Лидер
Шрифт:
— И как вам… тебе изменили? — спросила и, превозмогая желание расплакаться, бросила взгляд на миниатюрную женщину, шагающую рядом со мной.
— О-о-о, это памятное событие, — Мария усмехнулась и прищурилась, глядя на солнце, — я немного замёрзла, — она потёрла ладонь о ладонь и указала на автомат с кофе, — хочешь?
— Я не… — растерянно заморгала, понимая, что кроме телефона и связки ключей у меня с собой ничего не было.
— Угощаю, — Маша взяла меня за руку и повела к автомату, — попьём, и я расскажу подробности, если ты хочешь.
Женщина окинула меня ожидающим взглядом. Я не хотела оставаться одна. Не хотела думать.
— Да, — выровняла голос, добавив увереннее, — я хочу.
2
Четыре года назад
POV Маша
— Машунь, у меня слов нет, — Иришка внимательно осматривает комплект эротического белья, который я приобрела по особому случаю — седьмая годовщина с момента вступления в брак, — невероятное… Какое качество, — подруга мнёт пальцами нежное кружево и издает протяжные стоны, — Игорьку повезло с тобой. Каждый раз радуешь его.
Я улыбаюсь, представляя реакцию мужа. Кто бы мог подумать, что мы протянем до такой даты?! Медная свадьба. Семь лет бок о бок в горе и в радости. Кажется, что теперь нас точно ничто не сокрушит. Никакая беда. Медь, ведь прочный металл, и наш союз такой же ценный и непоколебимый.
— Скажешь тоже, — отмахиваюсь от неё, прикладываю к себе трусики нежного лавандового цвета и смотрю в зеркало, прикусывая нижнюю губу, — точно красиво?
Бросаю на Иру взгляд полный надежды, на что она показывает большой палец. Не знаю, откуда во мне берётся волнение. Мы с Игорем уже пару недель не можем уделить друг другу время, не говоря уже об интиме. Секс стал настолько редким после того, как он начал тотально пропадать в офисе и обрабатывать важных клиентов, что я усомнилась в собственной привлекательности. Наверное, это нормально, что через какое-то время оба супруга погружаются в бытовуху и забывают о таких значимых моментах. Семь лет — большой срок, и я удивлена, что при широкой общественной деятельности мой муж ни разу не посмотрел в сторону других женщин. Я не молодею, а он слишком привлекателен для активных профурсеток, желающих пробиться в люди и жить припеваючи. Отец был ярким примером.
— У него крышу снесёт, — Ира поднялась и приобняла меня за плечи, — ты сама нежность, и он оценит, а сейчас, извини, мне пора. Какой-то кипиш в салоне, — подруга смешно закатывает глаза и тяжело вздыхает, помещая голову мне на плечо, — без меня никак.
— Бизнес-вумен моя, — улыбаюсь, а Ира отстраняется.
— Как же я тебе завидую, Машунь, — я удивлённо округляю глаза, но она отмахивается, — по-доброму. У тебя семья. Ещё немного и детишки будут.
— И у тебя всё будет… — начинаю, но она меня резко прерывает, чмокая в щеку.
— Всё будет в своё время. Я помню, — Ира морщит нос, и из её карих глаз мгновенно исчезает вся боль, которую она переживает.
Я даже чувствую себя слегка виноватой за счастье, которое расползается по грудной клетке, как опиум. Провожаю подругу до двери и застываю в коридоре, не зная за что схватиться в первую очередь. Я планировала устроить романтический ужин и предстать перед Игорьком во всей красе. Даже в салон заранее сходила и сделала ошеломительную укладку. Ему всегда нравилась картинка. Говорил, что заводит мой невинный образ. Я сначала не верила из-за детских комплексов. Бледная кожа, которая моментально сгорала на солнце, если не нанести крем,
Впервые солгала своему мужу, сказав, что поехала с Иришкой за город на пару дней. Очень хотела сделать ему сюрприз, и Игорь даже не упомянул о нашей годовщине. Скорее всего пожалел меня. Слишком подсел на работу, а я занялась планированием к зачатию ребёнка. Уже больше месяца не пила противозачаточные таблетки и с ожиданием смотрела на каждый тест. Двух полосок пока не было, но я надеялась, что вскоре смогу порадовать Игорька хорошей новостью, ведь нам пора. Столько лет вместе, да и не хотелось быть престарелой мамашкой.
Я заказала доставку еды из ресторана на девять вечера, потому что знала, муж не явится раньше этого времени, а если учитывать моё отсутствие, то спешить Игорь точно не будет. После принялась спокойно выставлять свечи по спальне — на пол, тумбочку и столик. Делала это с особым удовольствием, предвкушая момент встречи с любимым. Если у нас появится ребёнок, а он обязательно появится, то нужно будет уделять Игорю больше внимания, чтобы не получилось, как у Риты. В нашей троице она самая невезучая — получила рога практически сразу после рождения Виолетты. Бедняжка… Мы с Иришкой долго вытягивали её из депрессии…
Когда полностью подготавливаю комнату к безумному вечеру, приступаю к самому важному. Натираю кожу лосьоном и надеваю белье с чулками. Поверх красоты ложится лёгкая накидка, но я не завязываю пояс, оставляя открытым прекрасный комплект.
На часах почти девять, и я кусаю губы, поглядывая на телефон. Вот-вот должны позвонить из доставки, и я бью себя по лбу. Не открывать же курьеру в таком виде?! Открываю дверку шкафа, чтобы найти широкий махровый халат и замираю. Сердце ухает, когда слышу в коридоре шорох. Следом удар двери, и… женский смех…
Я отступаю от шкафа и на автомате выключаю свет в комнате, отходя к кровати. В ушах начинает гудеть, но я безумно качаю головой, прогоняя адские картинки, которые норовят всплыть так не вовремя.
— Игоряш, а твоей жены точно нет дома?
Бах… Сердце ударяет о рёбра и прекращает свою работу, и вокруг него мгновенно распространяется огненное жжение…
— Точно, — голос Игоря выдаёт его возбуждение, и я прикрываю рот ладонью, когда дверь в спальню открывается, — готовься запомнить этот вечер…
— Какой ты нетерпеливый…
Звуки и размытые силуэты добивают меня. Пространство вокруг плывёт, и я теряюсь на неопределённый промежуток времени, пока эти двое не падают на кровать. Девушка взвизгивает, но тут же стонет. Неужели дойдёт до…
— Сейчас, детка, — шорох, шуршание фольги, и я зажмуриваюсь крепко-крепко, — вот так…
Хуже и быть не могло…
Я не могу открыть глаза и продолжаю их зажмуривать, прикрывая рот рукой, хотя сомневаюсь, что способна издать хоть звук. Только в следующее мгновение раздаётся звонок в дверь. Я открываю глаза и вижу саму гадкую картину, которая когда-либо проскальзывала перед моим взором. Муж с молоденькой девчонкой на постели, которую я усыпала лепестками роз для нас двоих.