Лидер с планеты Земля
Шрифт:
Герцог Галья с удовольствием наблюдал за вытянувшимися лицами заседающих. Такого не ожидал никто. Домыслы СМИ подтвердились практически полностью.
Универсальный боевой корабль «Ланта» пропал без вести две недели назад, и он был на самом деле укомплектован офицерами из кланов Ван Тиль и Тиану.
Вялотекущие боевые действия на границах Империи Бохав длились уже больше трёх месяцев. После выборов регента и императора вражеские державы почуяли слабину и раздрай в имперском сообществе и раз за разом пробовали бохавцев на
Пока Империи удавалось сдерживать чужие атаки, потери стабилизировались, и необъявленная война постепенно сходила на нет. Слишком уж дорого обходились врагам бои на границах. А без глубоких прорывов внутрь имперских владений говорить о каких-то локальных победах означало лишь раздражать собственное население, уже начинающее уставать от войны и от сопутствующего ей снижения уровня жизни…
И вот теперь, если верить разведдепартаменту, у стопланетников и Лану появился реальный шанс получить военное преимущество. Раз несколько чужих кораблей сумели проникнуть в сектор Галья, значит, это может случиться в любом другом месте, и уже не пятью-шестью кораблями, а целой эскадрой. И это станет для Империи катастрофой. Ведь через стационарные гиперпорталы, имеющиеся в каждом секторе у правящих имперских домов, можно легко проложить путь к столице, в самое сердце державы, к планете Бохав…
Нет, говорить сегодня о чьём-то предательстве регент не собирался. Пусть правящие дома, и в первую очередь, независимые, сами решат, кто виноват и что делать. А если даже и не решат, осадок так или иначе останется, и следующий ход в этой партии не вызовет ни у кого ни удивления, ни досады. Ведь победителей, как известно, не судят. И если Империи, чтобы опять стать такой же великой и сильной, как раньше, придётся пожертвовать частью себя, то эти жертвы — оправданы…
После дуэли с Луджером никто больше не пытался оспорить моё лидерство и право командовать имперскими войсками на Тарсе. Ну, я и командовал. По большей части, предоставляя свободу действий профессионалам и оставив себе лишь функции постановщика задач и координатора.
Помнится, где-то когда-то читал, что всякий успешный управленец — это абсолютно пустое место, эдакий нуль в окружении единиц, каждая из которых во сто крат умнее его и способнее. И, тем не менее, только рядом с этим нулём их умения и таланты становятся видимыми, и только он, сам ни черта не умеющий, но занявший нужное место, делает их действительно значимыми…
— Ну, ты конечно и дал, — заявил Гас, когда поединок закончился и Луджера унесли в лазарет. — Эти, которые рядом, как челюсти уронили, так до конца и не подобрали.
— С хрена ли? — усомнился я, надевая ботинки и куртку.
Те, про кого говорил приятель, «тусовались» шагах в двадцати от нас и подойти ближе пока не решались.
— С хрена, не с хрена, а факт. Вон, глянь, как смотрят.
Да, взгляды у них были и впрямь… нет, не затравленными, а, скорее, какими-то ошарашенными. Словно они внезапно
— Я тебе раньше не говорил, но природное искажающее поле, пусть редкость, но всё же встречается. А вот то, что ты смог пальнуть из дуэльного бластера, да не просто пальнуть, а ещё и попасть — этого от тебя точно не ждали.
— А поподробнее можно?
— Да без проблем, — фыркнул Гас. — Дуэльные бластеры — штука вообще интересная. Настраивают их, как правило, так, чтобы использовать их могли только равные. Ну, в смысле, что если двое решили стреляться, то оба должны быть примерно равными по положению. Сержант не должен стреляться с майором, майор с генералом, а потомственный аристократ из столицы с простолюдином с окраины. Эти два бластера принадлежали дому Ансари. Настраивал их, если я правильно понял, сам Луджер. Вот и посуди, смог бы ты, будь самозванцем, выстрелить из такого ствола или не смог бы? Я, например, не смог, хотя и пытался, когда проверял.
— Когда ты их проверял?
— Прямо перед дуэлью.
— А мне почему не сказал?
— Ну, убить он тебя всё равно не убил бы, защитное поле бы не позволило. А то, что я не сказал… Тут я, конечно, да, не проинтуичил, — почесал он в затылке. — Я же ведь, если честно, думал, ты это знаешь, раз на дуэль согласился. Думал, что ты вообще в него не собирался стрелять, а просто поиздеваться хотел. Типа, на место поставить и всё такое…
Я пристально посмотрел на приятеля.
«Врёт, не врёт?..»
Про бластеры я, безусловно, догадывался. И что это произведёт впечатление — тоже. Не знал только, что оно окажется таким сильным. Да и напарник ещё… в психолога, м-мать, решил поиграться…
«Видимо, всё же не врёт. Так меня подставлять ему не с руки…»
— Знаешь, что, третий? — от тона, каким это было сказано, Гас сразу же подобрался. — Не надо больше решать за меня. И думать за меня тоже не надо. И если какая-то проблема всплывает по мою душу, докладывать о ней надо сразу. Незамедлительно. Даже если кому-то покажется, что я о ней знаю. Понятно?
Гас дёрнул щекой, но выкобениваться не стал:
— Понял, командир. Больше не повторится.
— Ну, вот и хорошо…
Всего бывших пленных на Тарсе набралось двадцать три с половиной тысячи. Для полноценного легиона не хватит, но для усиленного армейского корпуса — более чем. Формирование бригад и полков я доверил тем, кто понимал в этом больше меня — вызволенным из неволи офицерам со званиями от капитана и выше. Саму же структуру взял стандартную для Империи, дополнив её лишь воздушно-космической составляющей.
Основу составили две боевые станции: действующая «Тарс-прима» и почти достроенная «Тарс-секунда», подвешенная над другой стороной планеты.
На каждой базировалось по два полка штурм-пехоты, десантному батальону, батальону тяжёлых машин и истребительно-штурмовому крылу. Экипаж одной станции насчитывал около четырёхсот человек, с приданными боевыми частями и подразделениями — около трёх с половиной тысяч.
Ещё два крыла истребителей, всего семьдесят две машины, располагались внизу, на космодроме возле военной базы. Два звена орбитальных перехватчиков (восемь машин) на поверхность не опускались. Онимогли действовать только в космосе и выходили на боевое дежурство попарно, сменяя друг друга каждые сутки и проводя остальную часть времени или в доках, или на «Приме» с «Секундой».