Ликвидаторы

Волков Александр Мелентьевич

Наталья. Почему ты так думаешь?

Скуляев. Я вижу.

Наталья. А я нет.

Скуляев. Посмотри и увидишь.

Наталья. Я уже смотрела.

Скуляев. И что?

Наталья. Ничего. Ты слишком категоричен.

Скуляев. Но у меня есть основания.

Наталья. Какие?

Скуляев. Я предлагал ему работу. Два раза.

Наталья. Первый раз слышу.

Скуляев. Я молчал.

Наталья. Почему?

Скуляев. Ты бы захотела его увидеть, но тогда, в твоем состоянии, это было ни к чему. Это было просто

опасно.

Наталья. Оба раза?

Скуляев. Да. Первый раз я предложил ему написать статью о старых домах в зеленой зоне. О том, что они вот-вот рухнут.

Наталья. Зачем?

Скуляев. Заказ фирмы. Чтобы жильцы не слишком упирались, когда им предложат выселиться...

Наталья. Куда?

Скуляев. В отдельные квартиры. Он должен был написать, что фирма дает им прекрасный шанс. Другого не будет.

Наталья. Он написал?

Скуляев. Да. Восемь страниц вместо трех.

Наталья. Можно было сократить.

Скуляев. Не в этом дело.

Наталья. А в чем?

Скуляев. Мысль. Идея. Вы, прожившие здесь лучшие годы, поднявшие этот город из руин, - лишние. Здесь воздвигнут элитные хутора. Чтобы жить как за каменной стеной. Когда камеры для боссов сицилийской мафии пустуют, их сдают туристам как номера "люкс". Догоним и перегоним Сицилию!

Наталья. Интересная мысль.

Скуляев. Главное: перспектива! Никаких новых СИЗО! Готовая тюрьма! Только охрану сменить. Те не впускали - эти не выпустят. Стволы на сто восемьдесят градусов развернут: шаг вправо, шаг влево - побег, стреляют без предупреждения.

Наталья (оборачивается к Шахову). Так?

Шахов смеется. Голова его скрывается в табачном дыму.

Скуляев. Вот видишь: ему смешно. А меня уволили. Пинком под зад.

Наталья. Я не помню.

Скуляев. Я не говорил. Не хотел расстраивать. Мечтал строить коттеджи. Возрождать северный модерн. Двадцать девять пород гранита. Как янтарь. Мозаика. Каменная живопись. А вместо этого пинок под зад. Шеф вызвал, ткнул газетой в лицо: твоя работа? Твой человек писал? И все. Недолго музыка играла.

Наталья. Сам виноват. Надо было заранее прочесть.

Скуляев. Не успел. Мотался по карьерам. Смотрел гранит. К вечеру язык на плечо. Понадеялся на старого друга. Убереги меня бог от друзей, а от врагов я сам уберегусь.

Достает из кобуры под мышкой револьвер, крутит его на пальце, перебирает патроны в барабане, вновь убирает в кобуру. Шахов сильно затягивается и выпускает длинную струю дыма.

Шахов (невозмутимо). Я хотел привлечь внимание.

Скуляев. К чему?

Шахов. К проблеме. К людям. К фирме.

Скуляев. А вышел скандал.

Шахов. Скандал - лучшая реклама.

Скуляев. Мы заказывали не это.

Шахов. На это у вас бы ума не хватило.

Скуляев (Наталье). Ты слышишь?..

Наталья (бесстрастно). Не глухая.

Скуляев (вскакивает с места, возмущенно).

Проблема!.. Люди!.. Фирма!.. Вранье!.. Пишет лишь о себе, о том, какой он умный и талантливый!.. Вот и сейчас: мы бьемся, разве что не танцуем вокруг него, пытаемся понять, помочь, быть может, даже спасти, а ему хоть бы что!.. Тарелку подобрал на помойке и думает, что ему этого до конца жизни хватит.

Садится, складывает руки на груди, отворачивается.

Шахов (невозмутимо). Я ее не продам.

Скуляев. Это еще почему?

Шахов. Смотрят не на то, что принесли, а на то, кто принес. Мне никто не поверит.

Наталья. В музее поверят. Там свои люди. Я могу позвонить.

Шахов. Хорошо. Я об этом подумаю.

Скуляев (грубовато). А что тут думать?.. У тебя разве есть варианты?..

Шахов. Что ты знаешь о моей жизни?.. Думаешь, я один такой?.. Нас много. Юристы, врачи, переводчики, журналисты, спортсмены. Есть даже чемпионка мира, бывшая. Есть программист, лауреат премии имени Ленинского комсомола. Связи везде.

Скуляев. Так пользуйтесь!.. Вытаскивайте себя из грязи!..

Шахов. Куда?.. В другую грязь?.. Нам и здесь хорошо. Полная свобода. Постоянная борьба за существование. Страшный азарт. Говорю как игрок. Верь на слово, все равно не проверишь. Духу не хватит.

Скуляев. Что ты знаешь о моем духе?.. Два суда. Исключительная мера. Пять экспертиз. Деньги - деньгами, симптомы - симптомами. Чтобы комар носа не подточил. Думаешь, это просто?

Шахов. Это как в спорте: три раунда - нокаут. Надо просто собраться.

Скуляев. Если ты. А если тебя?.. Самое страшное: недооценить противника.

Шахов. У тебя была твердая такса: пять тысяч за экспертизу. Без серы. Без электрошока.

Наталья. Без лоботомии.

Шахов. Не было лоботомии.

Наталья. А это что?..

Указывает на шрамы, пересекающие шаховский лоб.

Шахов. Милиция. Попал в облаву. Приняли за чеченского террориста.

Наталья. Похоже на лоботомию.

Шахов. Лоботомия страшнее. Здесь только сотрясение. Тошнота. Рвота. Само проходит. А там прямое вмешательство в мозг. Как выстрел. Только не до смерти. Тело живет. А личность?.. Так что лучше сразу пулю в лоб. Честнее. Но испугались.

Наталья. Чего?..

Шахов. Международных организаций. Они бы это дело так не оставили. Би-Би-Си. "Свобода". Там народ не дремлет. Ославили бы на весь мир. А кому это было нужно?..

Скуляев. Я скажу.

Шахов. Говори.

Скуляев. Тебе. Всю жизнь только этого и добивался. Славы любым путем. Любой ценой. Что, не так?.. Попробуй скажи, что я не прав?..

Шахов. И попробую.

Скуляев (откидывается на спинку стула, скрещивает руки на груди). Я жду.

Шахов встает, начинает прохаживаться по половицам. Громко щелкает пальцами. Наталья и Скуляев сидят неподвижно.