Летопись Линеи
Шрифт:
– - Зачем Эклерам этот брак? Если у дома Бертрамов нет денег, то в чем смысл выдавать дочь за наследника безденежного дома? Уж не о чувствах доченьки Эклеры пекутся, это и моим сапогам ясно.
– - поинтересовался Готфрид, резонно не увидевший в этом союзе никакого прагматического смысла.
– - Если не считать за причину то, что Семилия напрочь отказывается от других женихов и грозится наложить на себя руки посмей ее отец посватать дочь за другого, то да, есть кое-что еще...
"Та еще штучка, коли такие истерики себе
– - У дома Люпьер, то есть дома матери Леона, есть виноградные плантации в княжестве Видан. За время войны эти земли пришли в запустение. Увы, у нас нет средств восстановить их. Однако ежели в них вложиться и привести в пригожий вид, то тамошние винодельни отобьют потраченные деньги с лихвой и будут приносить впоследствии стабильный доход. Как видишь, выдавая дочь за Леона, Эклеры лишь укрепят собственное и наше благосостояние. Оба дома получат наследников от сего союза и расширят как свои финансовые возможности, так и земли.
– - Я ведь могу отказаться?
– - с надежной спросил Леон.
– - Ты уже не мальчик, зачем задаешь этот вопрос? Ты мужчина, так веди себя соответственно -- принимай решения самостоятельно и неси за них ответственность. Моей задачей было поставить тебя в известность наших дел и только. В конце концов всегда можно подвести лошадь к воде, но заставить пить -- нет.
– - Благодарю за понимание. Я бы все равно хотел узнать, что ты думаешь на этот счет. Решаю я, но и советы ты учил меня хотя бы просто выслушивать.
– - Не скрою, мне бы хотелось, чтобы этот брак был заключен. В конце концов на твоих странствиях это не особо отразиться. Эклерам и само собой нам, нужен наследник, так заделай его и отправляйся в странствия на год, другой. Повидаешь мир, как и хотел, наберешься опыта и впечатлений. Если беременность разрешится мальчиком, то пока он не сможет держать в руках лук и меч, он забота матери, а не отца. Отказ от этого брака, будет серьезной ошибкой, вот мое мнение.
Леону захотелось узнать, что же думает мать, но он сам себя отругал за эти мысли. Какая разница, кто и что думает? Отец сказал суть -- решай сам и живи с этим!
– - Что думаешь об этом, лев?
– - вопрос, крайне интересующий Гидеона, задал лучший друг Леона.
– - Я против, и я непреклонен в своем решении, -- с непоколебимой уверенностью произнес Леон и был уверен, что ничто не изменит его выбор.
– - Что до меня, то я рад это слышать, а спросил я вот к чему: как ты помнишь, Леон, вступив в мужской возраст, я получил право распоряжаться деньгами отца. Та за чем дело стало? Могу ли я покрыть ваши долги или поспособствовать восстановлению виноградников в Видане?
– - Я не могу даже сметь просить тебя об этом, -- изумился Леон.
– - Счастье друга, превыше каких-то денег, -- беззаботно ответил Готфрид как будто дело шло о какой-то несущественной ерунде,
– - Какие-то деньги, как ты изволил выразиться, заработал твой покойный отец, прояви уважение, -- ввернул Гидеон, крайне недовольным тоном.
– - Легко расставаться с тем, чего не заработал сам. Я был поверенным твоего отца, и я знаю о сумме, доставшейся тебе в наследство, поверь мне, ее не хватит. За желание помочь нам я тебе выражаю тебе свою крайнюю благодарность, Готфрид. Отрадно видеть, что я сдержал слово данное Тревору и воспитал из тебя достойного мужчину.
– - Так-с, дайте подумать. Что у нас со сроками? Я ничего не смыслю в финансовой стезе, хотя подумывал на старости лет заняться ростовщичеством. Если сейчас за него взяться и пустить в ход полученные деньги, ощутимая прибыль может прийти лишь через год-два.
– - не сдавался Готфрид, грезивший о том, как деньги будут течь в его фамильную казну сами собой, а он даже на склоне лет будет гулякой, не знающим иного труда, кроме как кутеж в компании хорошеньких дам.
– - Долги должны быть уплачены через месяц, а Эклеры ждут ответа на этой неделе.
– - Ты ходил к князю просить помощи, -- вдруг произнес белый рыцарь и это был не вопрос, но утверждение.
– - Ходил и безрезультатно. Казна нашего князя полна мышей, но не астэров. Война выжала все соки, а после гибели дочери, Эддрик совсем опустил руки и все хозяйство пришло в упадок. Древесина в мирное время не так нужна, а наш край богат лишь ей.
– - Что за мрачная безнадежность? Как больно слышать такое о родине, о семье в которой вырос и принял за как свою собственную.
– - поразился Готфрид.
– - Что бы ни сулила нам судьба, мы выстоим, -- ответил Леон.
– - Если Леон отказался и если моего наследства ни на что не хватит, то самое меньшее что я могу, так это предложить вам переехать в дом моего отца... мой дом.
– - Ты серьезно? Смеем ли мы на это рассчитывать?
– - Еще слово и я обижусь мой друг, -- предупреждающе осек Готфрид.
– - Вы приняли меня как сына, я спал с вами под одной крышей, ел за одним столом с вами и был воспитан Гидеоном, а ты спрашиваешь такое? Нет ни вашей, ни нашей семьи, -- мы одна семья, пусть и носим разные фамилии.
– - Тебе бы свою жизнь устраивать начать, а не чужие, -- строго заметил Гидеон.
– - Если устраивать жизнь, означает жениться и наплодить спиногрызов, то нет уж, увольте, -- улыбнулся Готфрид.
– - Считай так твой отец, ты бы никогда не появился на свет.
– - Я не берусь утверждать, что я убежденный холостяк. Все, что я хочу сказать, так это то, что я не рвусь засунуть голову в женское ярмо пока я молод. Годам так к тридцати, в конце жизненно пути и оставлю потомство, как же без него? Но не раньше. Верно, Беатриче?
– - женская фигурка эйдоса посмотрела на хозяина и пожала плечами.