Лик огня
Шрифт:
– Хорошая мысль. Но как мы выйдем из положения? Ведь кое-кто не хочет, чтобы другие знали то, что знаем мы…
– Вы только поглядите на эту сладкую парочку.
– К столу подошла Майя и дружески похлопала Мака по плечу.
– Просто глаз не оторвать.
– Да, мы как раз собирались подать заявку на участие в конкурсе на лучшую семейную пару, - пошутила в ответ Рипли, внимательно изучая лицо Майи. Следовало отдать подруге должное: она держалась молодцом.
– Как дела?
– По-разному.
– Майя не торопилась убирать
– Вообще-то есть кое-что, о чем я хотела рассказать тебе… и Нелл.
Майя посмотрела на стойку, и на ее лице отразилась тень тревоги.
– Ладно, это подождет, - сказала она.
– Сейчас Нелл слишком занята с покупателями.
Рипли на мгновение задумалась, а потом резко обернулась к Майе:
– Если ты имеешь в виду танцы с волками, то я об этом уже знаю.
Кто был ошеломлен сильнее - Майя или Мак, - можно было решить только с помощью жребия.
– Присядь на минутку, - Рипли пододвинула Майе стул.
– Пожалуй.
– Пытаясь успокоиться, Майя села и сложила руки на груди.
– Не знала, что вы с Сэмом закадычные друзья.
– Теперь знай.
– Рипли отодвинула в сторону остатки ленча.
– Я столкнулась с ним на прибрежном шоссе.
– Тут она не кривила душой. Дом Майи действительно стоял на шоссе.
– Он убирал беспорядок, который остался после тебя.
– Беспо… - Майя побледнела. Боже мой, как она могла допустить такую небрежность! Ей и в голову не пришло убрать пятна силы, которые могли загрязнить эту часть острова…
– Не кори себя, - мягко сказал Мак.
– Ты испытала сильное потрясение.
– Не имеет значения. Это моя обязанность.
– Тебе этого не понять, профессор.
– Рипли небрежно отломила кусочек эклера.
– Леди Совершенство не позволяет себе совершать ошибки, простительные нам, простым смертным.
– Я должна была очистить местность, - повторила Майя, даже не огрызнувшись в ответ. Рипли поняла, что подруга по-настоящему расстроена.
– Ну и что? Это сделал он, так что все в порядке. Чтобы поднять себе настроение, я пригрозила его арестовать по какому-то надуманному обвинению. Тут он и ввел меня в курс дела. Я рассказала все Маку, а ты сможешь рассказать Нелл, когда закончится ее смена.
– Да. Ладно.
– Майя потерла пульсировавший висок. Она не помнила, когда в последний раз страдала от головной боли. И от спазмов в желудке. Придется выбрать время и разобраться со своими чакрами, мешающими ясно мыслить.
– Мак, я хотела бы обсудить это с тобой.
– Майя рассеянно повертела в руках салфетку.
– По-моему, это просто тактика запугивания, но мне бы не хотелось проявить легкомыслие и пропустить что-то по-настоящему важное.
– Ты права. Мы с Рипли только что говорили, что нужно устроить встречу. Может быть, сегодня вечером соберемся у Нелл и Зака?
– «Диннертайм»… [5] – пропела
– Никогда не следует отказываться от бесплатного угощения, да? Ладно, я поговорю с Нелл.
– Майя поднялась и внимательно посмотрела на Рипли.
– Я хотела рассказать тебе об этом сама. Просто сначала мне нужно было разобраться, что к чему. Не думай, что у меня есть от тебя секреты. Это осталось в прошлом.
Рипли смутилась.
– Не парься. В конце концов, это позволило мне сказать нашему красавчику пару ласковых слов.
– Ну, тогда другое дело. Ладно, до вечера.
Когда Майя скрылась из вида, Мак снова наклонился вперед.
– Ты молодец, помощник шерифа. Ей-богу.
– А ты во мне сомневался? Но теперь, когда я выдала Сэма, подойди к нему заранее и объясни, что я ей сказала, а что нет.
– Договорились.
– Мак положил перед Рипли свой эклер и встал.
– Я все равно должен поговорить с ним. Мне нужно это запротоколировать.
– Правильно.
– Рипли откусила пирожное.
– А ты заплатишь за ленч.
– Заметано, - с полным ртом ответила она.
Мак сумел выпросить у Лулу всего лишь час. Впрочем, сейчас это было ему даже на руку. Он должен был вернуться домой, снова встретиться с Рипли, а потом ехать на только что назначенный обед к Тоддам.
Но в данный момент он сидел с диктофоном и блокнотом в доме Лулу, заранее подкупленной коробкой «Годивы».
– Большое спасибо, Лулу.
– Да, да.
– Она пила черный кофе с конфетами; вину на время была дана отставка.
– Я уже говорила, что терпеть не могу эти ваши интервью. Они напоминают допросы, которые устраивали полицейские после ареста участников демонстраций протеста.
– И против чего вы протестовали?
Она посмотрела на него с жалостью.
– Бросьте. Это же было в шестидесятых. Легче перечислить, против чего мы не протестовали.
Он решил, что это хорошее начало.
– Вы жили в коммуне, верно?
– Иногда.
– Она пожала плечами.
– Но чаще шаталась туда-сюда. Спала в парках, на пляжах - в общем, где придется. Бывала в таких уголках страны, которых не увидишь, путешествуя в семейном мини-вэне и останавливаясь в «Холидэй-Инн».
– Не сомневаюсь. А как вы попали сюда? На Три Сестры?
– Отправившись на восток.
– Лулу… - взмолился он.
– О'кей, не смотрите на меня щенячьим взглядом.
– Она устроилась на диване поудобнее.
– Я стала бродягой в шестнадцать лет. Не поладила с семьей.
– Лулу наклонилась и взяла еще одну конфету.
– Для этого была какая-то особая причина?
– Да нет. У моего старика были узкие взгляды и тяжелая рука, а мать плясала под его дудку и вдобавок играла в карты с другими дамами. Я не смогла этого вынести. Удрала при первой возможности, а поскольку я была занозой в их задницах, искать меня не стали.