Лев Яшин
Шрифт:
Нет, 27 апреля Яшин играет против клуба «Шварц-Вайс», который австрийцы решили вдруг усилить четырьмя сборниками и двумя футболистами команды «Ваккер». По-хорошему говоря, соорудили еще один вариант национальной сборной. Победа (2:1) осталась за СССР, хотя Штурмбергер из первой команды и открыл счет на 4-й минуте.
29 апреля во второй и заключительной игре в Австрии на поле появился Виктор Банников. К тому времени 22 человека основы Н. П. Морозов уже определил.
И 8 мая Кавазашвили тоже занял место в воротах. Тренировочный поединок состоялся не где-то за рубежом, что архиважно для дальнейшего, а на стадионе имени В. И. Ленина против ЦСКА. Армейцы, для справки, в 65-м стали третьими и представлялись
А вышло ровно наоборот. Сборная победила лишь 4:3, проиграв к тому же второй тайм. И такое за два месяца до главного старта четырехлетия! И на глазах родной публики, среди которой нашлось, ясное дело, место и для высокого руководства. Оно, руководство, по турне со сборниками не разъезжало, зато в Лужниках узрело воочию серьезную неготовность команды. Н. П. Морозова, естественно, снимать не собирались, но срочное укрепление вратарской линии встало обязательным условием. Три мяча в одной игре участникам финальной части чемпионата мира пропускать непростительно.
18 мая с Чехословакией на выезде играл Виктор Банников. Победили 2:1 при хорошем качестве, однако… Однако все понимали: шанс Яшину дать было просто необходимо!
И 22-го числа с бельгийцами Лев Иванович вернулся к своим обязанностям. Триумфально. Преувеличения нет. Почитаем прессу. Бельгийская «Драпо руж»: «Этот матч принес победу, которую блестяще игравший Яшин сумел удержать до конца». Еще из той же газеты: «Оба вратаря то и дело показывают большое мастерство, а за минуту до конца Яшин берет поистине неотразимый мяч». «Франс футбол» рассказывает о том, что «публика увидела Льва Яшина во всем его блеске». И продолжает: «В первом тайме он не мог проявить своего мастерства, так как подходящих случаев не было. Шедевром было то, как он парировал на угловой, казалось, неотразимый мяч, пробитый головой Хэнноном с подачи Пласкье». «Советский спорт» 24 мая чуть иначе расставил исполнителей: «Перед финальным свистком бельгийцы могли сравнять счет. Ван дер Бер, исполняя штрафной удар, перекинул мяч через „стенку“ на Пласкье. Тот принял его головой, направил в угол ворот. Казалось, гол неминуем. Но Яшин есть Яшин!»
Хотя сути, высказанной в заключительном восклицании, это не меняет. Правильно, «Яшин есть Яшин», и добровольно лишаться на высококлассном турнире такого мастера, мягко говоря, неразумно. Так что кандидатура Яшина никаких сомнений уже не вызывала. Игру с французами 5 июня (3:3), когда дважды Банников и один раз Кавазашвили вынимали мяч из сетки, в расчет можно не брать. Потому что после Бельгии стало понятно: не будет Лев Иванович наблюдать за первенством мира по телевизору. Это на него будут смотреть и радоваться.
В июне команда Н. П. Морозова провела сбор в Швеции, причем снова играла с малоизвестными скандинавскими командами. Шлифовали, доводили до ума стартовый состав. В частности, 14 июня в Векше выступали как раз те, на кого в скорой перспективе ложилась основная нагрузка. Первый номер — Лев Яшин.
