Лиловый
Шрифт:
– - Невеликие, -- произнес он.
– - Нам предстоит каким-то образом выбраться из города, а это становится почти невыполнимой задачей, если Фальер действительно знает, что мы предпримем.
– - Он сказал, -- Морвейн кивнул в сторону спящего руосца, -- что Фальер может лишь отчасти влиять на грядущие события. Возможно, это дает нам шанс.
Тео, переводивший взгляд с одного на другого, спросил:
– - Погодите, а что он тут делает? Что...
– - Он пытается использовать собственный талант, -- пояснили ему.
Поначалу все они
– - Он все равно будет спать не меньше десяти часов, нет смысла караулить его.
И понемногу они разошлись. Рядом с Леарзой остался один Финн, который уселся в кресле с равнодушным видом. Таггарт увел с собой Нину, Теодато жестом пригласил Бела в кабинет, Гавин увязался за ними; Тео глядел сурово, но в кабинете его маска дала трещину, и он с горящими глазами попросил их научить его пользоваться планшетом.
Профессор Квинн и капитан Касвелин закрылись в одной из пустующих комнат и сели за стол. На столе разложены были инструменты. Касвелин начинал нервничать все сильней, а особенно после того, как Теодато рассказал им о листовках и последних решениях Фальера. По совету Леарзы сигнал был настроен на переменную частоту; тем не менее без помех связываться со станцией не удавалось. И теперь капитан Синдрилл вышел на связь только через полчаса, когда занервничал даже профессор, и его усталый голос сквозь треск и шипение сообщил:
– - Дела у нас плохи, господа... на станции творится что-то неладное, два часа назад отказали все генераторы воздуха, мы едва успели починить их, прежде чем остались без кислорода, теперь вот чиним терминал реактора. Если что-то случится с самим реактором, мы мертвецы. С Кэрнана прислали запасной линейный двигатель, но, я боюсь, это только временное решение.
– - Держитесь, -- ответил ему Касвелин.
– - Сейчас на вас направлен весь гнев этого народа. Дальше будет только хуже, Кинан, поэтому готовьтесь. Данные переданы Лексу?
– - Да, Лекс рекомендовал переменить месторасположение станции, но это не очень помогает, кажется. Что у вас?..
Касвелин вкратце пересказал события минувших часов; профессор в это время хмурил брови, глядя в какую-то одному ему видимую точку.
– - Да, положение у вас нелегкое, -- заметил Синдрилл, выслушав новости.
– - Лекс уже оценивает ситуацию как вышедшую из-под контроля и опасную, а когда у него будет и эта информация... предвидение Фальера многое меняет, и не в лучшую сторону. Сообщите, когда будете покидать город, мы отправим шаттл.
– - Боюсь, это слишком простое решение, -- вдруг вмешался Квинн.
– - Кинан, пожалуйста, не дожидайтесь сигнала от нас, отправьте несколько автопилотируемых шаттлов в окрестности города, но не вплотную, а на безопасное расстояние.
– - ...Все настолько плохо, профессор?
– - Мы еще не успели осознать, насколько плохо, -- вздохнул толстяк.
– - Подождите вестей с Кэрнана; подозреваю, только Лекс сейчас знает всю опасность ситуации.
– - ...Мы уже заметили, -- отозвался Синдрилл, помешкав.
– - Нет, вы еще не понимаете. Станция начала страдать первой, потому что на Анвине узнали о ней в первую очередь. Но это не все. Я боюсь, что для такой сложной психической силы преград вроде расстояния не существует, -- тяжело сказал Квинн.
– - И мои подозрения только подтверждают их таланты вроде телепортации... в текущих условиях пострадать может сама наша планета, Кинан. Главным образом Кэрнан, но и колонии подвержены риску...
– - О чем вы говорите, профессор, -- опешил Касвелин; Синдрилл, очевидно, тоже был поражен этими словами и молчал.
– - Мы неправильно оценили положение на Анвине, -- пояснил Квинн.
– - Все эти годы их массовое бессознательное было не рассеяно, а просто направлено в неведомое; в космос, они не знали о нашем существовании, не представляли себе, как именно мы выглядим. Теперь у них в руках есть вся необходимая информация, даже изображения Кэрнана и Эйреана. Я, по правде говоря, не уверен, что делать дальше. Если мои опасения подтвердятся... возможно, единственным способом спастись станет война.
Капитаны молчали.
– - Время покажет, -- наконец раздался глухой далекий голос Синдрилла.
– - Я исполню ваше поручение, профессор. До связи.
***
Чернота обволакивала его.
Черное небо, исполненное сияния звезд; звезды были самые разные: некоторые светили оглушительно ярко, ослепляя, другие еле заметно мерцали в глубине. Он медленно двигался между ними, и пальцы нашаривали тонкие нити, соединяющие звезды между собой. Каждая звезда -- отдельное человеческое решение. Эта паутина решений обволакивает жесткую кристаллическую структуру бытия, мягко окутывает собою острые выступы случайностей, впитывает в себя физические законы вселенной. Стоит иногда изменить одно-единственное решение, и узор изменится... звезда гаснет, появляется другая.
Он искал.
Огромная красная звезда мешала ему, она пульсировала все быстрей и быстрей, затмевая менее яркие своим свечением, она вызывала у него тревогу. Он нашел то, что интересовало его, но на этом не остановился. Он беспокоился. Это заставило его пойти дальше.
Вглубь.
Звезды растворились в чернилах; диковинные видения проплывали перед его взором, все из них имели какой-то внутренний смысл, но этот смысл обычно был сокрыт от него. Еще глубже, и еще... на самое дно.
Там уже не звезды; там люди плавали в вечном сне, нагие, застывшие, и чудовищные насекомые глодали их, медленно перебирая мохнатыми лапами. Он никогда точно не знал, что это означает; возможно, это были человеческие страхи и желания, заставляющие совершать выбор. О других вариантах даже не хотелось думать.