прощаться… Я напишу тебе, Симон.
Какое-то время они молча сидели на ограде, камни которой были заложены более 1000 лет назад христианскими ремесленниками. Теперь же их потомки наспех паковали вещи и покидали родные земли необратимо рассыпающейся на осколки Османской империи.
Симон снял с себя крестик, который он скрупулёзно делал несколько недель не без помощи учителя ремесла. Надев свою работу на шею Аннет, он прощался:
– Это тебе. Я всегда буду рядом с тобой.
Он долго смотрел Аннет вслед. Девочка так и не обернулась. У неё был отцовский характер, и она смотрела только вперёд в будущее, из которого будут доноситься шёпот и стоны человеческих трагедий народов Анатолии и Месопотамии.
Отступление 1
Igdir Boarding 14.45 / 4th of June 2021
Я захожу на борт самолёта. Пункт назначения Идыр – граница Армении, Азербайджана, Ирана и Турции.
Мой муж рядом. Ему не особо интересно всё это. Из праздного любопытства и страха потерять меня он летит со мной.
Мы находим наши места и пристёгиваем ремни. На борту много детей, и все они почему-то плачут навзрыд, произнося лишь два слова: «Мама, папа!»
Родители тщетно пытаются их успокоить, но дети безустанно рыдают.
Нам кажется это странным, но мы уже летим. Курс взят на Арарат.
На борту нет ни одного свободного
Рядом с нами сидит средних лет женщина в разноцветном платке. Она молчалива и сдержанна на эмоции.
Прошло чуть больше часа. Время бежит под детские слезы.
Вдруг я вспоминаю книгу «Империя ангелов» и, поворачиваясь к мужу, говорю о фрагментах тел и частях предметов, которые застревают в ветках деревьев при крушении авиалайнеров.
Мне становится страшно от своих слов. Муж рассказывает сюжет документальных хроник, похожих на события в книге французского писателя.
Мне тяжело дышать, и я не могу отпустить эти мысли. Детский плач переходит в крик.
Внезапно самолёт затрясло, потом резко наклонило влево… затем вправо. Визг и крики на борту сопровождались потрескиванием пластика и дребезжанием металла. И так ещё пару раз.
Все держатся за передние кресла. Мой муж старается нас успокоить. Потом он просто берёт мою руку и молчит.
Мы падаем. Самолет носом наклонён к земле, и скорость свободного падения высока.
Где-то на низкой высоте пилот справляется с управлением и выпрямляет его курс.
Мы снова набираем высоту!
До конца полета я сжимаю икону, которая у меня всегда с собой. Я прошу архангелов Михаила и Габриэля сопровождать нас до самого приземления.
Через десять минут мы заходим на жёсткую посадку.
Ура! Мы – в аэропорту Идыра! И вот он: Арарат!
Мечты, реалии, воображение и наше падение в облаках встряхнули моё сознание…
Мы садимся в арендованный автомобиль и первым делом едем в город на обед. Безумно хочется есть и праздновать жизнь! По моим щекам катятся слёзы…
Хлеб наш насущный дай нам на сей деньИ прости нам долги наши…Как и мы прощаем должникам нашим…И не введи нас в искушение… но избавь нас от лукавого. Аминь.2
Симон какое-то время думал, как бы сбежать и тайком спрятаться в повозку. Каменная ограда монастыря, находясь на своём месте, подсказала ему ответ.
Мысли об отце и братьях развернули его обратно к дому.
Открыв дверь, Симон заметил отца в дальней библиотеке.
Вардан, перелистывая какие-то тексты, развернул несколько карт. Полки книг были аккуратно убраны, и манускрипты располагались в алфавитном порядке строго по тематике.
Наблюдая за отцом издалека, Симон видел, как тот рассматривает карту Османской империи, сравнивая пункты и делая заметки на карте царства Урарту. Он жестом указал на стол, и Симон послушно проследовал внутрь просторной комнаты.