Лея Леса
Шрифт:
Нет уж!
Поэтому Руслан ездил с отцом. А чтобы тому не приходилось делать крюк, выпрыгивал в одном квартале от колледжа.
Не из маскировки. Просто так было удобнее, а добежать?
Да что такое один квартал для нормального человека? Пять минут ходьбы быстрым шагом! Тьфу!
Но Попов—то некоторых обстоятельств не знал. И, с его понтами и прочими, воспринимал Руслана, как неудачника. А че?
Отец не башляет? Тьфу, лузер! Предки должны давать бабки! А зачем они еще нужны?
В системе координат
Сантос уедет? Найдем третью…
Петров имеет деньги? Ну, так шапочно, Сережа об этом знал. Не сильно влезал в отцовские дела, но был в курсе, кто такой Даниил Петров и сколько ему принадлежит. Но Руслан-то этими деньгами, считай, не пользовался.
Да, у него неплохие шмотки и аксы, но не брендовые. И айфон не последний. И вообще… девчонками он тоже не интересуется, считай — лузер. Уж точно ниже Сереги на иерархической лестнице.
И превращение мирного оленя в голодного крокодила Сергея как-то не обрадовало. Руслан ему скалился прямо в глаза, как бы говоря — и?
Вот что ты тут сделаешь?
Попов такого спустить никак не мог.
— Петров, ты напиток смелости выпил?
— С утра не пью. И не похмеляюсь. А ты жвачку пожуй, а то перегаром на километр шибает. На нормальные напитки денег не хватило?
— Петров, ты че — нарываешься?
— Восстанавливаю историческую справедливость.
— Не, ты точно нарываешься.
— Можем обсудить.
— Рус, не надо! — Таня схватила его за руку. Но тут поверх ее ладони легла рука Салеи.
— Таня, никогда не надо лезть между двумя мужчинами. Они сами разберутся.
— Без сопливых, — кивнул Попов.
— Особенно если один из них — не мужчина, — припечатала Салея, глядя на него в упор.
— Доказать?
— Половая зрелость не делает из сопляка — мужчину. Равно, как и наличие половых признаков, — отмахнулась Салея.
— Проверишь лично?
Салея посмотрела на Попова расфокусированным взглядом. Таня последовала ее примеру — и заметила тень в районе паха.
— А ты уже вылечился от дурной болезни? Последствий не осталось? Не капает?
Настолько Сережа себя не контролировал. И покраснел. Особенно ушами.
Ну… было дело. Кто триппер не ловил? Но кто мог знать, что Машка… а эта-то откуда знает? Но уточнять было уже поздно. Группа хохотала. Машка, кстати — громче всех.
Стерва!
Все стервы!
Вы мне за это ответите, гадины! И особенно — Сантос!
— Что именно вам нужно в мотоциклетном?
— Вся экипировка, — вздохнула Таня.
— С защитой, с черепахой…
— Увы…
— Тысяч сто выложить придется. Это если брать
Девушки переглянулись.
Брать надо качественную. Но денег таких у них не было. Разве что пока пойти, посмотреть и подобрать? И…
— Рус, а можно твоему отцу позвонить? Когда он этот корень пристроит?
— Я сейчас и позвоню. Или хотите — к нам съездим? Перекусим, а потом в магазин?
— Мне еще на работу, — отказалась Таня.
— Ты еще и работаешь?
— Уколы, капельницы на дому…
Руслан только головой покачал. Он после уроков приходило домой, выполнял домашние задания — и сил едва хватало до кровати дотащиться. Мозги взрывались. Первые полгода в меде — это считай, никакой жизни. Одна зубрежка в три слоя. И второй семестр не лучше.
— Углова, ты как на ногах-то держишься?
— Молча.
Руслан только головой покачал.
— А учить когда успеваешь?
— В автобусе.
Таня даже и не врала. Именно, что в автобусе. Скорчившись или на сиденье, или стоя, одной рукой цепляясь за поручни, а второй держа конспект. Вредно для глаз?
А вы явитесь на анатомию, не зная темы. Вот там и поймете, где польза, где вред.
— Слов у меня на тебя нет. Ладно, сейчас…
Руслан достал из кармана сотовый и быстро набрал номер.
— Пап, привет. Как там у вас дела?
— Замечательно! Что случилось?
— Ты насчет корня ни с кем не говорил?
— Вот, собираюсь.
— Отлично.
— А ты с девочками поговори насчет Владьки. Помнишь?
— Помню, пап.
— Передавай приветы и приглашения. Если хотят — пусть приезжают, рад буду.
— Ладно. Бывай.
— Давай…
Руслан отключился и кивнул девушкам, которые из вежливости отошли на пару шагов.
— Батя сказал, у него все отлично, насчет корня сегодня переговорит.
Девушкам оставалось только переглянуться и улыбнуться.
Отлично! Им того и требовалось.
Даниил Русланович действительно в это время беседовал с одним из своих китайских партнеров. Демонстрировал ему корень.
У бедолаги аж руки затряслись, по скайпу видно было. Хорошо еще, компьютер стоял на столе, стационарно. Был бы телефон — вибрировал бы несчастный не хуже отбойного молотка.
— Дан… это… это то, что я думаю?
— Сейчас к камере поднесу поближе, покажу со всех сторон…
Минут пять, пока купец показывал товар «лицом» в эфире было слышно только восхищенное оханье.
— О, да! Какая форма! А цвет! И кольца…
Выплеснув все восторги, партнер перешел уже к конкретике.
— Он ведь дикий?
— Обижаешь! Чтобы он культивируемым был, надо было питомник за пятьдесят лет до революции построить!
— Прости, Дан, глупый вопрос. Сколько ты за него хочешь?