Лилия
Шрифт:
После того, как Хаджарат Муратович загнал в безвыходное положение, а разговор с ним и морально, и физически опустошил, высосав все силы, настроение Лили наконец улучшилось, испытала эмоциональный подъём. И теперь уверена: Теймур не оставит её, не кинет на растерзание своему отцу и обязательно придумает, как им выкрутиться из этой непростой ситуации. Главное – обхитрить родителя-деспота, обнаглевшего от собственной значимости, власти, вседозволенности и безнаказанности, необходимо поставить его на место и избавиться от довлеющего влияния.
Склонившись к букету, девушка понюхала
– М-м-м, мои любимые, как вкусно пахнут.
Одно удивляет:
«Как ему удалось проникнуть сюда?» – задалась логичным вопросом она. Окно ведь закрыто – не влезть, как это случилось прошлой ночью. Да и прийти тайком в дом он вряд ли рискнул бы, не сегодня уж точно, по крайней мере до тех пор, пока не появится план и не будет найдено решение. – «Если только кто-то помог…» – выводы напрашиваются сами собой. Тогда есть способ поговорить с ним. Есть!
От размышлений её отвлёк стук в дверь.
Поначалу Лиля испуганно вздрогнула и напряглась, но, подумав, всё-таки посчитала нужным проверить, кто же там пришёл, интуитивно чувствуя, что это как-то должно быть связано с Теймуром.
– Вы?..
На пороге стоял Виталий. Меньше всего девушка ожидала увидеть тут семейного водителя.
– Извиняюсь за столь поздний визит, – мужчина замешкался и, воровато оглядевшись по сторонам, как будто преступление совершает, шагнул внутрь комнаты. Затем достал из кармана брюк свёрнутый листок и протянул девушке: – Вот.
– Что это? – она растерялась.
– От Теймура. Прочти и узнаешь, я не смотрел, честно.
– Цветы тоже вы принесли? – уточнила она и забрала письмо.
«Ситуация проясняется».
– Да. Теймур попросил меня передать. Тебя не было в спальне, поэтому записку не стал оставлять здесь, чтобы никто не обнаружил и не доложил хозяину – мало ли... – взглянул со всей серьёзностью. – От себя добавлю, можешь рассчитывать на любую помощь и, если что-то понадобится, смело обращайся, – и ещё готов посодействовать?
«А ведь он когда-то утверждал, будто Хаджарат Муратович хороший порядочный человек, даже завуалированно уговаривал и намекал обратить на него внимание. Что же заставило Виталия изменить своё мнение? Можно ли ему доверять? И не подстава ли это?» – конечно, Лиля не собирается так сходу откровенничать, выспрашивать подробности и тем более проявлять явную заинтересованность.
– Спасибо, – поблагодарила девушка. Не нашлась с другим ответом. Плюс ко всему опасается сказать что-нибудь не то – вдруг потом эти слова дойдут до Хаджарата и, возможно, именно с его подачи водитель пришёл сюда, а к букету и личному посланиюеё мужчинане имеет никакого отношения, по почерку не проверить, она не знает, как он пишет. Обмана хватило уже – научена опытом, и сомнения терзают.
– Ты не бойся, я правда хочу помочь, – поспешил успокоить тот. – Сегодня, когда я отвозил Теймура в отель, мы многое с ним обсудили. Я более-менее в курсе случившегося,
Лиля нахмурилась. Всё кажется странным. Она бы и рада поверить, ведь тогда, наверное, у неё будет возможность видеться с Теймуром, но… Ей страшно, очень страшно за их будущее, а за Беллу волнуется больше всего. Ошибки недопустимы.
– Он так легко поведал вам о возникших проблемах и разногласиях с отцом? Вы же не друзья…
– Почему нет? Я сразу заметил, что у Теймура паршивое самочувствие, спросил, чем могу быть полезен, а потом его прорвало. И услышанного было достаточно, чтобы сделать правильные выводы. Манипулировать ребёнком – низко, подло и недостойно мужчины. Хаджарат Муратович перегнул палку в стремлении заполучить тебя.
– Это далеко не всё, он выдвинул мне встречный ультиматум. Теймуру ничего неизвестно об этом, – всё-таки созналась девушка.
– Чем угрожает? – впрочем, и так понятно. Несложно догадаться и срастить факты.
– Если не выйду за него замуж, то всячески будет мешать сыну, – вытерпеть всё в одиночку ей тяжело и невыносимо, а если приобретёт друга в лице Виталия, то хотя бы с ним можно делиться переживаниями. Стопроцентной уверенности у неё нет ни в чём, но он не производит впечатление плохого человека. Скорее наоборот, по-отечески советует и опекает, а в своём желании помочь – выглядит вполне искренне.
– Вот как… Хаджарат Муратович сильно изменился, ведёт себя не как обычно, никогда таким не был, – мужчина расстроенно покачал головой. – Давай поступим следующим образом: ты запишешь мой номер телефона, будут вопросы – задавай, не стесняйся, пересекаться в открытую нам лучше не стоит, чтобы не вызывать подозрения. Если появятся новости – обязательно сообщу или, если что-то нужно передать Теймуру, то тоже через меня. Хорошо?
Она кивнула. И не забыла сказать кое-что важное:
– Про особые условия его отца пока не надо говорить ему, я сама, – «надеюсь в ближайшее время мы с ним встретимся?» – мысленно загадала Лиля, о бoльшем и не мечтает.
– Обещаю, инициативно вмешиваться не буду, – заверил Виталий, и не мог не спросить: – Новая причёска? – ещё раньше хотел уточнить, как только увидел её с короткими волосами до плеч.
– Решила обрезать, – вдаваться в подробности не стала. Сейчас уже не имеет значения – что сделано, то сделано, назад не вернуть и бессмысленно сокрушаться на эту тему.
– Не жалко было прощаться с такой красотой?
– Нет, – она и правда не сожалеет об этом.
– Ладно, тогда номер запиши, и я пойду.
– Лишь бы вас никто не заметил…
– Я буду осторожен, не беспокойся. Справедливость обязательно восторжествует – по-другому не может быть, – Виталий улыбнулся, чем попытался приободрить и поддержать девушку.
Лиля сохранила в телефоне его контакты. После чего мужчина ушёл.
Закрыв дверь на ключ, она нетерпеливо, с особым волнением и внутренним трепетом, развернула листок, а сомнения сразу отпали. Эти строки написал именно Теймур, ведь никто не знает, как он называет её.