Лев Яшин

Галедин Владимир Игоревич

Нет, «Динамо» оставлять было никак нельзя. Что же касается сборной… 16 июля 1967 года в Тбилиси Яшин провел последний матч за национальную команду — отборочный к чемпионату Европы (он стал так называться официально как раз с того розыгрыша). Наши победили греков 4:0, претензий к голкиперу не было. Да и быть не могло: противник воротам серьезно не угрожал.

Но более за сборную Яшин не провел ни секунды. В состав вызывался, да. В 1970 году даже поехал третьим номером на мексиканский чемпионат мира. А чтобы вот на поле, вместе с товарищами, вторым после капитана команды появиться — это уже никогда.

Что тут: интриги, подводные течения, сплетение обстоятельств? Или, быть может, обычная иллюстрация к неизбежному ходу времени?

Начнем со следующего

факта. В 1967 году сборную возглавляет Михаил Иосифович Якушин (Н. П. Морозов, получив звание заслуженного тренера СССР, вернулся к работе с московским «Торпедо»). Его на страницах этой книги лишний раз не надо представлять. Соответственно, ни о какой предвзятости к «вратарю якушинской мечты» и речи быть не могло. Кроме того, нелишне привести цитату из первого, новогоднего номера «Футбола», по опросу которого лучшим футболистом СССР 1966 года стал киевлянин Андрей Биба, а Альберт Шестернев и Яшин разделили второе — третье место: «Лев Яшин на протяжении многих лет был и остается лучшим вратарем мира. Его вклад в футбольное искусство неоспорим. И если рассматривать его достижения в целом, то очевидно, пока Яшин играет, он имеет полное право считаться лучшим футболистом страны. Но наши обозреватели определяют лучшего по итогам сезона, они подходят к оценке футбольных явлений более конкретно, чем все остальные спортивные журналисты». Про оригинальность подхода обозревателей еженедельника говорить не станем, сфокусируем внимание на первой части высказывания.

Якушин знал Льва глубже всякого обозревателя. Да и мешать самому себе, естественно, не собирался. Потому в майских поединках сборной выбор делался в пользу динамовского стража ворот. 10-го числа состоялась уверенная победа над Шотландией 2:0. Хозяева, обыгравшие только что «заклятых друзей», англичан, действующих на тот момент чемпионов мира, уступили по всем статьям. «Великий Яшин, чувствуется, был в отличном настроении, находясь в воротах, — мужественно подтверждает шотландский журналист Джон Маккензи на страницах „Футбола“ 14 мая. — Мы вновь утвердились в его мастерстве, хотя, признаться, возможностей для демонстрации этого мастерства ему было предоставлено немного. Он порадовал зрителей, отбив мяч головой в великолепном прыжке, которому позавидовал бы сам Лоу. Лишь несколько ударов заставили его быть относительно собранным, я имею в виду те высокие навесы, которые он легко отбивал, лишая Лоу его любимого блюда. Думаю, что матч был для него простым».

Дэвид Лоу, напомним, хороший знакомый советского мастера: они в 63-м играли вместе за сборную мира против Англии.

28 мая 1967 года в Ленинграде прошел поединок с «незвездными» мексиканцами. Соперник советской сборной в дебютные четверть часа проявил относительную активность, затем доминировала принимающая сторона. Без приключений. 2:0. Яшин — всегда бы так! — бездействовал.

Хотя 3 июня в ответном матче с французами на их поле пришлось нелегко всем, не одному голкиперу. Достаточно сказать, что старый добрый противник после первой половины вел 2:1. Местный обозреватель Ив Монтеррон так живописал второй гол на 45-й минуте: «Ударом с дальней дистанции Жаку Симону удалось поразить цель. Мяч под грустным взглядом Яшина затрепетал в сетке. Было бы несправедливо винить в этом знаменитого стража ворот. Утверждают, что удар Симона был неотразимым, если вообще существует такое понятие. Но об этом лучше спросить Яшина. Это был не первый удар в советские ворота. Правда, до этого лишь один из них достиг цели, но в течение первого тайма ворота Яшина были под обстрелом, и мы увидели, с какой легкостью и непринужденностью вратарь ликвидирует опасность, это был период игрового и территориального превосходства наших форвардов, игравших динамично, инициативно и красиво». В общем, соперник заслуженно выигрывал.

Только вот в завершающие 45 минут картина переменилась. Бышовец почти сразу счет сравнял, и французы резко сдали. В результате хорошая победа в гостях: 4:2. Жан-Клод Гриво характерно подытожил: «Яшин, Стрельцов, Бышовец, Симон и Делофф были лучшими в этом красивом и корректном поединке».

