Лидер Культа. Том I

Серый Д.

— Держи свою вонючую пасть закрытой! — рычит мне в ухо один из гвардейцев и рывком, словно я не вешу восемьдесят килограмм, ставит на ноги. — Будешь говорить только, когда разрешит госпожа Юнона!

Ур-р-роды…

Мне остается только стиснуть зубы и молча терпеть, пока эти живодеры грубо обыскивают меня.

Зачем Юноне встречаться со мной?

Представь, что ты — благородная аристократка, которую обидел простолюдин. Серьезно обидел. Не оттоптал в толпе ноги, не подрезал на дороге. Нет, сначала

он поставил тебя на колени, накормил белком, а потом раздвинул ноги и накачал по самые яичники.

Плевать, что тебе понравилось и ты кончила под простолюдином. Дважды. Важен сам факт. Простолюдин не может поступать так с аристократкой. Это неписанная истина, базовый устой общества. Что ты сделаешь в такой ситуации?

Унизишь в ответ? Будешь пытать, наслаждаясь криками боли простолюдина? Но тогда получается, ты признаешь, что какой-то простолюдин смог тебя унизить и задеть твое достоинство.

Единственный выход из этой ситуации: тихо и без шума убрать обидчика. Заставить его исчезнуть и забыть о случившемся.

Потому со стороны Лаверн было бы логичным приказать своим людям сразу прикопать меня в пригоре или скормить рыбам в порту. Так зачем они тогда собираются везти меня к ней?

— …страшно… забрали маму… молю… помогите…

Я навостряю уши.

— Вы слышите это?

Гвардейцы замирают и настороженно переглядываются.

Отпихнув одного из них, я вглядываюсь в темноту парковки. Никого. И шепот постепенно стихает…

Верующие молятся Лидеру Культа!

Молитва услышана: Алиса Бессонова

Статус верующего: Испуг, Страх, Обреченность

— Что за…

Я не успеваю толком сообразить, что значат сообщения Системы, как меня разворачивает лицом знакомый боец.

— Я же сказал, чтобы ты держал пасть закрытой! — выплевывает он и заезжает пудовым кулаком мне в челюсть.

Глава 15

— Он вообще живой?

Я возвращаюсь в реальность после пары легких пощечин. Почему голова так раскалывается? Точно, меня же оглушил по дороге один из гвардейцев…

В памяти всплывает храм Берегини, задержание продажными имперскими сысковиками и передача в лапы бойцам родовой гвардии Лаверн.

Вот, кстати, и эти дуболомы, слева направо. Выстроились перед кроватью, как на плацу перед командиром.

Один из них рапартует:

— Он сопротивлялся, так что пришлось применить силу!

— Брехня, — фыркаю я.

Гвардеец стискивает зубы и угрожающе играет желваками.

Виновница моего похищения, Юнона Лаверн, удивленно оборачивается и подходит к кровати.

— Какой же ты наглый

и проблемный! — встает в позу аристократка. — Простолюдин должен быть, наоборот, покорным и услужливым, как пес, которым ты и являешься, Домин!

Я оглядываю гладкие голые ножки, осиную талию, упругую грудь с торчащими сквозь тонкую ткань халата сосками и молодое женственное лицо, обрамленное короткими светлыми волосами.

Причина ночных поллюций, лучшая фантазия для вечерней борьбы с одноглазым змеем и просто недосягаемая мечта каждого мужчины-простолюдина.

Проблема в том, что Юнона это прекрасно понимает.

— Лицо попроще сделай, — вздыхаю я. — Аристократка из вассального рода, а взгляд, как у самой императрицы Ольги…

Лаверн успевает только вскинуть от удивления брови, как один из ее телохранителей тут же подлетает к кровати.

Я пытаюсь увернуться, но мои конечности, оказывается, прикованы к кровати наручниками и веревкой!

Блеск…

Оплеуха гвардейца приходится в левое ухо. Кажется, будто мозги лишь чудом не выпрыгивают через правое.

— Ты что делаешь, кретин?! — кричит Юнона, хотя звон в голове упорно пытается ее заглушить. — Я же сказала, чтобы и пальцем его не трогали! Он нужен мне здоровым!

— Прошу прощения, госпожа, но он…

Пока я пытаюсь справиться с пляшущими мухами и заложенным ухом, разошедшаяся аристократка указывает своим охранникам на выход.

— Проваливайте отсюда! Все! Пока вконец его не покалечили!

Понурив головы, бойцы покорно скрываются в коридоре.

— И закажите мне суши, мои любимые! — бросает напоследок Юнона.

— Сделаем, госпожа! — понуро отзываются мужики, после чего раздается щелчок дверного замка.

Пока Юнона выпроваживает слуг, я снова пытаюсь пошевелиться. Бесполезно. Руки прикованы к изголовью кровати стальными браслетами, а ноги и вовсе привязаны бечевкой.

На самом деле, мое положение было бы не таким тревожным, если бы не моя нагота.

Я спешно осматриваюсь. Громадная, квадратов под сто, квартира открытого плана. Классический дизайн, бархатная гостиная, современная кухня с барной стойкой. Все это видно из спальни с открытыми сейчас полупрозрачными шторами.

Такие аппартаменты должны стоить под три-пять тысяч солов ежемесячно. А рыночную стоимость сложно даже представить!

И посреди всей этой роскоши, на кровати королевского размера с бархатными простынями лежит прикованный простолюдин с причиндалами наружу.

Какое-то у меня гадкое предчувствие…

Наконец возвращается Юнона.

— Тебя, наверное, жажда мучает?

Я не отвечаю. С подозрением наблюдаю, как девушка начинает хлопотать на кухне. Сначала похитила и связала, а теперь строит из себя невинную и заботливую девочку.