Левиафан
Шрифт:
Дилан по-прежнему висел на щупальцах, Тацца с лаем вертелся внизу, пытаясь схватить его за штаны. Мальчишка хохотал и лез все выше, пока не добрался до туловища медузы, после чего наконец он отпустил существо и с громким стуком спрыгнул на металлическую дорожку. Тварь, раздраженно мотая щупальцами, мгновенно взвилась наверх, к своим сородичам.
— Эта медуза уже довольно сильная, — заметила доктор Барлоу. — Скоро она будет готова.
— Готова для чего? — тихо спросил Алек.
— Поднять меня в воздух, — ухмыляясь, пояснил Дилан. —
Алек невольно уставился на летучее существо. Миля! Больше чем полтора километра… С такой высоты они сразу же заметят правильный многоугольник замка, а может, даже разглядят шагоход, укрытый во дворе!
— Я вижу, ты все понял, Алек, — сказала доктор Барлоу. — Мы с легкостью разыщем вашу семью. Но с твоей помощью мы сделаем это быстрее.
— Почему я должен вам помогать? — угрюмо спросил Алек.
— Ты уже пытался помочь нам. Да, я знаю, ты встретил не тот прием, на который рассчитывал. Но отнесись к этому с пониманием: в конце концов, между нашими странами идет война.
— Так зачем наживать себе новых врагов?
— Нам не нужны враги. Нам нужна ваша помощь. Помощь твоей семьи. Иначе нас всех ждет смерть.
Алек пристально взглянул в лицо леди — оно было совершенно серьезным.
— Значит, вы не сможете сами починить корабль?
Помедлив, доктор Барлоу кивнула.
Алек отвернулся. Если дарвинисты в самом деле тут накрепко застряли, единственный способ спасти их — открыть им ворота замка и поделиться продовольствием, иначе их ждет голодная смерть. Но имеет ли он право рискнуть безопасностью своих людей и будущим всей империи ради сотни чужаков? Сначала надо бы посоветоваться с Фольгером.
— Отпустите меня, — сказал Алек. — Мы подумаем, что можно сделать.
— Может, возьмешь нас с собой? — мягко предложила доктор Барлоу. — Мы придем под белым флагом, чтобы не произошло никаких… инцидентов.
Алек несколько секунд подумал и кивнул. Все равно у них есть возможность найти замок и без его помощи.
— Хорошо. Но у нас мало времени.
— Я должна поговорить с капитаном. — Доктор Барлоу щелкнула пальцами, подзывая Таццу. — Мистер Шарп, проведайте машинное отделение.
— Угу, мэм, — кивнул Дилан. — А что делать с Алеком? Запереть его в каюте?
Доктор Барлоу взглянула на Алека.
— Bella gerant alii?
— Конечно. — Алек кивнул еще раз. — Я с вами не воюю.
— Мне кажется, Алек не станет буйствовать, мистер Шарп. — Леди улыбнулась. — Он очень хорошо воспитанный мальчик. Прогуляйтесь в машинное отделение вместе.
Она взяла Таццу на поводок и вскоре исчезла в сумраке. Щупальца Гексли покачивались, словно махали ей на прощанье.
— Ты понял, что она сказала? — спросил Дилан. — Ты что, знаешь этот ученый жаргон?
— Это латынь, простофиля, — снисходительно пояснил Алек. — Bella gerant alii означает: «Пусть воюют другие». Она имела в виду, что у нас нет никаких причин для вражды.
— Латынь? —
Алек нахмурился, осознав свою ошибку.
— Никакой я не умник, — проворчал он. — Уж скорее круглый дурак.
Ну конечно! Доктор Барлоу снова испытывала его, пытаясь раскусить, кто он на самом деле. Едва ли сын контрабандиста или местный крестьянин понял бы латынь — Алек же ответил, не моргнув глазом.
Но самое странное — эта фраза была частью древнего девиза Габсбургов, которые традиционно предпочитали не воевать, а расширять свои владения с помощью брачных союзов [7] . Неужели доктор Барлоу вдобавок умеет читать мысли?
Алек поежился. Нет, чем быстрее он расстанется с дарвинистами, тем лучше.
ГЛАВА 26
На обратном пути Дилан вдруг сказал:
— Знаешь, тебе явно удалось произвести впечатление на доктора Барлоу!
7
Девиз австрийских Габсбургов звучал так: «Пусть другие воюют, а ты, счастливая Австрия, заключай браки».
— Почему? — удивился Алек. — О чем ты?
— Раньше она и близко не подпускала посторонних к своему драгоценному грузу. — Дилан нагнулся к уху Алека и прошептал: — Там, в ящике, хранится что-то чертовски странное!
Алек не ответил, пытаясь вообразить нечто, способное считаться «странным» в этом безумном зверинце! За последние полчаса он видел больше невероятных существ, чем за всю свою прежнюю жизнь.
— Но я думаю, она не пожалеет, — продолжал Дилан. — Ты ведь решил помочь нам, да?
— Твоей заслуги в этом нет, — отрезал Алек.
— На что ты намекаешь? — Дилан застыл на месте.
— Если бы дело касалось только твоей жизни, я бы и пальцем не пошевелил!
— За что ты так меня невзлюбил?
— Невзлюбил?! — возмутился Алек. — Я принес вам лекарства! Я спас твою… отмороженную задницу! А ты вместо благодарности спустил на меня этих жутких собакопауков!
— А, вот оно что, — протянул Дилан. — Но ведь иначе ты бы сбежал.
— Я должен был вернуться!
— Ну а я должен был тебя задержать. — Дилан гордо скрестил руки на груди. — Я принес присягу воздушному флоту и его величеству королю Георгу. Защищать корабль — мой воинский долг. И почему я должен был верить словам незнакомца, которого только что встретил, а?
— Ладно, пусть так. — Алек отвернулся. Весь его гнев почему-то испарился. — Ты просто выполнял свой долг.
— Ха, именно это я и делал! — Дилан фыркнул и пошел дальше. — А я-то хотел поблагодарить тебя за то, что ты не пристрелил меня!