Лицо
Шрифт:
– Было бы очень любезно с вашей стороны, – ответил Пеншоу, позволив себе лишь еле заметное проявление иронии в голосе.
– Пройдусь несколько раз по коридору, – предложил Джерсен, – а вы садитесь за свой стол, если вам будет удобнее, но только, пожалуйста, оставьте в неприкосновенности всю документацию.
– Разумеется! – негодующе воскликнул Пеншоу. – Неужели вы обо мне такого низкого мнения?
Джерсен вышел из конторы, умышленно оставив дверь открытой. Медленно дойдя до лифтовой площадки, он повернул обратно и, проходя мимо открытой двери, заглянул внутрь. Как и ожидалось, Пеншоу
Джерсен совершил еще один тур по коридору и, проходя мимо открытой двери в очередной раз, увидел, что Пеншоу сидит, откинувшись на спинку стула. Лицо его, хоть и оставалось задумчивым, теперь было почти совершенно спокойным.
Джерсен вошел в кабинет:
– Вы пришли к определенному решению?
– Да, пришел, – ответил Пеншоу. – Мой адвокат разъяснил, что для меня есть только две возможности сохранить незапятнанной свою репутацию: или немедленно прекратить всякую дальнейшую деятельность в компании, или попытаться в ней остаться на должности платного служащего. Я полагаю, в будущем мне только повредит, если я в порыве раздражения брошу все на произвол судьбы.
– Весьма благоразумное решение, – согласился Джерсен. – Насколько я понимаю, вы согласны сотрудничать со мной?
– Вы правильно меня поняли, нам остается только уладить финансовые отношения.
– Прежде чем я смогу вам что-то предложить, я должен более подробно ознакомиться с состоянием дел в компании: ее средствами, источниками финансирования, обязательствами и активами.
– Понятно, – кивнул Пеншоу. – Для начала позвольте мне сказать вот что. У вас потрясающе острое чутье. Я упрекаю себя за совершенную мной глупость и проявленную нерешительность: мне давным-давно самому следовало позаботиться о контрольном пакете. Я пренебрег этим и теперь должен понести наказание, проявив в то же время максимально возможный такт.
Джерсен прислушался к словам Пеншоу повнимательнее. Не указывает ли едва заметная фальшь на то, что Пеншоу знает: все им сказанное прослушивается еще кем-то?… Однако ни к какому определенному выводу Джерсен так и не пришел.
– Если позволят обстоятельства, я прибегну к вашим услугам за соответствующее вознаграждение. А пока, пожалуйста, представьте мне удобную для рассмотрения инвентарную опись активов и имущества «Котзиш».
Пеншоу нервно провел языком по губам:
– Такой описи не существует. Мы располагаем несколькими тысячами севов в банке…
– Каком банке?
– «Банк Свичхэма», на другой стороне улицы.
– Какие фирмы являются дочерними предприятиями «Котзиш»?
– Мы сотрудничаем со многими фирмами… Джерсен грубо перебил:
– Давайте раз и навсегда договоримся: прекратите морочить мне голову. Вы, похоже, отродясь не способны говорить правду – разве что, пожалуй, под угрозой принуждения. Я провел определенное расследование по собственной инициативе. Мне известно, например, о существовании такой фирмы, как «Гектор-Транзит», и о страховке, которую она получила
Пеншоу ответил без какой-либо тени неловкости или смущения:
– Большая часть из них пошла на уплату работ, производимых Джаркоу.
– Каких именно?
– Геологоразведочных работ на Шанитре. Мы ведем их с большим размахом.
– Почему?
– Существуют многочисленные свидетельства, что на Шанитре имеется чудовищное месторождение стодвадцатников. Мы пытаемся его отыскать.
– На Шанитре стодвадцатников нет и не было, – возразил Джерсен. – Не то ее давно бы уже прибрали к рукам мезленцы.
Пеншоу ответил Джерсену подобострастной улыбкой:
– Новые месторождения стодвадцатников продолжают непрерывно обнаруживаться.
– Только не на Шанитре. «Котзиш» теперь в моем распоряжении, и я не желаю, чтобы принадлежащие компании средства выбрасывались на ветер. Немедленно прекратите всякие разведывательные работы.
– Легче сказать, чем сделать. Некоторые стадии работ уже профинансированы…
– Мы произведем соответствующие вычеты. Договор существует?
– Нет. С Джаркоу я работаю на принципе взаимного доверия.
– В таком случае он, наверное, проявит должное благоразумие. Отдайте распоряжение о приостановлении работ.
Пеншоу снова подобострастно улыбнулся и, поднявшись, вышел из конторы. Джерсен тотчас же прошел к коммуникатору и связался с конторой Джаркоу. На экране возникло лицо Люлли Инкельстаф. Джерсен заранее прикрыл глазок камеры, и девушка недоуменно прищурилась, не зная, кто ей звонит.
– «Джаркоу Инжиниринг», – произнесла она. – Представьтесь, пожалуйста.
Джерсен продолжал хранить молчание. Через пару секунд ожидания Люлли отключилась на своем конце, Джерсен же все равно остался подключенным к линии связи, ведущей в контору Джаркоу. Отстучав кончиком пальца по микрофону условный код, он активизировал магнитофон, установленный под письменным столом Люлли.
Сначала послышалось тихое потрескивание, затем раздались звуки шагов входящего в свой кабинет Пеншоу, мгновением позже – шаги Джерсена, после чего последовало воспроизведение его начального разговора с Пеншоу. Едва лишь стихли шаги Джерсена, покидающего кабинет, как почти сразу же раздался взволнованный голос Пеншоу, говорившего в микрофон коммуникатора:
– Последние новости. Бэл Рук провалился. Только что ко мне явился новоиспеченный босс. Он уже получил ксиву.
В ответ послышался настолько безжалостный голос, что Джерсена охватил трепет:
– Кто он?
– Представился как Джард Глэй. Я видел его на Дар Сай, только никак не припомню, при каких обстоятельствах. Довольно странный субъект, мне никак не удается его раскусить.
На несколько секунд наступило молчание, затем снова прозвучал все тот же зловещий голос:
– Попробуйте слегка ему подыграть. Присмотритесь к нему. Через день или два его доставят ко мне. Вот тогда-то и узнаем, кто он такой.
– Может быть, лучше заняться им, не мешкая, – робко предложил Пеншоу. – Он может причинить нам хлопоты. Предположим, ему известно о «Дидроксусе»? Или о перечислениях со счетов «Гектор-Транзит»? Или «Теремуса»? Он сможет заблокировать наши финансы.