Летний снег
Шрифт:
Усагин раздражённо цокнул языком.
— Вот и помогай после этого… Да, я сразу почуял, что вы помните прошлую жизнь. Что с того? Уверяю, в отличие от вас, я не являюсь перерожденцем. Наше сходство заключается в другом.
— То, что вы увиливаете, лишь делает вас ещё подозрительней, — заметил я, улыбнувшись.
— Подозревайте сколько угодно, юноша, это ни на что не повлияет, — покачал головой он.
— Тогда вы будете не против, если я выскажу предположение? В моей прошлой жизни я помню несколько мифов, связывавших луну и зайцев… Я думаю, наше сходство заключается в том, что мы оба пришельцы
Усагин впервые за весь разговор позволил яркой эмоции отразиться на его мордочке. С удивлением приоткрыв рот, он ошарашенно уставился на меня.
Почти сразу взяв себя в руки, он откашлялся в лапу, и заговорил:
— Кхм-кхм. Да уж. Удивили так удивили. Хорошо. Да, вы правы. Планеты знают своих детей. И зачастую чужаки выделяются на их фоне. Мой клан чуток к подобным аномалиям.
— И как это может повлиять на мою жизнь здесь? — взволнованно спросил я. Одно дело подозревать, совсем другое — услышать подтверждение своих страхов. Что я был ошибкой, которую чья-то невидимая мне воля хочет исправить.
— На самом деле, ничего страшного. Ваша удача будет чуть ниже обычной, но не настолько, чтобы это было сильно заметно. В основном это выражается в бытовых мелочах. Ещё не советую увлекаться азартными играми.
— Как по мне, я очень даже должен волноваться! Что, если моя жизнь будет зависеть от удачи?!
— Как я и сказал, ничего летального, — сказал Усагин успокаивающе. — То, что вы чужак, не делает этот мир по умолчанию агрессивным по отношению к вам. У вас просто не будет его родительской любви. Ах, прежде чем вы спросите — нет, у мира нет самосознания, однако бездушным его назвать нельзя.
Я немного выдохнул. Страх умереть от неудачного случая немного отпустил меня.
— Есть ли ещё что-то, что я должен знать?
— Да. Вам будут недоступны взаимодействия высоких уровней с природной энергией. Кажется, их ещё называют сэндзюцу?
Я поперхнулся слюной от таких «радостных» новостей. Конечно, я не рассчитывал, что обрету с гарантией Режим Отшельника, но получать такой прямой отказ никак не ожидал.
— Почему?!
— Потому что сэндзюцу это единение с миром, товарищ Хаку, — пояснил устало Усагин, словно объяснял прописные истины. — Даже если бы я не чувствовал от вас юношеский максимализм и желания попирать устои и правила мира, в котором вы живёте…Сэндзюцу, по своей сути, подразумевает родительскую связь между миром и его детьми, доведённую до предела. В вашем же случае… Это как если бы малознакомый гость, зашедший к вам на чай, начал называть вас «папа», просить карманные деньги, обнять его и отвести в школу.
Я скривился, представив ситуацию.
— К тому же, мы не владеем сэндзюцу, — добавил он как бы невзначай.
— С этого начинать надо!
— Помимо этого, — продолжил Усагин, проигнорировав мой всплеск возмущения, — ваша связь с потусторонним будет чуть лучше, чем у местных. Кстати, скорее всего именно по этой причине паразиту удалось так быстро выйти на связь с вами.
— Час от часу не легче, — вздохнул я, массируя виски. — А хорошие новости будут?
— Конечно! Мы можем подписать контракт прямо сейчас — я заранее приготовил нужный свиток на всякий случай. Вам не придётся ждать!
Мы молча уставились друг на друга, он с сияющими
— Это всё?
— Что значит, «это всё?»?! — спародировал мой безэмоциональный голос Усагин. Надо признать, вышло у него неплохо. — Вы бы знали, какой неповоротливый у нас в клане бюрократический аппарат! Я к вам со всем сердцем, а вы--
— Понял, я понял, — замахал руками я, прерывая его тираду. Он явно что-то недоговаривал, но я чуял, что на данный момент выжал всё, что мог из разговора. — Премного благодарен. В каких случаях вас можно звать? Есть ли условия?
— Если вам нужно что-то унюхать, подслушать, это у нас умеют все, так что можете не сильно тратить чакру, — начал он деловито, прежде чем развернуть старинного вида свиток. Он оказался пуст, за исключением странного символа, состоящего из четырёхконечной звезды в круге и своебразным «зрачком» в центре. «Глаз» был выведен кровью аккуратно, но пальцем, насколько я мог оценить.
Лунная принцесса владела на удивление приятным почерком, не мог я не отметить в мыслях.
Я держал свои реакции в узде, не показывая, что символ был мне знаком. Возможно, Усагин уже понял, что я знал, кто являлся их первым и единственным призывателем до меня (если этот термин вообще применим по отношению к ним), но я не хотел проверять, насколько он дорожил этой информацией. Я и так выяснил почти всё, что хотел, копать глубже пока что было бессмысленно.
— Если вам требуются техники Земли, в особенности подкопы и туннели, зовите товарищей поопытней, — продолжил он. — Раскошельтесь ещё сильней, и вызовите наше боевое подразделение. Дисциплина, стихийные техники, тайдзюцу — они хорошо справляются со всем, но и стоят дорого. Самый же тяжёлый по чакре… Ммм…
— Что-то не так?
— Нет-нет, он отличный боец, просто… Если вкратце, наши взгляды на жизнь кардинально отличаются, — пояснил Усагин, неловко пожав плечами, что было достаточно нехарактерно для него, чтобы я удивился. — Зовите только в случае, если вам нужен хаос и разрушение. И трупы. Объеденные трупы.
Понятно. Тревожная кнопка на случай особой ненависти.
— А как вас призывать, товарищ Усагин? — спросил я, надкусывая палец.
— Ох, молодой человек, вы льстите старику, — ответил он с нарочитой смущённостью, и показал мне, где рисовать имя, прежде чем продолжить. — Если захотите обсудить что-то, зовите мысленно по имени, я услышу. Чакры возьму немного. Ах да, чуть не забыл: свежая морковь всегда приветствуется! Особенно с детьми.
— Значит, мы закончили? — спросил я, выведя своё имя катаканой. Усагин кивнул и свернул свиток обратно, неуловимым движением спрятав где-то за пазуху. Без фуин наверняка не обошлось, подумалось мне.
— Да, на данный момент. Наш контракт в какой-то степени временный, но лишь по той простой причине, что как только вы разберётесь с паразитом, наша лояльность станет неразрушимой.
— А до этого? Стоит ли мне чаще оглядываться? — Спросил я полушутливо.
Меня в действительности серьёзно волновал этот вопрос.
— Что вы, что вы, — всплеснул руками Усагин. — Всё, что я озвучил, вам доступно в полной мере. Но есть вещи, которые я не озвучивал. Вот их уже…
— …Вы озвучите после того, как я разберусь с Кураоками, — завершил я за него.