Как

нетрудно догадаться, 11 июня в московском отборочном матче с австрийцами играл Яшин.

Сразу скажем: сборная СССР выиграла 4:3. Счет домашней встречи говорит сам за себя. Противник сравнял счет на 71-й минуте, и лишь великий Стрельцов на 80-й принес труднейшую победу.

Безусловно, три пропущенных в Лужниках мяча заставили обратить внимание на действия обороны. И «Советский спорт» 13 июня уточнил с полузабытой прямотой: «Яшин — сыграл против обыкновения не очень активно и несобранно».

Что ж, с А. П. Старостиным опять тяжело не согласиться: «Я думаю, что Яшин, Шестернев, Воронин и Сабо перестали бы уважать себя, если бы мы поздравили их с блистательной игрой в этом матче». Сверхточно подмечено.

Действительно, какзабивались австрийские мячи? Первый, по мнению А. А. Парамонова, «был каким-то странным, не продиктованным логикой, после подачи углового наши защитники вдруг застыли в оцепенении, Хоф, спокойно обработав мяч, без всяких помех пробил в ближний угол» («Советский спорт», 13 июня). А. П. Старостин добавляет в «Футболе»: «Вспомним, сколько времени потратил Хоф на обработку мяча и производство прицельного удара. И всё же он успел ударить и забил гол».

А вот второй успех гостей: «И на 54-й минуте у мяча первым после прострельной передачи именно Флегеля оказался Вольны.

Этот гол заставил засомневаться, таким ли уж случайным был первый мяч, забитый в наши ворота австрийцами. И на этот раз наши защитники были в каком-то оцепенении, и на этот раз они почти ничем не мешали Вольны» (А. А. Парамонов). «Забивая второй гол, Вольны тоже успел раньше коснуться мяча, нежели окружавшие его Шестернев, Хурцилава и устремившийся из ворот Яшин» (А. П. Старостин).

Необходимо подчеркнуть: если так вот «цепенеть» и «не успевать касаться», то не выручит ни один страж ворот.

Только третий мяч, от Зибера, пробившего тем не менее «быстро и неожиданно» (А. П. Старостин), Яшин, «закрытый защитниками» (А. А. Парамонов), в другой раз, возможно, и отразил бы.

А в целом: два очка все-таки взяли у крайне неудобного оппонента 60-х годов. С Яшиным. А в Вене, без него уже, проиграли.

20 июня Лев Иванович принял участие в дружеской встрече со сборной Скандинавии, приуроченной к шестидесятилетию основания Финского футбольного союза. Пять финнов, по два шведа, датчанина и норвежца сыграли с нашими 2:2, подарив Хельсинки праздник. Наш вратарь вообще не отказывался от добрых, душевных, иногда необычных мероприятий, если они несли людям радость. Это к тому, что 2 июля советский голкипер стал на один матч… «турком». Провожали на покой любимца всей страны вратаря Тургая, который вывел на поле родной «Галатасарай», а русский его коллега — сборную Турции, усиленную еще рядом «звезд».

…Когда 16 июля Яшин вышел в Тбилиси против греков, никто и не предполагал, что наблюдает последнюю его игру в свитере национальной команды.

Лишь потрясающий статистик К. С. Есенин что-то почувствовал. И выдал статистику, учитывавшую поединки за сборную и пропущенные в них мячи лучших вратарей планеты за всю тогдашнюю историю игры.

Получилось: Яшин — 78 матчей (72 гола), Замора — 47 (42), Грошич — 84 (89), Жильмар — 88 (96), Шошкич — 46 (56). У остальных процент еще хуже. Получается, лишь испанец наработал за главную команду страны близко к Яшину.

И вот неожиданно пришла пора итожить сделанное.

Что ж, стыдиться совершенно нечего. И не одна тут статистика подтверждением. Ведь против кого играть пришлось с дебютного 54-го, с ума сойти! Пушкаш, Кочиш, Вальтер, Колев, Кеван, Хамрин, Пеле, Вава, Гарринча, Галич, Еркович, Костич, Марселино, Суарес, Альберт, Бене, Ракоши, Халлер, Эммерих, Зеелер, Эйсебио. Как говорится, кого позабыли (а это неизбежно) — пускай не обижаются.

Настала пора «честолюбивых дублеров». Пришло их время. Вроде бы серьезный народ подошел, грамотный. Тут тебе и Кавазашвили, и Банников, и Пшеничников, Евгений Рудаков постепенно подрос. Всякой бы сборной такую поросль.