Личное одолжение

Алистер Дениза

— Неприятный тип, — сквозь зубы произнес Шеннон, оставляя чашку и беря в руки рисунок, чтобы получше его рассмотреть. — Карие глаза, светлые волосы и неровные передние зубы?..

Клэр кивнула и замерла. На ее глазах спокойный взгляд Шеннона преобразился: в нем пылали гнев и ненависть — такие яростные, будто его сильные руки вцепились не в портрет, а в горло того, кто на нем изображен.

Он похож на злобного хорька: маленькие, близко поставленные глаза… хотелось добавить Клэр.

Шеннон перебил ее, отбросив рисунок:

—

Я отвезу его сегодня же в полицию. Я позвонил Найджелу и сказал, что вы вспомнили убийцу. Он ждет этого рисунка и знает, что с ним делать. Если этот подонок на учете в полиции, то его наверняка поймают.

Клэр зябко растирала себе руки, и Шеннон подумал, как хорошо бы согреть их в своих ладонях. Вставая, он взял рисунок со стола и предупредил:

— Вернусь, как только смогу. А пока будьте осторожны.

Его предупреждение снова заставило ее похолодеть, и она посмотрела на него. Почему-то он показался ей менее напряженным. Этот старый дом всегда распространяет какое-то чудодейственное спокойствие — наверное, оно подействовало и на Шеннона.

— Вам стоило бы пойти к родителям, пока меня не будет. Теперь они знают правду и будут оберегать вас. В конечном счете, это необходимо.

Клэр вынуждена была с ним согласиться. Чем больше людей будет вокруг, тем меньше шансов, что убийца посмеет приблизиться к ней. Она встала и пошла за ним.

— И все это скоро закончится, — сказал Шеннон, когда они поднялись на вершину холма.

При этих словах в глазах Клэр вспыхнула такая отчаянная надежда, что Шеннону потребовалось нечеловеческое усилие, чтобы удержать свою руку, так и тянувшуюся к ее вспыхнувшей щеке.

Он вдруг понял, что готов и жизнь за нее отдать.

5

Клэр помогала матери закатывать банки с инжиром, когда Шеннон вернулся из Ок-Риджа. Она стояла за кухонным столиком и наблюдала за ним: он вылез из взятого им напрокат «лендровера», неторопливо обошел его, постучав ногой по шинам. Лицо спокойно, взгляд непроницаем, а что таилось в его глазах, можно было только догадываться. Она представила их и ощутила себя в безопасности. Сердце у нее забилось быстрее.

— Шеннон приехал, — облегченно вздохнула Салли. Поглядывая в окно, она продолжала перекладывать инжир в банки, выстроившиеся на столе. — Я теперь так нервничаю, — виновато улыбнулась она, — у меня руки так и дрожат с тех пор, как он утром сказал нам правду.

Чтобы хоть как-то успокоить мать, Клэр крепко ее обняла, и это объятие предстало перед вошедшим на кухню Шенноном. Он замер, внутри у него что-то сжалось.

Первой его присутствие почувствовала Клэр. Она опустила руки и робко ему улыбнулась. Салли негромко охнула.

Шеннону было неловко перед пожилой женщиной. Когда он сказал им правду, их словно громом поразило. Пол молча встал и отправился в сарай возиться с каким-то двигателем. А Салли засуетилась и принялась за консервирование. Шеннон

понял, что дела помогают им справиться с охватившей их тревогой за дочь.

Он перевел взгляд на раскрасневшуюся Клэр. Волосы у нее были по-прежнему стянуты лентой, к влажным вискам прилипли мягкие пряди. Она была прекрасна.

— Вы были в полиции? — спросила Салли, нервно вытирая руки о передник.

— Да. Сделали копии рисунка Клэр. Найджел позвонит, когда выяснит, кто это. К делу подключили ФБР, так что, возможно, дела пойдут быстрее.

Клэр услышала тихий стон матери и, положив руку ей на плечо, успокоила взглядом: вот видишь, все хорошо.

— А-а-а, со мной все в порядке, ласточка, — отозвалась Салли, похлопав ее по руке.

Шеннон заметил, как тепло Клэр посмотрела на мать. До чего же она чуткая! Как бы ему хотелось оказаться на месте Салли. Он отвернулся, не в силах вынести завистного для него взгляда Клэр.

— Пол все еще в сарае? — резко обрезал он себя.

— Да.

— Пойду помогу ему. — И Шеннон повернулся и вышел.

Странное чувство охватило Клэр, когда она заметила, как сдержанное лицо Шеннона вдруг отразило его затаенные чувства. В его глазах была такая нескрываемая жажда… Чего? Она рассеянно продолжала помогать матери, но лицо Шеннона все еще стояло у нее перед глазами.

— Какой он странный, этот мистер Шеннон, — сказала Салли, укладывая дышащий ароматом инжир в очередную банку. — Он такой резкий, почти грубый… Но в душе он не такой. Я же чувствую. Интересно, почему он такой отчужденный? К нему не подступишься. А ведь хочется поблагодарить его за то, что он здесь.

Клэр кивнула. Шеннон действительно резкий, но… Все это напускное, чтобы держать людей на расстоянии, с досадой подумала она. Ведь всего несколько минут назад она видела настоящего Дэниэла Шеннона — мужчину, у которого есть и потребности, и желания.

Взглянув на часы, Салли протянула Клэр кувшин с лимонадом:

— Напои мужчин, солнышко, заработались ведь…

Огромный сарай был полон привычного запаха сена. В дальнем конце, где находилась мастерская, она увидела отца, занятого починкой трактора. Двигатель, подвешенный к высокой балке, повис на цепях. Шеннон стоял под ним, переглядываясь с отцом. В его руках был шланг, который они пытались продеть сверху вниз.

Шеннон был без рубашки, и его кожа блестела от пота, покрывшего мускулистый торс и руки. Прядь влажных волос упала на лоб, и он хмурился из-под нее, сосредоточенно пытаясь поймать упрямый шланг.

Клэр нерешительно остановилась. Отец отвернулся к ящику, в котором держал инструменты. Послышался какой-то резкий звук. Она подняла глаза к балке, удерживавшей двигатель, тут же переметнув взгляд на Шеннона, склонившегося над упавшим шлангом: он не заметил этого звука.

Клэр увидела, что цепь начала медленно ослабевать. В любую секунду она размотается, и тяжелый двигатель трактора рухнет на…