Лиан
Шрифт:
– А где пытали?
– осторожно спросила девушка.
– Да так... люди нехорошие, которые меня не любили, - я махнул рукой.
– Ну что, теперь ты знаешь? Не против, если я пойду?
Исита помотала головой и направилась к двери. Всё время, пока я натягивал ботинки, куртку и шапку и повязывал шарф, она внимательно меня разглядывала. Так, что пальцы не всегда слушались и как будто заплетались. А когда я отвесил прощальный поясной поклон, приблизилась и шепнула, что она никому не расскажет, и что я могу быть
****
Итак, это был вторник. Второй день моего обучения в юнэмирситете. Конечно же, своих угроз я не исполнил, поэтому на учёбу всё же собрался пойти. Решил прислушаться к словам Кэрта. Поверю, что никто кроме декана и Голока не знает обо мне правды.
Стоп! Знает ещё один человек. Исита.
Я перевернулся на живот и накрыл голову подушкой. Зачем рассказал?! Ну и пусть бы всю жизнь мучилась и думала, почему я не погиб в той драке! Пусть бы постоянно терялась в догадках, кто я такой и почему молчу! В конце концов, мы и не друзья вовсе!
Хотя мне казалось, что она бы сама догадалась обо всём, так что лучше уж я сам.
Придя к выводу, что я молодец и сделал всё правильно (я всегда неизменно прихожу к этому выводу) я довольный поднялся с постели. Хотел сделать зарядку, но махнул рукой. Никогда её не делал, и хуже от этого не становилось. Лучше потратить утреннее время на раздумья.
Я очень задумчив. В частности потому, что мне не с кем говорить. Будь у меня хоть один друг - и меня можно было бы назвать болтуном, потому что даже наедине с собой, пусть и не вслух, я говорю слишком много. Если бы был ещё и слушатель, он погиб бы через пару дней от избытка бесполезной информации (а Иерарх не погиб лишь потому, что в его присутствии мне говорить не хотелось). Но друга нет, есть лишь я сам, и придётся довольствоваться тем, что есть.
Я выглянул в окно и остался доволен. Через тучи кое-где проглядывало солнце, снег не шёл. Ну и что, что минус десять градусов! Ну и что, что я терпеть не могу холод, и зиму не люблю, несмотря на то, что я зимой родился! Ну и что, что я не хочу идти сейчас в юнэмирситет и видеть уставшие лица девчонок и едва протрезвевшие - парней! Ну и что, что вообще всё плохо...
– Лиан!
– укоризненно заметил я и воздел палец вверх. Я сделал себе замечание. Некому меня, горемычного, воспитывать, вот и занимаюсь этим сам...
Бросив прощальный взгляд на выключенный компьютер и вспомнив, какой прекрасный оборот я создал в мультфильме про Гордиона, а также посетовав, что не могу сейчас ещё чего-нибудь создать, я вышел из дома.
Как только я вошёл в аудиторию, сразу же понял, что оказался прав. Не все смогли оправиться после пьянки. Из нашей группы присутствовало лишь шесть человек, включая меня. Это была непонятная Исита, ответственная Иана, вездесущий Ольт, Дейтана и, как ни странно,
Я прошёл в заднюю часть аудитории и уселся на свободный ряд как раз между Ианой с Асой и Иситой. Последняя сидела ровно позади меня. Я галантно поздоровался с впереди сидящими, поклонился Иане, поцеловал руку Асе (и тут же об этом пожалел, потому что её взгляд мне не понравился), затем повернулся и обменялся крепким рукопожатием с Иситой. Её вид был всё так же непосредствен, однако взгляд старался выхватить из моего образа как можно больше. Видно, вчера я здорово её заинтересовал.
Оказалось, это так. Стоило лекции начаться, рука Иситы просунулась под моей левой рукой и вручила мне записку.
"Синяки нарисовал?"
"Сегодня нет, делаю вид, что замазал их тональным кремом", - написал я в ответ и захихикал. Исита определённо имеет чувство юмора, и правда меня не боится. Впрочем, она, может быть, не поверила мне, но тогда она будет продолжать допытываться, как я выжил. Подождём.
"Я спросила у мамы, и она мне рассказала. Есть такая болезнь, когда совсем не чувствуешь боли", - принял я следующую записку.
"Я знаю. Только тогда синяки всё равно появляются, потому что не действуют только нервы. У меня же - стальное тело!" - ответил я и передал записку назад.
Исита долго молчала, но под конец пары всё же написала:
"Так это правда?"
Я не стал портить бумагу. Просто повернулся к девушке вполоборота и тихо сказал:
– Правда.
А на перерыве, как я и ожидал, Исита потянула меня в коридор. И только когда мы оказались в самом углу, подальше от чужих ушей, начала:
– Значит, ты всё-таки Лиан? Тот, о котором ходит столько слухов?
– в глазах девушки плескался живейший интерес.
– Расскажи ещё что-нибудь! Я обещаю, всё, что от тебя услышу, буду хранить в секрете! Расскажи, как ты всё это время жил?
Я пожал плечами.
– Жил как-то. Стал самоуверенным. Ничего не боялся.
– "Был кауру", мысленно добавил я, но вслух говорить не стал. Может, и скажу когда-нибудь, но не сейчас.
– Ходил со своей шпаной по дворам и всех поколачивал.
– Значит, ты злой, - сделала прямолинейный вывод Исита.
– Злой, - не стал спорить я.
– Но уже изменился. Когда поступил. Решил начать новую жизнь.
– Знаешь, что когда обещаешь себе начать новую жизнь, эта затея всегда идёт прахом?
– Знаю, - вздохнул я.
– Потому что невозможно измениться. Я остался таким же, как и был, да ещё и слухи обо мне по всему городу. И ладно бы только слухи: ведь есть люди, которые меня узнают! Что делать? Людей избегать, что ли?