Лиловый
Шрифт:
События развивались стремительно. Когда остановился сталелитейный завод, погасив свои печи, Тегаллиано забил тревогу: забастовка приносила все больше убытков. Он лично приехал в кварталы бездушных, оставив заботы во дворце, и был встречен значительной и сердитой делегацией.
Старый закованный, бывший во главе делегации, перечислил Тегаллиано требования бастующих; тот выслушал с холодным лицом и ответил во всеуслышание:
– - Ваши требования необоснованны. Вы можете бастовать, сколько угодно; рано или поздно вам станет нечего есть, и вы все равно вернетесь на работу. Имейте в виду:
Несколько обескураженные, некоторые из рабочих собрались потом в пивной и спорили до глубокой ночи. Хладнокровие Тегаллиано напугало их, и кому-то уже стало казаться, что забастовка и вправду бессмысленна.
В этот момент в ту самую пивную явился загадочный человек в плаще, капюшон которого был накинут на голову. Он не прошел вглубь помещения, оставшись стоять возле самой двери, и сперва негромко произнес:
– - Сдаются только трусы.
На слова его обернулись находившиеся к нему ближе всего, привлекли внимание тех, кто не расслышал первой его фразы.
– - Люди рискуют ради вас собственной жизнью, -- продолжал незнакомец, лица которого было не разглядеть.
– - Я был осужден на вечную ссылку, а теперь, вернувшись, обрек себя на смерть. Что вас останавливает? Взгляд Тегаллиано испугал вас? Ведь он один, а вас -- миллион. Вы начали правое дело, товарищи! Вот увидите, скоро к вам присоединятся другие, и тогда они ничего не смогут вам противопоставить, им придется принять ваши условия. И даже если нет... разве свобода не стоит того, чтобы за нее драться?!
С запозданием до присутствовавших доходило, кто этот странный человек; но прежде, чем они успели сообразить, он выскользнул обратно в дверь и скрылся без следа.
Наутро Тегаллиано доложили, что забастовка продолжается.
***
В холле царил багровый сумрак: включено было лишь аварийное освещение. Хотя бы в очередной раз пропавшую связь между Кэрнаном и станцией удалось восстановить; сейчас техники трудились над отказавшими генераторами электричества, и по-прежнему оставался риск того, что откажет панель управления термоядерного реактора.
Помимо двоих связистов, в помещении находились только капитаны и профессор Квинн. Синдрилл нервничал и без конца ходил туда и обратно, то и дело принимаясь ломать пальцы, Касвелин лучше держал себя в руках и сидел в кресле напротив профессора.
Профессору было плохо; за прошедшие два часа он опять терял сознание, к счастью, ненадолго, и теперь даже в темноте было заметно, насколько бледно его круглое лицо. Прибывшие на одном из грузовых кораблей с Кэрнана медики хмурились и говорили, что положение профессора близко к критическому, и если так будет продолжаться, не исключено, что придется провести операцию по удалению биокарты.
Для профессора это значило чересчур многое. Лишившись биокарты, он утратит добрых две трети всех своих познаний и станет инвалидом; хотя головные боли иногда становились настолько сильными, что он падал в обморок и еще несколько раз испытывал нечто вроде временной потери памяти, профессор принял твердое решение и поставил медиков в известность.
Ни в коем случае, даже если он будет находиться при смерти, не удалять биокарту. Он предпочтет смерть,
Может быть, и поэтому тоже в последнее время профессор Квинн почти постоянно находился в центральном холле, вместе с капитанами, следя за всеми событиями в Кеттерле и на станции.
Новости были неутешительные. Две смерти на Кэрнане; один человек погиб здесь. Проведено уже несколько десятков операций по удалению биокарты... все эти люди отныне будут инвалидами, не в состоянии заниматься своей прежней деятельностью. Все бы ничего, в сравнении с количеством жителей на планете это капли в море, но Лекс дает неблагоприятный прогноз: число пострадавших увеличивается в геометрической прогрессии.
...И Лекс, у которого всего несколько часов назад произошел крупный сбой в вычислительной части.
– - Связь установлена, -- без выражения произнес один из программистов. В динамиках послышались какие-то тихие щелчки; наконец в холле зазвучал ровный голос Лекса.
– - Ожидаю данных.
– - Все по-прежнему, -- превозмогая боль, сказал профессор Квинн. Лоб его покрылся испариной; он кое-как вытер ее салфеткой. Рука чуть заметно дрожала.
– - Космические корабли Анвина патрулируют орбиту, к станции не приближаются. Техническая информация передана...
– - Принято. Текущая информация по положению в системе Кеттерле: на данный момент девять погибших, проведено восемьдесят три операции по удалению биокарты, госпитализировано два миллиона триста четырнадцать тысяч девятнадцать человек. В результате сбоя в работе терминала космопорта Митанния на Эйреане произошло столкновение между двумя пассажирскими лайнерами, все находившиеся на борту погибли, это составляет пятьсот сорок два человека. Причина сбоя не установлена, предполагается возможное влияние с Анвина. Научный совет рассматривает гипотетические решения конфликтной ситуации. Среди предложенных вариантов осуществимым и действенным считается только один: высадка десанта на поверхность планеты и физическое уничтожение не менее, чем восьмидесяти процентов населения. Не рекомендовано к исполнению.
Лекс замолчал; присутствовавшие обменивались взглядами. Капитаны хмурились, на лицах связистов была тревога, и лишь профессор Квинн по-прежнему полулежал в кресле, прикрыв глаза, и тяжело, с хрипом дышал. Никогда еще, кажется, он не выглядел таким старым, как теперь; в сумраке, к тому же, его светлые волосы казались совсем седыми.
– - Этому варианту придется подождать, -- наконец сказал профессор.
– - Мы должны найти что-то еще. Отправить людей на планету. Необходимо повлиять на анвинитов... сменить каким-то образом фокус их ненависти.
– - Задача невыполнима для людей, имеющих биокарту. На данный момент в системе Кеттерле присутствуют только люди с удаленной биокартой, по состоянию здоровья не способные выполнять даже повседневные задачи.
– - Невыполнима, но это не стопроцентная вероятность...
– - возразил профессор Квинн.
– - Несколько разведчиков на станции готовы попробовать. Среди персонала возникли разногласия... капитан Касвелин и капитан Синдрилл выступают против такого решения.
– - Каково ваше мнение, профессор Квинн?
– - спросил Лекс.