Лимонные Сады
Шрифт:
…И сразу оказываешься в начале пустого огромного поля. В нем ещё лежат останки тысячи церквей и башен. Их не успели растащить и по каким-то причинам оставили в покое.
Внутренний голос мне говорит,
«Зачем разрушать великую архитектуру и позволять разграбить этот город?»
Я мгновенно вспоминаю события 1917 года в России. Там так же использовали динамит, грабили и издевались над культурой и людскими судьбами.
Я приближаюсь к самому краю пропасти. Мобильный оператор отправляет сообщение: «Добро пожаловать в Армению».
Внутри скал я вижу пещеры и кельи. Здесь раньше должен был быть мост, соединяющий жилую и культурную части города.
Я захожу в одну из церквей. Дверей здесь уже давно нет, и в проходе невыносимо темно. Мне страшно перед тем, что я могу увидеть внутри. На фрески и иконы тяжело смотреть. Над ними издевались…
Я подхожу к половинному изображению матери Христа. Здесь я трогаю часть забытой цивилизации…
Я иду через сугробы. Мне кажется, что под ними лежат сотни жизней и смерть летает у каждого отдельного камня.
Я дохожу до церкви, построенной Тиграном
Кто-то захотел, чтобы я всё это увидела, или моё подсознание привело меня сюда. То, что вы читаете, уже где-то написано, и я лишь в который раз повторяю: Ани… Февраль 2020.
На выходе мой муж покупает в подарок мне зеркальце с изображением нетронутых церквей и крепости.
4
Солнце зашло за горизонт.
Выехав за монастырскую ограду, Карин оглянулась.
Ей вспомнилось детство, когда они приехали в эти места из Араратской долины.
Всё здесь ей казалось прекрасным: тихие лимонные сады, школа в тени деревьев и её первая любовь к Вардану.
Потом она часто спрашивала себя, можно ли любить одновременно двоих… Делая выбор между Раулем и Варданом, ей казалось, что он в глубине души от неё отказался.
Спустя 13 лет она наблюдала за его тенью. Он шёл в её сторону.
«Не время прощаться, иначе мы здесь останемся».
– Маман, – послышался голос Аннет, – нас ждут в Константинополе! Поехали же!
Конец ознакомительного фрагмента.