Лилия
Шрифт:
– Мама! – опять воскликнула малышка. Радостно улыбнулась и крепко обняла девушку за шею. Льнёт к ней как ласковый котёнок. И как будто даже сама не ожидала, что тоже может говорить, прям как взрослые.
Только отчего-то они сегодня выглядят необычно и непривычно. Несмотря на возраст, девочка заметила это, правда не поняла почему так. Главное, она совсем не испугалась, когда шум из соседней комнаты разбудил её. Как ни в чём не бывало, встала с кровати и пошла к маме, кем считает Лилю. Теперь ещё и назвала.
Мужчины, наблюдающие за ними, не посмели вмешиваться и нарушать эту идиллию. Более того, внезапное появление Беллы, стало ключевым моментом
Но, в отличие от отца, сын, помимо очевидных вещей, усердно думал, как быть дальше. Ему придётся выполнить обещание, иначе родитель, имеющий связи везде и как законный опекун ребёнка, действительно исполнит угрозы. Отказываться хоть от одной изНИХ, он не собирается. Ввиду этого мысленно прикидывал разные варианты событий, складывая их подобно фигуркам в игре «тетрис», вычёркивая неудачные и оставляя те, что могут сработать.
– Маленькая моя, – девушка уже не стесняется при всех ласково обращаться к малышке. – Пойдём в туалет, а то описаешься, – она подхватила девочку на руки и направилась в детскую комнату.
Когда Лиля с Беллой скрылись за дверью, Теймур посмотрел на отца и сказал:
– Я презираю тебя. Ты чудовище. Ради себя любимого готов ломать чужие жизни, используя шантаж, а будешь ли счастлив сам – сомневаюсь. Принцип бумеранга никто не отменял. Каждый в итоге получит по заслугам…
А через час он уехал.
Весь день потом девушка игнорировала Хаджарата Муратовича. Во всяком случае, пыталась… но…
Тот, как назло, постоянно ошивался где-то рядом – повсюду ходил за ней попятам, как привязанный. Преследовал, почти не оставляя без присмотра и контроля, лишь изредка отлучался, давая немного времени на передышку. И пусть не лез с разговорами, да и вообще ни о чём не спрашивал, не приставал, не донимал и не навязывался, Лиля всё равно напрягалась и дёргалась от каждого подозрительного звука, в любой момент ожидая подвоха. Общество этого мужчины, как и прожигающий насквозь взгляд – тяготили и нервировали ещё больше. Ведь молчанием и негласным присутствием он вдвойне раздражал – тем самым изводил её, что было сравнимо с завуалированными методами психологического давления.
Конечно, девушка старалась не замечать его, переключившись на Беллу и уделяя ей максимум внимания. Делала вид, будто они с малышкой находились одни и никто им не мешал. Ненадолго это помогло отвлечься. Хотя совсем уж не реагировать и полностью абстрагироваться не получалось – она с трудом терпела Хаджарата Муратовича. Когда случайно пересекалась с ним глазами и видела, как он смотрел на неё – плотоядно, жадно, с вожделением, внутри всё переворачивалось и сжималось в тугой узел, вызывая отвращение, животный страх, отчаяние и ядовитую панику. Ну а главное – ощущение чего-то неизбежного…
Неизвестность пугала в разы сильнее.
Лиля интуитивно чувствовала – грядут серьёзные перемены, и, к сожалению, понимала – теперь её очередь отвечать за безразличие и отказ. Произошедшее утром – только начало и явно далеко не всё из задуманного отцом Теймура. Определённо точно Хаджарат вынашивал изощрённый план мести, желая добиться поставленных целей, и своим поведением как бы плавно подталкивал, готовил к чему-то...
А к чему? – как знать.
Девушка даже примерно не представляла и не догадывалась, на какие поступки он способен. Таких людей – беспринципных, прогнивших душой
Сейчас она в полной мере осознала, как ошибалась в Хаджарате Муратовиче, и как обманчива бывает внешность порой, мнение о нём сложилось на всех уровнях ощущений. «Волк в овечьей шкуре» – очень подходящая ему характеристика. Правильно сказал Теймур: «мой отец никогда и ничего просто так не делает».
Но, вот в чём парадокс, он вроде действует в интересах внучки, волнуясь о будущем девочки, а в противовес этому – цинично рушит чужие судьбы, заботясь исключительно о собственном комфорте. Как если бы страдал раздвоением личности (может так и есть?). Один – умеет любить и жертвовать собой, второй – жестокий бездушный монстр, лелеющий своё эго. Впрочем, какими бы благими намерениями мужчина не прикрывался бы, факт остаётся фактом – поступки всегда говорят о человеке гораздо больше чем слова. Сначала заманил Лилю под предлогом работы, а потом собирался оградить от всего и лишить привычной жизни. И пусть девушка не пленница в этом доме, насильно никто не держит, не ограничивает в передвижениях и правах, хотя, так или иначе, несвобода медленно и верно подступает со всех сторон… и душит…
Поэтому, она с ужасом ждала приближения ночи, наблюдая как на улице постепенно темнеет, словно настало «то самое» отчётное время.
Белла давно уснула… Но девушка боялась покинуть детскую комнату, ей казалось, тогда и настигнет неминуемая расплата, стоит лишь шагнуть за порог и встретиться лицом к лицу с мучителем. Накручивала себя домыслами и мнительностью, а слабые попытки успокоиться никак не помогали. Реальность такова, что и заступиться некому. Они с Теймуром даже не попрощались. Когда он уходил, из окна провожала его грустным взглядом, понимая обречённость своего положения здесь. Без него не справится… без него всё теряет смысл…
И опасения сбылись… Хаджарат всё-таки подловил её, когда она набралась смелости и вышла из спальни.
Мужчина резко и довольно грубо схватил Лилю за локоть, обращаясь к ней в приказном тоне:
– Иди за мной, – он поджидал девушку под дверью, шансов уйти незамеченной у неё не было.
– Зачем? – страх отчётливо отразился в глазах.
– За мной, я сказал…
Глава 34
– Вы. Делаете. Мне. Больно… – разделяя каждое слово, произнесла Лиля. Попыталась вырваться из тугого хвата, да не тут-то было.
Хаджарат сильнее сдавил пальцами её локоть, а потом и вовсе вывернул руку за спину, склонился к ней ближе и, оскалившись, с издёвкой сказал:
– Тогда не дёргайся, – сквозь сомкнутые зубы раздражённо прошипел. Но всё-таки отпустил. – Пойдём. За мной! Быстро! – гордой важной походкой он направился по коридору вперёд, даже не сомневаясь в том, что она покорно проследует за ним, выполнив приказ (именно в таком контексте).
Теперь только так – станет послушной, ласковой, нежной девочкой. Его девочкой! Отказываться от неё и в мыслях нет, а все фразы насчёт того, чтобы девушка уехала отсюда, оскорбления в её адрес и прочее – были сгоряча, и не более чем маска притворства. Хотел добиться одного: лишь бы Лиля оказалась в безвыходном положении – и у него получилось. Обернул ситуацию в свою сторону и, в целом, всё складывается вполне удачно – доволен собой до невозможности.