Личное одолжение
Шрифт:
— Берегись, Шеннон! — вырвался из нее пронзительный крик.
Сделав резкий рывок в сторону, он опрокинулся на спину, покатившись по устланному соломой полу. Раздался металлический звук рухнувшего на подставку двигателя.
Поставив кувшин, Клэр бросилась к нему.
— Шеннон! — в отчаянии закричала она. — Шеннон? Ты цел? — Став на колени, она потянулась к нему.
— Боже! — Пол Коннэли наклонился над Шенноном: — Сынок? Как ты?
Задыхаясь, Клэр коснулась крепкого плеча Шеннона.
— Вы… вы целы? — простонала она, быстро оглядывая
— Я в порядке, — хрипло проговорил Шеннон, садясь. Взглянув на нее, он застыл от неожиданности: в огромных глазах Клэр отражалось недоумение, дрожащими пальцами она ощупывала свою шею, лицо было бледным. Шеннон удивленно моргнул. Клэр заговорила! Он готов был от радости вскочить, но ее прохладная рука вновь легла на его плечо.
— Вы уверены, что не ушиблись? — взволнованно переспросила Клэр. — Вы могли погибнуть! — Она потрясенно смотрела в его улыбающееся лицо, еще не осознав смысл происшедшего.
Пол ахнул:
— Лапочка, ты заговорила!
Клэр вскрикнула и села на пятки, прижав ладони к губам. Она увидела, как отец расплылся в растерянной улыбке. Это правда! Она заговорила! О боже, простонала Клэр и прижала пальцы к горлу, все еще не веря:
— Па, ко мне вернулась речь…
Шеннон не мог оторвать глаз от Клэр, излучающую, словно солнечные лучи, такую искреннюю радость. Ее чувства передались и ему. Он вскочил на ноги. А какой у нее прелестный голос — грудной и глуховатый. Утопая в ее сияющих глазах, он подумал: вот и еще одна неожиданность — ее голос завораживал его.
Клэр переводила взгляд с отца на Шеннона и снова на отца. По щекам ее струились слезы, и она все повторяла:
— Я говорю! Я снова могу говорить!
— Ах, дрожащим шепотом отозвался Пол, — как чудесно, ласточка!
Он подошел к дочери, помог ей встать на ноги и, обхватив руками, крепко сжал, долго-долго не отпуская.
Тронутый этой сценой, Шеннон отвернулся и пошел за рубашкой. Он был взволнован и встревожен тем, насколько сильно на него подействовало происшедшее. Он старался не смотреть на Клэр. Все дело в ней. Каким-то магическим образом она проникала в самую глубину его души, хотел он этого или нет.
— Ну, ласточка, пойдем, скажем маме, — ласково проговорил Пол, обнимая дочь за плечи. Он с благодарностью посмотрел на Шеннона. — И вы с нами. Вы должны разделить нашу радость.
Шеннон пожал плечами.
— Нет… Вы идите без меня…
Клэр высвободилась из объятий отца и медленно подошла к Шеннону. Как он опасно красив! Ее чувства болезненно обострились, и она ощутила, как ей необходимо присутствие этого мужчины. Его четко очерченные губы были плотно сжаты.
— Вам не больно? — тихо прошептала она и отступила, краснея.
Пораженный ее вниманием в такие волнительные для нее минуты, Шеннон не находил слов благодарности.
— Все в порядке, — сдавленным голосом выговорил он. — Идите, поделитесь новостью с матерью…
Под его обжигающим взглядом губы Клэр полуоткрылись. Прикоснуться бы к его чувственному
— Ну, доченька, — засуетившийся Пол потрепал ее по плечу, — давай поделимся доброй новостью с ма. Она ведро слез выплачет от радости.
Шеннон стоял неподвижно, чуть было не поддавшись желанию протянуть руку и прикоснуться к растрепавшимся волосам Клэр, погладить ее разгоревшиеся щеки. Он проводил взглядом отца и дочь, вместе выходивших из сарая. Их счастье разбудило его воспоминание о своем, давно потерянном. Глубоко вздохнув, Шеннон начал отцеплять концы цепи от двигателя. Его разум боролся с восставшим сердцем и неподвластным телом. Теперь Клэр может говорить и расскажет им, как все было. Его чувства были в полном смятении. Отгоняя свои рвущиеся из-под контроля мысли о ней, Шеннон медленно направился к дому. Нужно поговорить с Клэр о нападении, решил он.
Салли разливала лимонад в праздничные лиловые бокалы. Клэр почувствовала приближение Шеннона задолго до его появления. Что за странные токи возникли между ними? — озадаченно подумала она, услышав его шаги на крыльце. Слишком радостная от того, что вернулся голос, она отогнала беспокойные мысли и встретила его сияющей от радости улыбкой.
— Садись, сынок, — прогудел Пол. — Ты заработал стакан особого лимонада. Слышишь, ма!
Шеннон замялся. Он надеялся пройти к себе в комнату, принять холодный душ и хоть немного прийти в себя. Но повернувшиеся к нему лица заставили его передумать. Коротко кивнув, он уселся напротив Клэр. Ее глаза сверкали, как попавшие в луч солнца бриллианты.
Салли налила ему лимонаду. Ее лицо светилось от счастья.
— Шеннон, слава богу, что с вами все в порядке, — сказала она. — А вот чудо, которое произошло с Клэр… Для меня ее голос — все равно что ангельский глас с неба.
Шеннон жадно отпил ледяного лимонаду, словно заглушая жар вспыхивающего в его душе пламени при одном взгляде на Клэр.
— Ваша дочь спасла меня, иначе не миновать бы нескольких сломанных костей, — сконфуженно произнес он и благодарно кивнул Клэр.
Пол насмешливо фыркнул:
— Нескольких? Сынок, да у тебя спина была бы переломана, если бы наша дочка вовремя не заговорила!
Шеннон кивнул, уставившись в свой бокал. Он перебирал в уме случившееся. Ему было легко спасать жизнь другим, но никто, за исключением его напарников в Колумбии, не спасал его. И Пол прав: если бы не Клэр, у него в лучшем случае был бы перелом позвоночника. В худшем — погиб бы. Шеннон не знал, чем ответить женщине, которая спасла его никчемную жизнь. Он был тем, кто сражался рядом, приходя на помощь в трудную минуту. Подняв голову, он посмотрел на Клэр. Происшедшее все изменило — так быстро и неотвратимо. Теперь задание Найджела прибыть сюда и защищать женщину уже не висело над ним дамокловым мечом.