9 июля «Советский спорт» опубликовал состав сборной. О каждом было сказано несколько слов. Возьмем вратарскую линию: «Яшин — основоположник новой школы вратарей. Ее отличает сочетание широкого диапазона действий по всей штрафной площади с игрой в воротах». Трудно и незачем спорить. Как и с тем, что «Кавазашвили обладает отличной прыгучестью, быстрой реакцией, решительностью, смелостью». А вот о Банникове спортивная газета отозвалась с некоторой
В случае же Яшина и Кавазашвили никаких конфликтов, скрытой напряженности и попросту малейшей интриги (вспомним Олимпиаду-56 и Бориса Разинского) на предмет того, кто окажется на посту № 1, — не возникало. Анзор Амберкович и до сих пор подчеркивает свое гигантское уважение к фигуре Льва Ивановича, в 60-е же годы пытался подражать кумиру (хотя физическими кондициями напоминал скорее Алексея Хомича), — а Яшин, мы помним, всегда дистанцировался от всяческой подковерной борьбы. В результате на последнем рубеже у сборной СССР получилось всё весьма успешно.
По приезде в Англию Яшин оказался буквально нарасхват. Журналисты, прибывшие из Лондона (наши остановились в райском местечке Дургам в 13 милях от Сандерленда, где проходили поединки группового этапа), интересуются им — и никем иным. Они знают, была травма, потому живо расспрашивают о здоровье, спортивной форме на данный момент. Час смотрят за тренировкой «Черного спрута», о чем на следующий день выходит обширный материал. И того им мало. Позарез надо запечатлеть советского голкипера на рыбалке: он же спиннинг с собой захватил (ну всё люди знают!). Значит, рыбу удить будет в их британском водоеме. А это ж какой кадр!
Только не вышло ничего на сей раз у репортеров — хотя и симпатичные они ребята. Яшин на речку ни разу не пошел. Сказал, что играть приехал, а не рыбачить. Позировать, понятно, тоже не стал.
Здесь не грубость, нет. Он ощущал прощальный для себя привкус английского турнира.
В таких моментах, когда всё обычно и привычно, а, в общем, напоследок — не стоит суетиться. Собраться надо, настроиться, вслушаться в себя. Да и ответственность за сборную с него никто не снимал.
В группу с нами попали Италия, Чили и никому тогда не известная команда КНДР. На первый матч с корейцами вышел Кавазашвили. Правильное решение. Дебютантам чемпионата вполне хватило и «обладавшего отличной прыгучестью и быстрой реакцией» Анзора. Они против Яшина не играли, комплексов никаких не имели. А то, что умели быстро учиться, — кто же тогда знал? Корейцы, как оказалось, подходили к пику формы с каждым новым матчем. С нашими еще не подошли, уступили по всем статьям 0:3, не доставив особых хлопот.
А вот с Италией выход Яшина был необходим без вариантов. Здесь тоже важен ряд особенностей при подготовке. И первая — «бетон», сверхпрочная оборона с «чистильщиком» сзади, приверженцами которой стали обладавшие по обыкновению роскошным составом итальянцы. Кроме суперосторожной тактики вообще, питомцы хорошего, по идее, тренера Эдмондо Фаббри всерьез занялись расчетами, выкладками, хитрыми угадайками по поводу того, как и на кого выйти в следующем круге. А то, что они выйдут, большинством не оспаривалось. Старый наш знакомый, на тот момент наставник «Интера», Эленио Эррера сразу сказал, узнав о жеребьевке: «Удача для Италии бесспорна. Вместе с СССР она выйдет в четвертьфинал. Об этом никто и мечтать не мог».
«Вместе с СССР»… Выходит, ничья с нашими апеннинских «звезд» устраивала. А что? «Чили прошли, 2:0, возьмем очко с Советами, а корейские коммунисты и играть не умеют» — такой настрой и сгубил отличную команду, уступившую в итоге место в четвертьфинале именно корейцам. Фактор Яшина как раз и поощрял подспудное желание итальянцев перенести напряжение на игру с КНДР. 23 июля Н. П. Морозов в «Советском спорте» подтвердил: «Замечу, кстати, что Яшина мы поставили еще и для того, чтобы заставить итальянских форвардов отказаться от обыкновения обстреливать ворота издали. К высокому мастерству Яшина они относятся с уважением. Наш расчет оказался правильным».